Читаем без скачивания Virtual, или В раю никого не ждут - Александр Смоленский

– Вам не кажется, господа, что тут, у бара, не очень удобно продолжать разговор?! Может, где-нибудь присядем? – предложил Каплунский.

– К сожалению, у меня назначена встреча. Надеюсь, мы с вами еще увидимся, Ильяс, – многозначительно сообщил Невман. – А вы, друзья, можете не торопиться. Думаю, вам есть что обсудить между собой. Все оплачено.

По тому, как слегка дернулся подбородок Каплунского, я догадался, что платит именно он.

– Вообще-то я не пью, – заметил он после ухода министра. – Но разве что ради знакомства…

После двух бокалов бордо урожая 2001 года и ухода министра Анатолий Казимирович стал более раскрепощенным и откровенным.

– Стало быть, если будут ресурсы, результаты не замедлят сказаться? – продолжил он начатую тему.

– Боюсь ввести вас в заблуждение, но мне кажется, что именно так.

– О каких суммах уместно, на ваш взгляд, говорить? – спросил собеседник.

«Неужели он клюнул? – подумал я. – Хотя почему бы и не клюнуть на мою спонтанную наживку».

– Многие мои коллеги считают, что дело даже не в суммах, а в правильной структурной политике.

Каплунский с интересом на меня посмотрел. Причем интерес этот, как мне показалось, выходил за рамки высоких технологий. «Этого еще не хватало! – вновь мелькнула мысль. – Неужели они оба съехали с традиционной ориентации, и я им интересен совсем по другой причине? Ну да бог с этим, сейчас не до их ориентации. Случалось и похуже».

– Ильяс, а сам-то ты занимаешься бизнесом? – в лоб спросил он, и мне понравилось, как быстро мой собеседник перешел на «ты».

– Мелким. Даже стыдно говорить…

– Это как раз поправимо. Ты правильно заметил, главное – структура. Если найти подходящую нишу, можно перевернуть весь рынок, не влезая в кредитное ярмо. Кстати, у меня есть парочка идей. Если они тебя заинтересуют, можешь считать, что твой бизнес уже пошел в гору.

С очаровательной легкостью я немедленно изобразил на лице восторг.

– Я, признаться, даже не мечтал об этом.

– А я и не люблю мечтателей, – покровительственно заметил Каплунский. – У меня все подчинено расчетам, и кажется, Ильяс, ты как раз тот человек, который мне нужен. Но об этом мы поговорим позже. Нам ведь еще несколько дней коротать здесь. А сейчас давай-ка выпьем. За Казахстан, за тебя, за твою семью, за компьютерный бизнес. Кстати, насчет семьи: у тебя есть жена?

– Нет, пока не успел обзавестись.

– Вот и хорошо. Не исключаю, что тебе придется часто летать, а жены не очень любят, когда их оставляют без внимания.

– С удовольствием побываю в Москве, – поспешил я невинно заверить его.

– Как я предполагаю, дело не ограничится одной Москвой, – загадочно произнес Каплунский и тут же перевел разговор на другую тему.

В эту ночь я впервые заснул с чувством частично выполненного долга и проспал до самого утра. Что сегодня?!

Стерильного вида горничная, толкая навстречу тележку, заставленную всякой ерундой, окинула меня оценивающим взглядом. Я мгновенно сладко-сладко улыбнулся в ответ. Обычно, когда женщина примерно представляет, что она могла бы от меня хотеть, этого оказывается вполне достаточно. Женщины легко распознают свою добычу, кстати, в отличие от большинства мужчин.

Кокетливо повернувшись боком, чтобы я узрел ее безупречную попку, насколько ею может обладать современная европейская девушка, горничная стала демонстративно долго ковыряться в замке одного из номеров. От нее пахло свежими простынями. Наши взгляды встретились еще раз, чтобы оба могли удостовериться в том, что мы не ошиблись друг в друге. Только после этого я многозначительно указал глазами на свою дверь.

– Благодарю вас! – тихо выговорила горничная по-немецки, неумело разыгрывая смущение. – У вас что-то случилось?

Немецкий язык на мгновение меня смутил. Я свободно говорю по-английски, неплохо владею французским и испанским. Довольными мною оставались и итальянки. С немками же я имел гораздо меньше опыта. Они несколько утомляют своей половой ненасытностью. Внешне холодные и расчетливые, они заранее знают, сколько секса им надо, и никогда не упустят своего. Хотя порой все же бывают не в состоянии унять свои страсти. Когда немка входит в раж, ее несет как паровоз без тормозов. Этого как раз я и побаивался. Выдержат ли мои синяки…

Однако выбирать не приходилось.

Она вошла в номер минут через пять после меня, одарив многозначительной улыбкой, и, повернувшись спиной, незамедлительно принялась тщательно стирать с мебели пыль, которую даже с увеличительным стеклом вряд ли можно было здесь отыскать. Тем временем я внимательно изучал ее сильные ноги, едва прикрытые накрахмаленной формой, которая в нижней части тела напоминала колокол.

Скинув туфли, чтобы стать чуточку ниже, я осторожно подошел сзади и тесно прижался к ней своей бесценной частью тела. «Гретхен» – так я мысленно назвал ее, – даже не обернулась, продолжая свою борьбу за чистоту в моем номере. Но тело не обманешь, я отчетливо почувствовал, как оно сначала стало твердым, а затем резко расслабилось. Этого момента я и ждал. Крепко облапив ее бедра, я повел руками вниз, туда, где кончалась юбка. Ее тело послушно выгнулось в нужном направлении, и я легко приступил к действию. Вошел так, что все тело сладко заныло то ли от боли, то ли от удовольствия. При этом я весьма цинично нащупал в ее кармане ключ-вездеход, который персонал иногда называет не иначе как «король».

Потом мы занялись любовью на диване, но уже в лежачем положении, и она меня не разочаровала. Как и все немки, она привыкла повелевать, и мне досталась роль восторженного юноши, познающего секреты искушенной и переполненной похотью женщины. Это избавило от лишних слов на немецком языке. Я даже залюбовался, когда она, как дикарка, оседлала меня, словно недавно прирученного коня без седла, и, подстегивая коленями, понеслась по необозримому полю прорвавшихся чувств. Да уж, она выжала из этого занятия все, что могла, до последней капли.

Примерно через полчаса «Гретхен», видимо, все же вспомнила, что тележка с гостиничным скарбом все еще сиротливо стоит у моих дверей, и наконец угомонилась. Весело смеясь, она убежала в ванную, а я, в свою очередь, кинулся к сканнеру, сжимая в ладони заветный электронный ключ. Снять его параметры было делом нескольких секунд.

Вернувшись из ванной, «Гретхен», нагло глядя мне в глаза, стала одеваться. Свои трусики она небрежно сунула в кармашек фартука, где уже лежал возвращенный на место ключ. Обретя пристойный вид, она как ни в чем не бывало мило улыбнулась и, еще раз проверив юбку, открыла дверь номера.

– Моя смена послезавтра, – деловито сообщила она низким грудным голосом, явно давая понять, что готова повторить данное мероприятие. Это были единственные слова, которые я услышал от «Гретхен».

Я переписал данные «вездехода» на ключ от своего номера, а затем, воспользовавшись им, установил «прослушку» в номере, отведенном для Даконто. Устанавливать ее в номерах Невмана и Каплунского не имело смысла. Даконто представлялся мне не тем фруктом, чтобы слоняться по чужим номерам.

…Даконто появился в отеле этим же утром, энергично выпрыгнув из специально посланного за ним лимузина. Если верить досье, он, наверное, был компьютерным богом. Как Гейтс, только внешне много приятнее. Во всяком случае, так это явствовало из его обширного досье. Ученый-философ, технарь, миссионер! Мне всегда казалось, что таких людей невозможно купить. Однако не исключено, что здесь был иной случай.

Если он всерьез решил штамповать свои ноутбуки – это уже бизнес, даже если в основе его лежит миссионерство. Что ж, посмотрим, ждать осталось недолго. Как Игорю Михайловичу Свиридову, законопослушному гражданину, сотруднику скромного конструкторского бюро, имеющему кое-какое отношение к науке, мне, конечно, хотелось, чтобы Даконто оставался на высоте. Но как Интеграл, а также как корыстолюбивый представитель казахской компьютерной элиты Ильяс Рунце, я был заинтересован в обратном. Принципиальность Даконто в общении с Невманом и Каплунским могла легко сорвать мои далеко идущие планы.

Однако ученый повел себя так, что разом смутил и Свиридова, и Рунце. Прежде всего, что в холле конференц-зала, едва заметив Каплунского, он радостно замахал ему рукой.

– Анатолий, рад тебя видеть! – закричал он, чуть ли не через весь зал. Вот это, понимаю, симпатия!

– Здравствуйте, Майкл! – столь же эмоционально воскликнул Каплунский, сразу как-то приободрившись. – Как же я мог обойти вниманием столь представительное мероприятие!

– Перестань! Когда на подобных мероприятиях решались серьезные вопросы? Наверное, просто решили прогуляться в Швейцарию. Хотя сам я не нахожу в ней ничего примечательного.

После этой его фразы я уже не сомневался, что в случае, если понадобится иметь дело с Даконто, мы без труда найдем с ним общий язык. Он мне сразу понравился.