и почти синхронно сказали:
— Там нет дресс-кода, — произнес Александр.
— Ты прекрасно выглядишь, — добавил Артур. Он перешел на «ты», за что я была ему чрезвычайно благодарна. Не люблю излишнюю официальность в общении. Однако я не хотела, чтобы итхис излишне флиртовал со мной. Если он такой же, как Александр — его прикосновение может буквально свести с ума. Поэтому я немного отстранилась от излучающего дружелюбие парня и пыталась держаться поближе к боссу. Уж его я как женщина точно не интересую.
Впервые на моей памяти Александр выходил из здания. Для меня это было по меньшей мере странно, поскольку он казался мне существующим только в пространстве своего огромного кабинета. Артур так и оставался в одной лишь рубашке и джинсах, сославшись на то, что машина его припаркована совсем рядом со зданием. Александр надел жуткую шляпу, закрывающую волосы и лицо.
Охраны на входе не оказалось, один Виктор приветливо помахал нам рукой — видимо, Александр предупредил его, что спускается.
Погода была просто кошмарна, завывал сильный ветер, грозящий сбить меня с ног, высокие каблуки добавляли ощущения неустойчивости. Артур вырвался вперед и почти побежал к матовой синему мальбаху, я же обошла Александра, что бы хоть как-то прикрыть его собой от ветра — на мне был теплый плащ, а он шел в одном лишь пиджаке.
— Спрячетесь за мной, вас же вот-вот сдует, — проворчал мой босс.
— Я, в отличие от вас, хотя бы одета, — упрямо ответила я. Больной начальник мне не к чему. Если у него такой плохой характер, когда он здоров, то во что же он превращается, когда болеет?
Так мы дошли до машины, Артур галантно отворил дверь, пропуская меня внутрь. Я присела и с удовольствием вдохнула запах нового кожаного салона. Семейка итхисов явно была обеспечена. Я, конечно же, загуглила своего работодателя еще в первый день знакомства, но ничего о нем не узнала. Однако два плюс два сложить было несложно, одежда и на самом Александре, и на его брате стоила маленькое состояние, про машину Артура можно было сказать, что дешевле купить небольшой домик в Испании. Александр знал как минимум четыре иностранных языка и явно был прекрасно образован. Я не страдала излишним любопытством, но мой босс лишь одним своим внешним видом провоцировал на вопросы.
Ехали мы в молчании. Братьев оно, казалось, вовсе не тяготило, а мне было несколько некомфортно. В моей семье рот ни у кого не закрывался, или же мы врубали на полную громкость музыку и бездарно подпевали. Хотя с другой стороны, мы — это женская половина семьи. Лев тоже разговорчивостью не отличается. Я попробовала вспомнить душевные разговоры с отцом, но не могла выловить из памяти ни одного такого момента. Быть может мужчины и правда с Марса.
Дороги были свободны, улицы залиты светом. Я смотрела в окно, наслаждаясь видами ночного города. Большие города по ночам живут своей особенной жизнью. Люди в этих городах подобны прибою, омывающему берег. Одних мощная стихия выбрасывает, других втягивает в свои глубины. Словно волны, толпы сменяют друг друга в бесконечном движении. Офисные служащие возвращаются домой или преображённые отправляются по барам и ресторанам. Люди выгуливают собак и занимаются спортом, несмотря на непогоду. Все куда-то спешат. Каждый является центром своей маленькой вселенной, главным актером фильма о самом себе. В круглосуточных кафе горел свет, в витринах видны посетители, которые также смотрели на жизнь снаружи, как я заглядывала внутрь. Возможно мысли у нас были одинаковыми.
Ехали мы на приличной скорости около получаса, света становилось все меньше, а деревьев все больше, что говорило о том, что мы выезжаем за пределы города. Когда мы свернули на проселочную дорогу, мне стало несколько не по себе. Вопрос «куда мы едем», мужчины проигнорировали. Александр просто надулся, а Артур изобразил заговорческую улыбку и подмигнул. Я уже всерьез начала подумывать о том, чтобы начать биться и пытаться выбраться из салона, когда Артур воскликнул:
— Кира, смотри! — я пригляделась и смогла разглядеть неярко освещенную парковку, на ней стояло несколько дорогих машин, а также форменные черные джипы с надписью на непонятном мне языке.
— Это значит «для гостей», — прокомментировал Александр, словно прочитав мои мысли. Из одного из джипов вышли беловолосые юноша и девушка, держась за руки, и проследовали в сторону золоченой арки, от которой шла широкая дорожка к зданию, похоже построенному в начале прошлого века.
— Это же клуб для итхисов, — произнесла я, оглядывая других светловолосых посетителей этого места. Молодые, смеющиеся, с кожей словно снег итхисы покидали свои машины и отправлялись к зданию.
— Я и не знала, что в нашем городе так много итхисов, — мне было безумно интересно прикоснуться к чужой культуре. Тем более такого скрытного народа, как итхисы. Я с благодарностью уставилась на брата своего босса. Сомневаюсь, что Александр сам когда-нибудь бы предложил мне оказаться в подобном месте. Босс сам выглядел не слишком радостным, словно ему не хотелось самому оказаться в одном из ночных клубов. Забавно, если учитывать как именно он зарабатывает себе на жизнь.
— Здесь не только итхисы, но и их гости. Самые проверенные, — с энтузиазмом добавил Артур. Он припарковал машину. Я вышла сама и с удовольствием вдохнула свежий лесной воздух. Ветер стих, и во всей атмосфере присутствовала какая-то таинственность. У входа в арку стояла охрана, лысые амбалы закрыли собой вход при взгляде на меня. В первый раз меня не пускали в клуб, и даже стало обидно.
— Она с нами, — сказал Александр и снял шляпу. В темноте он и его брат почти светились.
— Род? — поинтересовался охранник явно не из праздного любопытства.
— Эодаре, — недовольно пробурчал Александр.
Один из амбалов присвистнул и они почтительно отошли в стороны. Я запомнила произнесенное Александром слово. «Эодаре», явно значило нечто особенное. По обе стороны от дорожки, по которой мы приближались к зданию, росли огромные деревья. Они стояли еще без листвы, но я безошибочно узнала в них каштаны. Из земли под ними пробивались тюльпаны, а значит скоро здесь будет потрясающе красиво.
Двухэтажное, в котором находился клуб итхисов тоже оказалось весьма примечательным. Из высоких окон лился мягкий свет, колонны, которые подпитолрали это здание эпохи неоклассицизма казались высеченными из мрамора такого же белого оттенка, как кожа моих спутников. Под треугольной крышей виднелись барельефы, изображающие танцующих нимф. Огромные двери были гостеприимно распахнуты, словно здание поджидало гостей
Но более всего меня привлекала музыка, доносившаяся изнутри. Пели на непонятном языке — протяжно и мелодично. Женский голос был глубокий, низкий и такой печальный, словно
