С теоретической точки зрения, закрепощение представляло собой трансформацию структуры – качественное изменение отношений между ее элементами, в данном случае, между элитой и народом. Утверждение крепостного права и расстройство хлебного рынка в 1660 – 1670-х годах обусловили отмечаемое в этот период увеличение барщины. Это наступление дворян, как и в начале XVII века, натолкнулось на сопротивление крестьянства. Однако с точки зрения теории, условия крестьянских восстаний в начале и в конце XVII века были разными: в 1670-х годах не было той фрагментации элиты, которая расколола дворянство в начале XVII века, и отсутствовал династического кризис. В итоге крестьянско-казацкое восстание не переросло в Смуту и было быстро подавлено. Однако, так же как и Смута, это восстание на время остановило наступление дворянства и (вместе с экономическими факторами) привело к уменьшению ренты до прежних размеров. Тем не менее к концу столетия положение дворянства улучшилось в результате быстрого роста крестьянского населения при относительно медленном росте численности помещиков.
Состояние государства в период после Смуты характеризуется слабостью финансового аппарата, уменьшением налогов и распадом военной организации. При Филарете предпринимается попытка укрепления налоговой системы и перераспределения ресурсов в пользу государства, но она не привела к существенным результатам. Важным фактором, обусловившим тенденцию к укреплению государства, как и в XVI веке, был технологический фактор. Военное давление соседей побуждало к перениманию западной военной технологии. Создание полков «иноземного строя» в середине XVII века стало отправным моментом новой военной революции, результатами которой, в соответствии с теорией, были рост налогов, усиление бюрократического аппарата и наступление самодержавия.
Как и во времена Ивана Грозного, новая военная революция требовала проведения финансовых реформ и перераспределения ресурсов для финансирования новой армии. Однако правительство Алексея Михайловича не осмелилось повышать налоги на помещичьих крестьян, поэтому необходимые средства были получены путем введения медных денег, что вызвало стремительную инфляцию и восстание 1662 года. Другим способом финансирования армии стало повышение налогов на черносошных крестьян Севера и Вятки. Между тем Север был регионом, который менее других пострадал во время Смуты, здесь сохранялось высокое демографическое давление, а в середине столетия отмечались явные признаки Сжатия: крестьянское малоземелье, распространение аренды по очень высоким ставкам, отсутствие свободных земель, частые голодные годы и уменьшение населения в отдельных уездах. Налоговое давление государства в условиях Сжатия – так же, как во времена Ивана Грозного, – привело к катастрофическому голоду, бегству жителей и резкому уменьшению численности населения северных земель.
Нужно отметить, однако, что в отличие от катастрофы XVI века новая катастрофа имела локальный характер. В демографическом контексте кардинальным отличием ситуации после Смуты и ситуации XVII века было то обстоятельство, что первая военная революция проходила в период Сжатия, а вторая – в период восстановления экономики, когда свободных земель было достаточно. Кроме того, правительство не решилось на масштабное повышение налогов и проводило реформы постепенно, поэтому в центральных и южных районах сохранялся относительно высокий уровень жизни. Однако продолжение военных реформ делало увеличение налогов неизбежным – и они были радикально увеличены Петром I.
Еще одним следствием военной революции было переформирование дворянского сословия. Как отмечалось выше, военная революция XVI века сопровождалась поместной реформой и введением более тяжелых норм службы «детей боярских». Военная революция XVII века заставила дворян нести службу в рейтарских полках и привела к значительному сокращению численности дворянского сословия. С другой стороны, сокращение численности сословия привело к улучшению материального обеспечения дворян, к увеличению среднего размера поместий и вотчин. В целом военные реформы представляли собой новую трансформацию структуры (вторую в XVII веке) – но эта трансформация затянулась и завершилась лишь в следующем столетии реформами Петра Великого.
В конце столетия в процесс военных реформ вмешались случайные факторы, связанные с внутренней динамикой государства. Ослабление центральной власти ввиду малолетства (или недееспособности) наследников царя Федора открыло дорогу традиционалистской реакции, что привело к уменьшению численности полков «иноземного строя» и частичному возврату к прежней военной системе. Эти процессы сопровождались временным отступлением абсолютизма и новым усилением влияния элиты на правительство.
Большая роль случайных и внешних факторов в социально-экономических процессах XVII века оттеняется сравнительно менее интенсивным влиянием демографического фактора. Это обстоятельство, очевидно, связано со спецификой роли этого фактора в период восстановления. Роль демографического фактора особо значима в периоды Сжатия и перенаселения, когда малоземелье и повторяющийся голод предписывают людям и властям определенную линию поведения. В период восстановления изобилие ресурсов и относительно высокий уровень жизни обусловливают большую свободу поведенческого выбора. В этот период демографический фактор почти не ставит ограничений вмешательству других факторов, в том числе и случайных. В это время действие демографического фактора, не «запрещающее», а «разрешающее»; например, он «разрешает» крепостное право и рабство, которые в условиях перенаселения и избытка дешевой рабочей силы становятся неэффективными и исчезают.
Глава II
Период роста: время этатистской монархии
2.1. Новая военная революция: появление линейной тактики
Начиная с XVI века крупные военные инновации в Европе следовали одна за другой: вслед за появлением первых регулярных корпусов, вооруженных огнестрельным оружием, пришло время баталий и терций, затем появились полковые пушки, а потом – фузея, штык и линейная тактика. Эти инновации можно считать отдельными военными революциями или этапами одной перманентной военной революции – в любом случае механизм их воздействия на общество был один и тот же: они вызывали волну завоеваний и перенимание окружающими странами новой военной техники, создание вооруженных новым оружием регулярных армий, увеличение налогов, часто приводящее к голоду и народным восстаниям, усиление этатистской монархии, перераспределение ресурсов в пользу государства и в ущерб дворянской элите, конфликт между монархией и элитой, а потом – традиционалистскую реакцию.
Очередная военная революция пришла в Европу в конце XVII века. До этого времени технические достижения касались главным образом артиллерии: пехота продолжала пользоваться тяжелыми мушкетами, стрелявшими с сошки. Так как скорострельность была низкой, то огневое воздействие было еще сравнительно слабым, и пехота не могла остановить огнем атаку кавалерии. Для защиты от кавалерийских атак мушкетерам придавались подразделения пикинеров; в нужный момент пикинеры выходили вперед и выставляли навстречу вражеским кавалеристам свои 5-метровые пики. Атаку пехотного строя противника после залпа мушкетеров также проводили пикинеры: они смыкались в передних линиях и атаковали врага примерно так же, как это делала фаланга Александра Македонского.
На поле боя пикинеры и мушкетеры строились квадратной колонной, которую в Германии называли баталией, а в Испании – терцией. По периметру баталии располагались мушкетеры, внутри баталии – пикинеры; в общей сложности баталия насчитывала от 2 до 5 тыс. солдат. Перестроения, связанные с выходом пикинеров на внешний фронт, были достаточно сложными: в некоторых случаях мушкетерам приходилось проползать под опущенными пиками. Эта сложность перестроения требовала длительной подготовки солдат, поэтому армии XVII века состояли главным образом из профессиональных наемников. Голландский полководец Мориц Оранский и шведский король Густав Адольф пытались строить свои войска более мелкими батальонами, вытягивая их в линию с тем, чтобы более эффективно использовать огневую мощь мушкетеров – однако эти паллиативные преобразования не решали главной проблемы взаимодействия пикинеров и мушкетеров.
Новый этап военной революции был связан с появлением двух важных военных инноваций, штыка и кремниевого замка. В 1646 году французские мушкетеры получили на вооружение багинет, клинок 30-сантиметровой длины, узкая рукоять которого вставлялась в дуло мушкета, на время превращая его в копье. Багинет использовался при отражении кавалерийских атак и в рукопашном бою, но это был лишь первый шаг на пути к изобретению штыка. В 1684 году некоторые французские полки получили на вооружение клинок с пустой ручкой, надевавшийся на ствол мушкета. Это дало возможность стрелять, не снимая клинок со ствола, но и в этом варианте заряжать мушкет было невозможно. Наконец, в 1699 году была создана трубка с горизонтальной шейкой, превратившая багинет в настоящий штык.[304]
