Я с трудом вынырнула из глубокого сна и разлепила глаза. Какое облегчение осознавать, что это лишь сон, а там чего только не привидится! Липкое наваждение окончательно утратило власть надо мной. Сонливость, как рукой сняло, потому что в нос ударил сочный, умопомрачительный и аппетитный запах жареного мяса. Я подскочила на месте и чуть не столкнулась лбами с Проклятым. Мужчина выглядел посвежевшим. Он был чист и полностью одет, в отличие от меня — полуголой замарашки.
— Я боялся, что не смогу разбудить тебя до рассвета. Доброе утро, — ласково поприветствовал Проклятый и усадил повыше на кровати среди многочисленных подушек.
На кровати? Быстро оглядев обстановку, я узнала ту самую спальню с пыльным зеркалом и большой кроватью. Генерал перенёс меня и устроил с подобающим комфортом. Очень мило с его стороны.
— Доброе утро, — вежливо ответила я и сладко потянулась.
— Что бы ты хотела сделать в первую очередь: покушать или искупаться?
Нос шумно втягивал воздух и пытался распознать источник мясного аромата. Я выглянула из-за широкой мужской фигуры и обшарила глазами комнату внимательней. В камине весело горел огонь, а на железном вертеле румянилась тушка крупной птицы. Ни о чём другом уже думать не хотелось. Глаза соглашались видеть только эту аппетитную и заманчивую картину. Я сглотнула слюну и потянулась к еде, как растение к солнцу.
— Понятно, вопрос снимается. Не вставай, я принесу мясо сюда.
Мужчина быстро поднялся и отправился к огню снимать жареную птичку. Он выложил её на поднос и поставил мне на колени, а сам присел рядом, придерживая другой рукой бутылку вина и бокал. Быстренько откупорив бутылку, Проклятый наполнил солнечным нектаром высокий фужер и протянул мне.
— Извини, успел подстрелить только одного фазана. Тут в заброшенных садах их развелась целая тьма. Ночью охотиться сложно, пришлось изловчиться. Зато я поставил несколько силков на будущее, — проговорил мужчина.
Я накинулась на нежное мясо, вгрызалась в него зубами, словно дикий зверь. Связно думать или говорить оказалось невозможно. С первым куском, попавшим в рот, я полностью уплыла из реальности. Ничего вкуснее есть не доводилось! Румяная корочка, сводящий с ума аромат — птичка приготовлена выше всех похвал и просто таяла во рту. Лишь через десять минут мясной экстаз потихоньку отпустил.
Проглотив очередной кусок, я замерла и робко подняла глаза на мужчину. На его лице ожидалось увидеть что угодно, но только не умиление! Он спокойно помогал отламывать нежное белое мясо, подсовывал самые лучшие кусочки, при этом одобряюще улыбался. Эту вкуснотищу я запивала красным густым вином, и голова потихоньку хмелела.
— Не спеши, а то плохо станет, — предупредили меня.
— Не станет, — заверила я и отломала от птицы вторую ножку и крыло. — Поешь со мной?
— Кушай, Паулина. Проклятому принимать пищу не обязательно и это наверно единственный плюс в моём существовании, — грустно произнёс мужчина и от этого заявления даже есть расхотелось.
— Я тут подумал, что ты захочешь искупаться.
— У тебя есть вода?
Мужчина довольно хмыкнул, а потом легко подхватил на руки и понёс к огню. Из-за разгулявшегося аппетита я не заметила маленькую лохань, наполненную чистой водой. К ней-то мы и направились.
— Откуда это? Ты волшебник?
— Нет, Паулина, просто я слишком давно обитаю в этом доме и знаю, что и где находится. Гнек не так часто менял логово. Это пятое место его охоты за сотню лет. Так что найти необходимое было не трудно, а колодец располагается во дворе. Надеюсь, ты не против заботы? Пожалуйста, позволь мне хотя бы это, — проговорил мужчина.
Он остановился в ожидании ответа. Против ли я? Мне так тепло на душе от его заботы и внимания. Пока я спала, он тут развил бурную деятельность: охотился среди ночи, готовил для меня, нашёл лохань и натаскал воды, а теперь ещё и разрешения спрашивает.
— Ты меня накормил, напоил, а если сейчас ещё и искупаешь — буду обязана тебе по гроб жизни. Делай, что считаешь нужным, только берегись! Благодарность может перейти все границы, — весело ответила я.
Крепкое вино приятно шумело в голове, вместе с сытостью настраивая на игривый лад. Мужчина лишь рассмеялся в ответ на мои слова и медленно опустил в воду. Я закатила глаза от блаженства и застонала от удовольствия. Лохань глубокая, но небольшая, купаться в ней можно только сидя. Вода нагрелась возле огня до комнатной температуры. Рядом на стуле лежал кусочек душистого мыла и полотенце. Я говорила, что мой генерал чудо? Всего десять раз? Так вот, повторю в одиннадцатый, этот мужчина — самое лучшее чудо на свете! Если и было смущение, то лишь чуть-чуть. Мы пережили с Проклятым такие моменты, после которых стесняться глупо. Наша близость гораздо глубже, чем интимная.
Мыть такую копну волос, как у меня, то ещё удовольствие. Маленький кусочек мыла терялся в тяжёлых намокших прядях, но я упорно сражалась за чистоту. И был бы это неравный бой позорно проигран, если бы не подоспела помощь из двух заботливых мужских рук. Именно они помогли управиться с этим хозяйством, придерживали чистые пряди на весу, пока я пыталась вымыть остальное тело. Я намыливалась снова и снова, тёрла, скребла, пока мою ладонь не поймал Проклятый.
— Ты сотрёшь кожу до дыр. Поверь на слово, твоё тело сияет чистотой. Отдай мыло, — попросил мужчина.
Я с сомнением вложила душистый комочек в широкую ладонь. Генерал тут же отложил его подальше, а потом подхватил полотенце и, ловко обмотав меня им, вытащил из лохани.
— Это не все сюрпризы на сегодня, — загадочно сверкнув глазами, прошептал на ушко мужчина.
Он усадил меня на стул перед огнем и, опустившись на колени, аккуратно собрал влагу с чистого тела. Я зажмурила глаза от удовольствия и отправилась витать в облаках.
— Подожди минутку, — раздался тихий голос и по спине побежали мурашки.
Некоторое время были слышны лишь торопливые шаги по комнате и треск горящих поленьев в камине. Когда звук шагов оборвался совсем рядом, пришлось открыть глаза от любопытства. Генерал держал в руках платье и туфли.
— Я не особо специалист по женским нарядам, но мне кажется, эти вещи твоего размера. Потом покажу комнату, полную всякого добра…
— Молчи, — быстро перебила я Проклятого, а потом кинулась к нему и накрыла губы ладонью.
Я и сама знала, чьи это вещи, ведь жертвы попадали к Гнеку не голыми и босыми, но сейчас не хотелось слушать об этом. Не в эту минуту неги и близости, может позже, завтра или через день, но только не сейчас. Я забрала вещи и быстро оделась. Платье глубокого синего цвета определённо моего размера. Оно отлично село на фигуру, а вот мягкие туфли чуть велики. Но это не важно, всё равно гораздо лучше, чем ходить босиком. Вот теперь мне комфортно, впервые за эти дни. Подхватив с пола какую-то тряпку, я подбежала к высокому зеркалу и смахнула с него пыль. Проклятый пожирал меня глазами через зеркальную поверхность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
