что именно он приобрел, итхис весь как-то напрягся, готова поклясться белые щеки этого великана слегка покраснели. Нужно прекращать вгонять начальство в краску.
— Выигравший должен предоставить вещественные доказательства, на которой вы… вместе.
Я не смогла скрыть отвращения. Неужели итхисы так забавляются?! Затащить женщину в постель — это у них вид спорта? Шовинистическая и мерзкая традиция, но вот слова «подарки» и «купить» царапнули мое подсознание. Если Вера скоро выйдет замуж и мне придется освободить жилплощадь, то лишние финансы могли бы изрядно облегчить мне жизнь. Да и для тети хочется сделать достойный подарок на свадьбу… Артур не понимал, что за мысли роятся в моей голове подобно рою диких пчел. Он видимо решил, что я впаду в истерику или начну метать предметы в порыве праведного гнева. Гнев во мне клокотал, но сейчас от него не было никакого толка.
— Кира, ты в порядке? — участливо поинтересовался юноша, он гладил мое предплечье, касаясь горячими пальцами. Было довольно приятно и безобидно. Теперь то мы оба знали, что Искра, настоящая или ложная нас не свяжет.
— Она просчитывает выгоду, — сказал Александр. Наши взгляды встретились, босс понял меня и добавил: — Ты хочешь принимать знаки внимания от всех?
Я кивнула, Артур убрал от меня руку и посмотрел с удивлением и намеком на отвращение. Вот вам и свободные нравы.
— Именно, что знаки, не более чем, — я улыбнулась очень широко. Наши с Александром глаза встретились: его цвета зимнего утра, мои словно весенняя зелень, Артур недоуменно смотрел на нас обоих.
Эдгар назвал меня «меркантильной мразью». Вероятно в чем то бывший был прав. Кофемашина прервала воцарившееся молчание, решив, что пора провести очистку. Автоматика не умеет держать драматическую паузу.
— Тебе нужны рабочие связи с кем-нибудь, кто охотиться за мной? — спросила я начальство.
Мне казалось, мы сейчас перейдем на общение мыслями, настолько они неслись у нас в одном направлении.
— Мне нужна информация, — проговорил он. — Элио Рамас в числе охотников. Он собирается выйти со мной в открытую конкурентную борьбу. Ему принадлежат две сети быстрого питания и сеть ресторанов для среднего класса. Но он планирует расширяться и подорвать мою монополию в клубном бизнесе. Элио — рожденный искрой, поэтому на итхиса похож не сильно, и это играет ему на руку. Он может позволить себе публичность. Если вы узнаете, какими именно методами он собирается действовать, я вам подыграю.
— И как вы мне подыграете?
— Задам планку, Кира. Если бы я хотел преуспеть в охоте и купить ваше расположение, то не разменивался по пустякам, а подарил вам колье с бриллиантами, или автомобиль.
— Машина была бы предпочтительней. Надоело кататься на такси и общественном транспорте.
— Чего не сделаешь, чтобы преуспеть в охоте. — Александр улыбнулся, и у меня екнуло сердце. Какой же он красивый… Жуткий, но красивый. — И если вы поможете мне с Элио… то пожалуй, можете оставить автомобиль в качестве премии. По рукам?
— По рукам, согласилась я.
Я протянула вперед ладонь, осмелевшая от того, что с Артуром псевдоискра меня не прошибла. Нет, не от этого. Я хотела прикоснуться к Александру. Все мое существо требовало, чтобы я коснулась его ладони. Это чувство было сродни ощущению, которое испытываешь, стоя на мосту и вглядываясь в глубокую реку. Край сознания вопит «Сделай это! Давай! Прыгни, прыгни!». Только в тысячу раз сильнее. Артур быстро произнес что-то на непонятном языке и Александр, словно опомнившись, убрал свою ладонь. Он надел перчатку и только потом пожал мне руку. Я удивилась, насколько же большая его ладонь по сравнению с моей. Мужчина тоже смотрел на соединенные руки и в недоумении хмурил брови. Мы будто попали под одну песню сирен, а теперь ее мотив утих. И мы оба осознали, какую глупость едва не совершили.
— Я вам разрешаю плести интриги при двух условиях, — спокойным голосом сказал босс. — Во-первых, не касайтесь тех, с кем будете ходить на свидания. Во-вторых, если почувствуете опасность, мы забываем об этом договоре, — сказано это было таким серьезным тоном, что я не посмела, да и не захотела спорить с ним.
Александр набрал какой-то номер и произнес:
— Дарк, — представился он, — я вступаю в игру.
Глава 7. Встреча с красавчиком и попытка покушения на не девичью честь
Глаза, яркие словно зимнее небо. Человеческие глаза на змеиной морде. Бока гигантской змеи серебрились, обвивая меня безопасным коконом. Чешуйка к чешуйке — эта роскошь переливалась, звала прикоснуться к ней. И почему мне нельзя ее трогать? Какой злодей возвел запрет на прикосновение к этому ледяному великолепию. Сознание разрывалось. Нужно коснуться, нужно бежать прочь…
Утром я написала сестре: «Спроси у кого-нибудь с психфака, к чему сняться огромные змеи»? Столько повторяющихся снов подряд явно были криком моего подсознания, вот только я не очень понимала, что именно оно пытается мне сказать. Ответ последовал через два часа: «Змея — фаллический символ. Огромная — огромный фаллический символ. Хи-хи. Если во сне любуешься животным — это символизирует твою готовность к сексуальным экспериментам и наслаждение любовным процессом. В противоположность этому, «страх» змеи — боязнь или нежелание разрешить проблемы в сексе с партнером. Короче, Кира, сходи на свидание, желательно с продолжением». Вопреки обыкновению, я густо залилась краской. У змеи во сне были очень знакомые голубые глаза.
Я встряхнула головой, распахнула шторы, впуская яркие лучи полуденного солнца. Накануне Александр заставлял меня всю ночь строчить под его диктовку распоряжения, и домой я вернулась только к шести утра. Хорошо, что понедельник — мой законный выходной. На пилатес по понедельникам женщины не спешили, так что мне не нужно были никуда торопиться. А от итхиса меня спасала строчка в контракте, в которой понедельник числился законным выходным. Лев отправился в школу, Вера убиралась на кухне. Сегодня ее жених был приглашен на ужин, чтобы познакомиться с семьей. Тетя явно нервничала, и как многие женщины пыталась сублимировать нервозность наведением идеального порядка в доме.
— Уверена, наличие пыли на люстре никак не повлияет на его решимость жениться на тебе, — сказала я ей. Вера только фыркнула в ответ, стирая несуществующие пылинки.
— Я хочу, чтобы ужин прошел хорошо. И особенно, чтобы они поладили с Левой. Если сын так и не примет его… боюсь никакой свадьбы не будет.
Я подумала, что нужно еще раз переговорить с упрямым подростком. С Веры станется, она перечеркнет возможность собственного счастья ради его вздорных идей и верности несуществующему отцу. Моя тетя, как и мама принадлежали к тому типу женщин, на
