— Поздравляю! Вы соединены!
От облегчения у меня даже ноги подкосились… Слава богу!
ГЛАВА 7
В себя пришла на своей собственной кровати и, если судить по солнцу, уже ближе к вечеру. На столе сиротливо стоял поднос с едой, а на кресле был разложен тот самый балахон, в котором я «венчалась». Интересно, и кто это меня раздел? Почему-то я была уверена, что не Арт.
Дорвавшись еды, я почувствовала себя то ли хомяком, то ли верблюдом. Есть и пить хотелось жутко, и я никак не могла насытиться, запихивая в себя и остывшее мясо, и слегка зачерствевшие сдобные булочки. Я с аппетитом поглощала пищу, пока взгляд не упал на запястья. Я даже подавилась. Клеймо! А точнее, два клейма — на каждой руке по одному! Заклеймили, как корову!
Я в ужасе потыкала пальцем сначала в одно изображение какого-то непонятного символа, потом в другое, даже стереть попыталась. Одно хорошо — хоть не болит. Интересно, это чтобы не сбежала? В груди поднялось глухое раздражение. Я для них кто — рабыня? Или преступница? В голове сам собой всплыл фрагмент из «Трех мушкетеров», когда миледи показывает лилию на плече. Вот и у меня на каждом запястье было что-то наподобие — выжженные шрамы, слегка покрасневшие и отчетливо видные. Метки. Рабские метки. Другого определения я просто не находила. Интересно, у Арта то же самое или это только мне такой эксклюзив? Я попыталась вспомнить, есть ли такие же клейма у Меарис, и не смогла. Женщина носила платья с длинными рукавами и очень часто надевала браслеты, так что я не могла с уверенностью сказать ни да ни нет. Но все равно мне это очень не нравилось. Ощущение безысходности и зависимости накатило с новой силой.
Взгляд снова опустился на запястья. Интересно, а что сии знаки обозначают? Рисунки на обоих запястьях были абсолютно идентичны — стилизованный трилистник, в центре которого располагалась семиконечная звезда и внутри нее тесно сплелись какие-то невероятно мелкие значки. Без лупы и не разглядишь. Но почему-то у меня сложилось впечатление, что рисунок не закончен. Эх…
Через два часа село солнце, и мои нервы были уже на пределе. За это время я успела искупаться, обсохнуть, снова натянуть свой балахон, так как другой одежды в комнате не оказалось, допить остатки воды в кувшине, снова захотеть есть, посидеть на балконе, полежать на кровати… в общем, вся издергалась. И никто, никто за эти два часа не зашел ко мне!
Не то чтобы я ждала, что после свадьбы Арт тут же прибежит ко мне со словами любви, но все же… Впрочем, кого я обманываю? Ждала я его. Знаю, что глупо, но все же надеялась. Нет, конечно, не на «слова любви», но что он зайдет, мы поговорим… Ведь на Земле он вел себя совсем по-другому. Что он там говорил? Судьба… единственная… или что-то вроде того. В душе теплилась робкая надежда, что он просто ждет моего изменения. Но одновременно это и сильно задевало. Получается, что такая, как сейчас, я его не устраиваю? Обидно. Не скажу, что считаю себя красавицей, но парни были, и, думаю, любой девушке неприятно знать, что она не нравится.
Плевать! Я решительно вскинула голову. Посмотрим, что будет дальше, а с Артом как-нибудь потом разберусь. В конце концов, ожидаемые бонусы вполне существенные, и, даже если бы я дома вышла замуж по любви, это еще не было бы гарантией верности супруга. Только вот почему к горлу опять подкатывает комок?
Тяжело вздохнув, я запрокинула голову и закрыла глаза. Не знаю, сколько я так просидела, но через какое-то время услышала легкие шаги, потом дверь скрипнула, и в комнату вошла Меарис. Хоть я и знала, что увижу именно ее, но сердце на секунду сбилось с ритма.
— Привет, — мягко улыбнулась она. — Проснулась? Как ты себя чувствуешь?
— Давно проснулась, — проворчала я. — И да, чувствую себя нормально.
— И на что ты злишься? — вскинула бровь Меарис, присаживаясь напротив.
— Ни на что. Извини. — Я выдохнула. Жаловаться на ее сына? Глупо. Она мать, а я чужая, практически незнакомая девушка. Естественно, что она его будет защищать.
— Вот и хорошо. Дай руки.
Я протянула запястья. Она долго и внимательно их изучала, словно пыталась прочесть знаки, заключенные в звезде. Возможно, так оно и было. Наконец она откинулась на спинку кресла и удовлетворенно вздохнула. Даже слегка улыбнулась.
— Отлично. Рисунок не закончен, так как ты не вошла в силу, но после инициации он станет полным.
— Будет больно?
— Немного, — она легко пожала плечами, — но, как ты видишь, я жива, и десятки других, кто проходил через это, тоже. Сила просто так не дается. За все надо платить, а боль — незначительная цена за то, что ты приобретешь.
— Понятно. И что меня ждет? Я что-то должна делать?
— Я снова отведу тебя в храм, в самое сердце Даагонии, а вот что будет дальше, я не знаю. Дело в том, что у каждого это индивидуально. Ты поймешь это там. Например, когда вошла туда я, мне приказали лечь на алтарь, я легла и тут же уснула, а когда проснулась, то все было закончено и брачные рисунки стали полными. Хотя когда меня вели туда, то говорили, что я должна буду поклясться в верности Даагонии, но от меня никто такой клятвы не потребовал. Вот поэтому я и не могу сказать, что будет у тебя. Могу только посоветовать открыть свое сердце и говорить правду, если будут о чем-то спрашивать.
— Кто?
— Не знаю. Может, силы? — Она усмехнулась.
Мы помолчали. Я подумала, что момент вполне подходящий, и задала интересующий меня вопрос:
— Меарис, а у тебя тоже есть… эти клейма?
— Да.
— А можно посмотреть?
— Думаю, что лучше после обряда.
Я снова почувствовала, что от меня что-то скрывают, и тем не менее спросила:
— А у Арта тоже есть?
— И у Арта… тоже.
— Как у коровы клеймо, — не сдержавшись, буркнула я.
Меарис тихо засмеялась:
— Почти угадала. Это знак принадлежности.
— Меарис, а ты говорила, что будут какие-то физические изменения…
— Да. Твое тело должно будет принять силу, которой раньше не было, плюс еще начнется перестройка организма, чтобы ты стала бессмертной, ну и как бонус идет то, что, став Даагонской, ты делаешься внешне привлекательной для супруга. Не то что у тебя сильно изменится внешность, но что-то подправится. Впрочем, может, и сильно. Если честно, то я выглядела совсем иначе до свадьбы и инициации. Я была шатенкой, и фигура у меня больше походила на стиральную доску. — Она смущенно усмехнулась.
— Меарис, а долго изменения происходят? И где я буду все это время?
— Обычно не дольше месяца. Ну и скорее всего, все это время ты проведешь в храме. Но ты не волнуйся, для тебя дни пролетят незаметно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
