Мэгги проснулась оттого, что изнемогала от жары под теплым покрывалом, хотя нос у нее замерз. Бледный свет пробивался сквозь щели между бревнами. Минуту она тупо смотрела на грубые бревенчатые стены и солому на полу, не понимая, где находится. Потом вспомнила.
– Кэди! – Мэгги быстро села и посмотрела на больную девушку.
Кэди выглядела плохо. Ее лицо приобрело восковой оттенок, какой бывает у человека с высокой температурой, завитки темных волос слиплись на влажном лбу. Однако она услышала Мэгги: ее ресницы дрогнули, и она открыла глаза.
– Мэгги?
– Ты как? Хочешь воды? – Она приподняла Кэди и приложила флягу к ее губам.
– Со мной все хорошо. Благодаря тебе, я думаю. Ты принесла меня сюда, правда? – Кэди повела головой, будто осматриваясь вокруг широко открытыми невидящими глазами. Она говорила короткими фразами, сберегая силы, но ее голос был скорее нежен, чем слаб. – Ты и Джина. Спасибо вам обеим.
«Она слышала, как мы разговаривали вчера вечером», – решила Мэгги.
Джина села, в ее рыжих волосах торчала солома, зеленые глаза были прищурены и тревожны. Недовольно ворча, зашевелилась и Пи Джей.
– Доброе утро всем, – бодро начала Мэгги.
– Угу, – отозвалась Пи Джей, и у нее в животе забурчало. – Наверное, я все еще хочу есть.
– Там осталась пара лепешек, – сказала Джина, – и один кусок мяса. Предлагаю доесть.
Они заставили Кэди поесть мяса, хотя та и отнекивалась. Потом торжественно разделили лепешки на четыре части и съели их, набивая полный рот сухими хлопьями и тщательно прожевывая, после чего запили все остатками воды.
– Нужно будет набрать еще воды, – сказала Мэгги. Фляга была почти совсем пуста. – Но прежде всего надо решить, что нам теперь делать. Каков наш план?
– Прежде всего, – заявила Джина, – ты нам расскажешь, что случилось с Берном.
– О! – Мэгги закрыла глаза. Она понимала, почему Джине так важно было узнать обо всем. – Ну, в общем, он мертв. – И коротко пересказала все, что случилось после того, как она и Кэди побежали через лес, как Гэвин и Берн преследовали их и загнали в тупик на груде камней, как Берн превратился в медведя. – Он был оборотнем – вот…
Джина кивнула, не выразив, однако, удивления.
– Берн значит медведь. Их имена обычно означают то, чем они являются. Но ты говоришь, что сражалась с ним палкой? Ты еще глупее, чем я думала. – И все же глаза ее мерцали от восхищения, а Пи Джей слушала просто с немым обожанием.
– И вдруг появилась… голубая молния, – продолжала Мэгги. – И убила Берна, а Гэвин убежал.
Ей не хотелось рассказывать им о том, что ее освободил Дилос – Джина все равно не поверит, – и тем более о том, как их сознания слились воедино, едва их руки соприкоснулись, и о том, что она видела его воспоминания, и что он ей снился раньше, еще до того, как она попала в долину.
– Потом я наполнила флягу водой, а когда послышались шаги Сильвии, Дилос вышел, чтобы она не нашла меня и Кэди…
Мэгги замолчала, заметив, что все уставились на нее. Кэди была задумчива и спокойна, как всегда, испуганные глаза Пи Джей смотрели с любопытством, но Джина окаменела от ужаса.
– Так ты говоришь, принц Дилос спас тебе жизнь? Голубым Огнем? Ты говоришь, он не выдал тебя охотникам? – переспросила она недоверчиво.
– Да, именно так.
«Хорошо, что я не рассказала ей о поцелуе», – подумала Мэгги.
– Не может быть! Дилос всех ненавидит. Он среди них самый опасный.
– Да, он тоже так говорил. – Мэгги смущенно поежилась. Под взглядом Джины ей стало неловко, будто она защищала кого-то сверхпорочного. – Он сказал, что убил моего брата, но я не знаю, верить ли…
– Верь! – Ноздри Джины раздувались, а губы были презрительно изогнуты, словно она увидела что-то мерзкое. – Он здесь главный, и от него все зависит. Нет такого преступления, которого бы он не совершил. Я не могу поверить, что он позволил тебе уйти. – Она задумалась на мгновение и хмуро добавила: – Если только он не задумал что-нибудь особенное. Позволить тебе уйти и потом устроить охоту, например. Его бы это весьма позабавило.
У Мэгги заныло в желудке – и вовсе не от голода. Она старалась держаться спокойно.
– Я так не думаю. Я думаю, он хотел, чтобы я скрылась.
– Не обманывай себя. Ты не знаешь местных тварей, потому что не жила здесь. Никто из вас не жил здесь. – Джина посмотрела на Пи Джей, которая слушала, широко открыв голубые глаза, и на Кэди, сидевшую молча, склонив голову. – Ночные обитатели – чудовища. А те, кто живут в Королевстве Тьмы, – злейшие из них. Некоторым уже сотни лет, они жили здесь до того, как прапрадед Дилоса основал Королевство. Они вечные и вечно… охотятся. Охота – их единственное развлечение и забота. Ничего другого они не делают.
Мэгги била дрожь. То, что рассказала Джина, никак не укладывалось в ее сознании.
– Прошлой ночью я заметила нечто странное, – проговорила она. – Я стояла на тропинке и слушала, но не услышала ни звука. Совсем ничего.
– Они истребили все живое.
Тонкая рука Пи Джей нервно вцепилась в Мэгги:
– Но тогда на кого они охотятся?
– Они разводят животных и выпускают их на волю. Я в рабстве три года, и сначала они разводили только местных обитателей: пум, бурых медведей, росомах и всякую мелочь. Но последние пару лет они стали привозить экзотических животных: леопардов, тигров и других хищников.
Мэгги перевела дыхание и похлопала Пи Джей по руке:
– Они не охотятся на людей.
– Не смеши меня! Как раз на людей они и охотятся. Но только в случае, если смогут найти тому оправдание. По их законам, вампирам запрещено загонять людей до смерти. Люди – ценный товар. Не будет людей – чем они будут питаться? Но за беглыми рабами вампирам разрешено охотиться, ловить и доставлять их обратно в крепость. А если раб еще как-то провинился, они потом убивают его.
– Понятно. – Сосущая боль в желудке у Мэгги превратилась в ноющий спазм. – Но…
– Если он отпустил тебя, так только для того, чтобы поохотиться в свое удовольствие. Я же говорю, он изувер. Послушай, вот уже три года, как старый король умер и Дилос взошел на престол, и ровно три года они привозят сюда новых рабов. Они не просто хватают людей, заблудившихся в горах, они спускаются вниз и воруют детей на улицах. Так и Пи Джей, и я оказались здесь.
Пи Джей дрожала. Мэгги обняла ее и почувствовала, как маленькое тело вздрагивает рядом с ней. Она упрямо нахмурилась и крепче прижала ее к себе:
– Не бойся! Ты была такой смелой все время. Держись, ладно? Все наладится.
Она чувствовала на себе насмешливый взгляд Джины, требующий объяснений, каким образом все наладится. Но Мэгги проигнорировала ее немой вопрос.
