- Я надеюсь ты ничего не задумал? - Алиса шикает на меня.
- Да ладно тебе, Зимина!
- Захарова!
- К чёрту! - закатываю глаза. - Давай поговорим, а Василиса пусть ещё погуляет.
Протягиваю жвачку девочке, и та ловкими пальцами распечатывает её и кладёт в рот.
Алиса тяжко вздыхает, разжимает ладонь и садится на корточки, сравнявшись в росте с малявкой.
- Василис, беги поиграй на горке, хорошо?
- Холосо!
Девчонка улыбается и стремительно срывается с места.
- Что ты хочешь, Дим? - складывает руки под грудью, смотрит на меня исподлобья презрительно и недоверчиво.
Напоминает зашуганного котёнка.
- Я скучаю по тебе, - начинаю ласково, но с нажимом. - По твоим сладким губам, по туманному возбуждённому взгляду.
- Хватит! - цедит сквозь зубы.
- А ты? Ты скучаешь?
- Нет! - рявкает.
- В баре мне казалось, что ты очень по мне скучаешь. Что было бы, если бы я не остановился, м?
Зимина мучительно закрывает глаза и качает головой.
- Дим, это было безумием. Я не хотела всего этого. Я не скучаю. И такого больше не повторится. Я мужа люблю, понимаешь?
- А хочешь узнать, кого люблю я?
- Ты разве способен на любовь? - усмехается.
- Представь себе. И я докажу тебе, что ты мне очень дорога, Алиса. Я хочу всё вернуть.
- Поздно! - морщит носик и стреляет ядовитым взглядом. - Раньше нужно было думать. До того, как решил мне изменить.
- Алис, я молодой был, глупый.
- Это тебя никак не оправдывает, Стрельцов.
Да, она права. Она как всегда права. Мне стоило быть более расчётливым и осторожным. Я уже сто раз прокручивал это в голове и жалел, что притащил ту девку в дом. Есть же столько отелей, да даже квартиру снять на сутки можно было. А я оплошал.
- Алис, - хитро улыбаюсь, смотря в сторону детской горки, с которой с задорным хохотом скатывается рыжеволосая малявка. - Василиса моя дочь?
- Что? - Зимина замирает с открытым ртом, лишь глазами хлопает.
- Василиса от меня? - спрашиваю, затаив надежду.
- Ты с ума сошёл? - девушка бледнеет на глазах.
Она явно что-то скрывает. Это видно по её коже, в один миг ставшей белее сметаны. И по сбившемуся дыханию, которое она старательно пытается привести в норму.
- Ответь, Василиса ведь моя? - наступаю на Зимину, и та делает шаг назад.
- Она не твоя, Дима! С чего ты вообще это взял? - неуверенным смешком хочет от меня отделаться.
Но все её реакции только доказывают мою теорию.
- Алиса, признайся! И я обещаю, я всё сделаю для вас. Все твои мечты исполню! Весь мир к твоим ногам положу! Что тебе этот Захаров? Он просто офисный жук, зарабатывает в десятки раз меньше меня. Признайся, что Василиса от меня, и у вас с дочкой будет всё!
- У нас и так есть всё! - рявкает Алиса.
В этот момент у неё звонит телефон.
- Это Женя, - шепчет, взглянув на экран. - Молчи, пожалуйста. Я не хочу, чтобы он ревновал.
Прикладываю палец к губам, мол, клянусь не проронить ни слова. И пока Зимина щебечет со своим благоверным, тут же иду к малявке.
- Как тебе конфета?
- Вкусная, - отзывается рыжеволосая и съезжает с горки.
- Знаешь, Василиса, я что-то не подумал об этом сразу. Нельзя бегать с жвачкой во рту, можно подаваться!
- Да? - девочка взволнованно моргает, смотря мне в глаза невинно и доверчиво.
- Да! - улыбаюсь. - Плюй жвачку в этот пакетик. Я выкину.
Василиса уверенно подходит ко мне и следует моему указанию.
- Вася, домой! - кричит Алиса, и малявка тут же реагирует.
- Пока, мамин длуг! - машет мне маленькой ручкой, убегая вслед за Зиминой.
Я удовлетворённо выдыхаю, убирая пакетик с жвачкой в карман. Теперь у меня есть генетический материал Василисы, и скоро я удостоверюсь, что Алиса родила от меня.
22
Крепко сжимаю ручку дочки и бегу не оглядываясь с этой чёртовой детской площадки, мимо иномарки Стрельцова и старушек, неизменно сидящих на лавочке у подъезда. Все вокруг будто сговорились, спрашивая у меня одно и тоже: точно ли Василиса ребёнок моего мужа? У меня в ушах гудит и сердце в груди предательски болью заходится, потому что я сама на этот вопрос ответа не знаю. Теперь и Димина очередь пришла об этом спросить. И как только догадался?! Как додумался до этого?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ма, давай в поезд иглать, - предлагает дочь, как только мы переступаем порог квартиры.
- Сейчас, мама только в ванную сходит, - разуваюсь и скрываюсь за дверью.
Бледная, как моль. Вскрылись все мои раны, а сверху ещё и соль сыпят своими подлыми вопросами.
Дима говорит правду? Что скучает? Что любит? Едва ли я в это верю! Что-то не доброе задумал явно. Охоту на меня открыл. Опытный и властный зверь. А я как пучеглазая бестолковая антилопа повелась...
Ещё и с Женей всё не слава богу! Мысль о тех сообщениях, которые пол одиннадцатого ночи написала ему какая-то Татьяна, просто выводит из себя, заставляя пульс учащаться. Умываюсь холодной водой, окидываю своё отражение придирчивым взглядом. Хочется самой себе по щекам настучать за то, что собственными руками жизнь свою порчу.
Выдыхаю.
За дверью меня ждёт четырёхлетний ребёнок, которого моя истерика явно напугает. Собрав нервы в кулак, выхожу к дочери.
Притворяться очень сложно. Но я мама, в первую очередь. Я должна быть сильной и стойкой, как оловянный солдатик! Всегда счастливая, всегда довольная.
Пока играем, я внимательно смотрю на Василису, будто вижу её впервые. Сознание ищет в ней черты двух мужчин. Законного мужа и бывшего.
Чей же ты, мой котёнок?
Василиса - моя копия. Нет в ней ничего ни от Захаровых, ни от Стрельцовых. И попробуй тут угадай.
После ужина укладываю Василису спать. Женя опять задерживается на работе, и я снова панически боюсь за нашу семью. Липкие щупальца страха бороздят по моему телу, заставляя меня тихо проваливаться в депрессивное состояние. Отвлекает только сказка, которую читаю для доченьки. В сказке нет ни боли, ни страха. Тут всегда счастливый конец - и жили они долго и счастливо. Добро всегда побеждает. Свет превосходит темноту.
Жаль, что в жизни всё не так. Казалось бы, мой хэппи энд уже произошёл, когда я вышла замуж и стала мамой чудесной крошки, но у судьбы порой такие гадкие планы, разрушающие и коварные.
Женя тихо входит в квартиру, когда Василиса уже спит. Я на цыпочках крадусь из детской, и тут же натыкаюсь взглядом на огромный букет красных роз.
- Лисёнок, - с трепетной улыбкой шепчет муж, которого почти не видно за ароматными цветами. - Прости меня за этот месяц, я будто из жизни выпал с этим проектом. Я люблю тебя.
- И я тебя люблю, - отзываюсь тихо, потому что горло дерёт от сдерживаемых слёз.
- Алис, я завтра на работу не поеду. Проведём день семьёй, съездим на пикник! - руки по-хозяйски обнимают мою талию.
Целует в макушку, и становится спокойнее. Муж - моя чудодейственная таблетка. Даже если сердце в ошмётки, а я будто стою на тонущем корабле, Женя всегда знает, как склеить то, что порвалось, как спасти меня от всех бед. И стыдно перед ним за то, что я натворила тогда в баре. Даже щёки снова пылают.
Раннее субботнее утро начинается с завтрака в постель. Нажарил яичницы с беконом и помидорами, улыбается довольно и кормит меня сам, ещё до конца не проснувшуюся. А я лишь глаза на него таращу и жую старательно.
- Вкусно? - расплывается в довольной улыбке, словно кот, обожравшийся сметаны.
- Угу, - выдаю я.
- Я ещё и кофе сварил, сейчас принесу!
Женя оставляет меня наедине с яичницей и мыслями, галопом скачущими в голове. Давно таких нежностей не было. И хоть момент прекрасный, портить его не хочется, но нотки ужаса закрадываются в певучую мелодию моей души. А вдруг муж так "извиняется" за что-то? За Татьяну, например. Что если у него была близость с другой женщиной, и вот это сказочное утро - попытка сгладить острые углы.
