Могло статься, что доктор сам не знал всего, что случилось на самом деле, но в это Ирина не верила. Доктор Гладышев был далеко не идиотом, и россказнями о безобидных несчастных случаях его провести было нельзя.
Значит, он тоже ей лгал – или, во всяком случае, чего-то недоговаривал. Но чего именно? Впрочем, Ирина прекрасно понимала: не было смысла спрашивать его, она должна была вспомнить самостоятельно. И она знала: еще несколько сеансов, и все встанет на свои места. Она будет знать правду!
В кабинет вернулся доктор Гладышев, рассыпавшийся в извинениях за то, что их беседу пришлось прервать. Он взглянул в свои записи и произнес:
– Результаты очень интересные, очень! Вы ведь в состоянии сейчас подвергнуться процедуре? Если вы чувствуете себя неважно, то лучше отложить…
– Нет, я готова! – заявила Ирина нервно, более всего опасаясь того, что доктор Гладышев отменит процедуру. Но Дмитрий Антонович только удовлетворительно кивнул и произнес:
– Может, только интенсивность сегодня уменьшим и перейдем на другой диапазон. Что ж, сейчас сестра поможет вам приготовиться к процедуре!
Он вышел из кабинета, и появилась сестра, которая несколькими минутами ранее прервала их беседу, чем навлекла на себя гнев доктора Гладышева. Она подошла к Ирине и протянула ей бокал с мутноватой жидкостью – Ирина уже привыкла, что перед началом процедуры требовалось принять какую-то особую смесь из витаминов и аминокислот, усиливавших эффект предстоящего воздействия.
Ирина поднесла бокал к губам, но вдруг услышала тихий голос:
– Не пейте! Наберите в рот, но не глотайте. А потом сразу идите в туалет, выплюньте в раковину и тщательно прополощите рот!
Ирина с изумлением взглянула на медсестру – совет дала ей именно она! Это была особа средних лет, с невыразительным лицом и светлыми волосами.
– Если хотите узнать правду, то делайте как я вам говорю! – повторила она быстро. – Потому что здесь все не так, как вам кажется!
В этот момент в кабинет вернулся доктор Гладышев. Потирая руки, он взглянул на Ирину, замершую с бокалом в руке.
– Ну что, Ирина Владимировна, готовы к процедуре? А, наш целебный коктейль! Вы еще не выпили? Пожалуйста, это исключительно в ваших интересах!
– Да, конечно, – ответила женщина. – Только разрешите сначала заглянуть в дамскую комнату!
Доктор добродушно рассмеялся, в его руке мелькнул мобильный, и Ирина приняла решение. Она отхлебнула мутной жидкости и задержала ее в ротовой полости. Заметив это, медсестра обратилась с каким-то вопросом к доктору Гладышеву, и тот на мгновение отвлекся. Ирина быстро поставила бокал на стол, встала со стула и направилась в туалет, располагавшийся около кабинета доктора Гладышева.
На свою беду, она заметила на пороге Вадима, который участливо спросил:
– Ириша, все в порядке? Может, все же отменить процедуру?
Ирина мотнула головой, давая понять, что делать этого не стоит. Ответить-то со ртом, наполненным жидкостью, она не могла. Быстро проскользнув в туалет, она заперлась и бросилась к раковине.
Выплюнув жидкость, Ирина включила воду и принялась тщательно споласкивать рот. Затем вымыла руки, заметно дрожавшие, и поправила волосы, упавшие на лоб. Вид у нее был не ахти, однако ситуация была критическая.
Ирина сама не знала, отчего решила сделать все так, как ей сказала медсестра. О какой правде она вела речь? Но то, что здесь все далеко не так, как ей кажется, Ирина и сама поняла. Поэтому она решила довериться незнакомой женщине.
В конце концов если она выплюнула только смесь из витаминов и аминокислот, то никакого ущерба ее здоровью это не нанесет. Ведь это были не сильные лекарственные препараты, как уверял доктор Гладышев, а всего лишь биологически активные добавки, стимулирующие деятельность определенных ареалов головного мозга, ответственных в том числе и за воспоминания. Если уж на то пошло, то один раз она может и не простимулировать эти ареалы.
Но если верить медсестре, то это был вовсе не безобидный коктейль, а что-то намного сильнее и страшнее. Ирина же не желала, чтобы ее пичкали медикаментами против воли. Если это имело место, то она должна об этом знать. И имела полное право сопротивляться!
Она снова сполоснула рот, затем вытерла лицо и руки бумажными полотенцами и, отомкнув дверь, вернулась в процедурную.
Доктор Гладышев, улыбнувшись ей, произнес:
– Ну что же, Ирина Владимировна, мы начинаем! Сестра, помогите!
Он обратился к той самой медсестре, которая советовала Ирине не глотать коктейль. Женщина с индифферентным выражением лица подошла к пациентке и помогла ей разместиться на выдвижном лежаке.
Медсестра поправила плоскую подушку под головой Ирины и, склонившись как можно ниже, еле слышно произнесла:
– То, что я вам сейчас дам, положите себе под язык. После окончания процедуры притворитесь, что спите. И ни на что не реагируйте.
Затем она разгладила одежду Ирины и одновременно вложила ей в ладонь что-то крошечное, металлическое и прохладное. После чего, повернувшись к доктору Гладышеву, почтительно произнесла:
– Дмитрий Антонович, все в полном порядке. Пациентка готова к процедуре!
– Отлично, просто отлично, – заявил Гладышев и, подойдя к Ирине, потрепал ее по руке, в которой было зажато то, что сунула ей медсестра.
– Все образуется, вот увидите, Ирина Владимировна. Вы на правильном пути, и я вам помогу! Все будет как обычно!
Он кивнул, и один из его помощников, сидевший за стеклянной перегородкой, нажал кнопку на панели управления «машиной воспоминаний». Лежак с тихим шелестом втянуло в трубу.
Оказавшись скрытой от глаз Гладышева и его людей, Ирина быстро разжала ладонь и поднесла к лицу то, что дала ей медсестра. Это был крошечный металлический предмет, чем-то похожий на пуговицу затейливой формы.
На вмонтированном вверху экране начали распускаться и увядать фантастические цветы. Раздалась классическая музыка, прерванная голосом доктора Гладышева, который мог общаться с Ириной по внутренней связи:
– Ирина Владимировна, мы сейчас начнем! Итак, расслабьтесь и закройте глаза!
Ирина быстро положила металлическую штучку на язык. А вдруг это что-то ядовитое или радиоактивное? Однако она не простит себе, если не поступит так, как ей сказала эта странная особа!
С языка металлическая штучка скользнула под него, и Ирина ощутила легкое покалывание. Первым ее рефлексом было выплюнуть эту штуковину, однако женщина убедилась, что тело ее не содрогается в конвульсиях и не корчится в судорогах.
Покалывание несколько усилилось, однако назвать его неприятным было нельзя. Ирина закрыла глаза, однако сон к ней не шел. А ведь обычно все было иначе – стоило ей оказаться в трубе и смежить веки, как она тотчас засыпала. И приходила в себя лишь после окончания процедуры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
