– Очень хорошо, – сказал, наконец, Сантино.
– Спасибо. – Кейт с трудом скрыла облегчение, когда Сантино вышел, оставив ее одну.
Но на что она согласилась? Еще на неделю разговоров с адвокатами? Неделю борьбы за Франческу? Неделю без гарантий, что Сантино отпустит дочь в Англию?
Кейт дрожала. Ее нервы были на пределе. У нее возникло чувство, что Сантино и она стоят по разные стороны огромной пропасти, в которой оказалась Франческа. И оба не обращают внимания на дочь. А скоро придется рассказать ей, какие отношения на самом деле связывают ее маму и папу. Если тянуть слишком долго, то Франческе будет больнее узнать правду. Кейт оставалось попросить Сантино помочь ей рассказать дочери об их отношениях. Малышке легче будет принять все, услышав правду от обоих родителей. А после этого они должны забыть о своих проблемах и помочь Франческе привыкнуть к новой жизни.
Сантино был удивлен и раздражен, услышав стук в дверь своего кабинета. Он разозлился еще больше, когда увидел на пороге Кейт.
Сантино не желал, чтобы его беспокоили. Он даже задернул шторы, чтобы темнота облегчила его боль. Нет, он не боялся больше потерять дочь, но страшился своего возрастающего вожделения к Кейт – женщине, которая лгала ему и лишила его дочери на долгих пять лет. Он хотел избавиться от этого влечения, как от вируса, как от болезни, которая прогрессировала с каждым днем. Кейт обманула его, вырвала его сердце, а он хочет ее. Разве такое возможно?
– Нам надо поговорить о Франческе.
– Входи и закрой дверь. – Сантино распахнул шторы. – Что тебе нужно, Кейт? Разве мы не сказали друг другу все, что хотели? Чего ты еще ждешь от меня?
– Для себя? Ничего.
Краем глаза Сантино заметил, как солнце играет в ее волосах…
– Я слушаю.
– Мы должны пойти к Франческе и объяснить, что происходит. Вместе.
– Сядь, – скомандовал Сантино.
Кейт ворвалась к нему и требует чего-то. Да кто она такая?
– Мое присутствие здесь облегчит тебе знакомство с дочкой.
– Как великодушно!
– У меня нет никакого желания вставать между вами. И я не собираюсь спорить с тобой, Сантино.
– Уверен в этом. Ты пришла, чтобы уговорить меня все сделать по-твоему. – Он замолчал. Кейт чувствовала себя неловко. – Но я предпочитаю предоставить право разбираться в этом деле адвокатам.
– Мы можем хотя бы решить все цивилизованно?
– А разве не для этого созданы юристы?
Кейт с минуту молча смотрела на Сантино, а поняв, что все бесполезно, встала.
Он не знал, что раздражает его больше – уход Кейт или то, что он хочет остановить ее.
Девушка оглянулась. Сантино ощутил мощный прилив желания, будто какая-то неведомая сила толкала их в объятия друг друга.
Сантино постарался отвлечься, но все, о чем он мог сейчас думать, – это о том, как напряглись соски Кейт.
Он помнил, как нежна ее кожа, как она дрожала под его прикосновениями, как неистово, яростно отдавалась ему. Они могли бы найти облегчение в постели…
– Тебе не следовало приходить сюда, Кейт…
Его слова жаром обдали тело девушки. Кейт видела, с какой жадностью он смотрит на нее. Она закрыла глаза, стараясь навсегда запечатлеть в памяти его взгляд, горящий от страсти.
Сантино играл с ней, как кот с мышкой, которую собирался съесть. Понимая это, Кейт сознавала, что ей нужно противостоять собственному влечению. Она должна научиться ничего не испытывать к нему. Должна изолировать от него свой разум и чувства. И поступать так до тех пор, пока Сантино не сможет ни словом, ни делом причинить ей боль.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Только после того, как он уложил Франческу спать, Сантино смог сразиться со своими демонами. Он долго гулял по саду, думая о Кейт и о том, как доказать себе, что она не имеет над ним никакой власти. Ему необходимо было удостовериться, что больше ни одна женщина не заставит его страдать.
С детства злость была его верным спутником. Узнав о Франческе, он не просто разозлился, но пришел в ярость, возжаждав мести. Но ему трудно было лелеять такие чувства. Ведь стоило Сантино взглянуть в глаза дочери – и он видел там проблеск невинной надежды на счастливую семью. Франческа каждый день доказывала, что нет ничего мощнее, чем сила любви. Бескорыстной и всепоглощающей.
Сантино много часов размышлял над тем, какой стала его жизнь. И у него было время понять ту молодую девчонку, которой пришлось в одиночку преодолеть массу проблем. Сантино боялся даже представить, что случилось бы, не будь у Кейт тети Мередит. При этой мысли сердце его испуганно сжалось, а потом учащенно забилось. Сантино знал одно: теперь он не мыслит свою жизнь без Франчески.
Кейт и Сантино были похожи. Она тоже пережила своего рода предательство и так же, как и он, мужественно прошла через это. Девушка сделала дочь центром своего мира и передала малышке смелость и непосредственность. Вот почему Франческа так счастлива. Но это не значит, что Сантино легко откажется от желания быть рядом с дочерью.
Кейт напрасно пыталась выбросить Сантино из головы. Вместо этого она лишь вспомнила, какое это удовольствие – быть в плену его рук и губ. Она не могла спать, не могла есть, не могла сидеть спокойно. Девушка бродила взад-вперед по комнате, борясь с желанием пойти к нему и отдаться. Ей уже нечего терять. Кейт так часто делали больно, что на сердце не осталось живого места.
Вот что чувствовала Кейт, когда тихо закрыла за собой дверь спальни и босиком прокралась по ковру к его комнате. Она так же тихо отворила дверь и вошла.
Кейт пришла к нему, скользнула под одеяло, ее руки и губы искали его, пока не настигли…
– Кейт? – пробормотал Сантино в полусне.
Он был расслаблен, но готов к бою. Она ощутила это, и по телу пробежали мурашки.
Кейт прильнула к нему, целуя Сантино со всей страстью, которую сдерживала в себе слишком долго. Он накрыл ее своим телом. И между ними не было больше слов. Только бешеная страсть, вздохи и стоны.
– Сейчас… сейчас… – умоляла Кейт, царапая его спину. – Возьми меня… – Она открылась ему навстречу.
Кейт знала, что ведет себя бесстыдно, но она изголодалась по ласкам Сантино, она хотела быть с ним, слиться с ним, насладиться его силой. Он вошел в нее, погрузившись в сладкую негу искушения, чувствуя себя заложником страсти, ее господином и рабом.
– Еще, еще, Сантино!.. – кричала Кейт, впиваясь ногтями в его кожу. Она покусывала его, заставляя погружаться в нее глубже и быстрее, пока ее тело не содрогнулось от первой волны удовольствия. Издав победный стон, Сантино поднялся вместе с Кейт к вершинам неземного блаженства.
Впервые за долгое время Сантино ощутил полное спокойствие. Он купался в безмятежности, держа Кейт в своих объятиях, такую теплую и нежную и мурлыкающую от удовольствия.
