Его брови приподнялись.
— Вы собираетесь сказать о любви?
Полли не верила в любовь. Она видела, что случается с людьми, которые верят, и взяла за правило никогда не поддаваться этой иллюзии.
— Они хорошо ладят, — ответила она. — Они все время смеются, разговаривают. Между ними есть притяжение. Может, они понимают, что это сумасшествие, но не могут устоять.
— Притяжение?
Дэмон зловеще молчал. Он смотрел ей в глаза, и неожиданно все мысли об отце ушли на задний план. Она слышала сигналы машин, визг колес, потому что парижане ездят по городу, как по треку, но громче всего стучало ее сердце.
Продолжать разговор стало невероятно сложно.
— Притяжение, — прохрипела она. — Я просто говорю, что оно может быть очень сильным.
По крайней мере, так считалось. Полли не представляла, что сексуальное влечение может оказаться сильнее здравого смысла, но не собиралась признаваться в этом человеку, чья сексуальная удаль была темой многих слухов.
— Возможно, они не сумели с ним справиться. Я не знаю.
После долгого молчания Дэмон взял ее лицо в руки и прижался к ее губам. Полли задрожала, когда они слились в поцелуе. Ворвавшееся в нее тепло вполне могло бы запустить ядерный реактор, и она не понимала, как поцелуй может быть настолько хорош. Дэмон целовался так же, как делал все остальное в жизни: с инстинктивной уверенностью, что умеет это лучше всех остальных. Его чувственные губы заставили ее забыть обо всем на свете, и только он контролировал поцелуй, от наклона ее головы до глубины. Искусные движения языка брали власть над ее разумом, телом и душой. Полли не почувствовала, как пошевелились его руки, но неожиданно оказалась прижатой к его бедрам, их тела сливались, и ее накрыла горячая волна. Она провела ладонями по его груди, почувствовав мышцы и силу. Не прерывая поцелуя, Полли расстегнула пуговицу его рубашки, отчаянно желая прикоснуться к его телу. Дэмон мгновенно сжал ее ягодицы, притягивая ее еще ближе к себе, и она почувствовала его возбуждение.
Сгорая от желания, Полли потянулась к Дэмону, но в этот момент он отпустил ее и поднял голову, лишая ее удовольствия. Она слабо застонала и покачнулась. Он положил руки на ее плечи, удерживая Полли на месте, словно понимал, что она не сможет стоять без его поддержки.
Дэмон, тяжело дыша, отпустил Полли и сделал шаг назад.
— Вы хотели знать, как справиться с влечением? Вот как это делается. Это называется самодисциплиной. Вы просто говорите «нет».
Полли, столкнувшаяся с холодной надменностью и обидным безразличием, хотела сказать что-то игривое. Затем хотела дать ему пощечину, но передумала.
Дэмон посмотрел на часы:
— Мы встречаемся с Жераром за ужином на Эйфелевой башне в семь часов.
Ее гордость была задета тем, как легко он вернулся из нирваны в обычное состояние.
— Платье элегантно.
Произнеся эту унизительную фразу, Дэмон вернулся в комнату, в свой мир роскоши, где жизнь фильтровалась и просеивалась, пока не приобретала наиболее изысканную форму.
Полли стояла, не зная, что делать. Она была прежней и в то же время другой. Она облизала нижнюю губу.
Дэмон поцеловал ее, чтобы что-то доказать. Что? Что мог уйти в любой момент и желание было для него таким же решением, как и любое другое? Может, сила их взаимного притяжения тоже пугала его. Полли злилась. Как он смел так целовать ее, а потом исчезнуть?
Несомненно, он ощущал свое превосходство, потому что сумел продемонстрировать на практике свой контроль, в то время как Полли показала лишь унизительную женскую уступчивость. Она настолько подчинилась его захватывающему мастерству, что готова была пойти до конца. Как Икар, она летела к обжигающему солнцу, и экстаз от полета заглушал чувство осторожности.
Дэмон выставил ее полной дурой.
Если он считал, что может контролировать все вокруг, то она его сильно удивит.
Глава 6
— Переговоры буду вести я. — Дэмон развалился на заднем сиденье лимузина, радуясь, что большое количество писем позволило ему ограничить общение с женщиной, сидящей рядом.
Зачем он так много рассказал о себе?
— Почему вы? Не вы выиграли тендер, — холодно заявила Полли, уткнувшись в телефон.
Ее пальцы летали по клавиатуре с завидной скоростью, когда она отвечала на письма. Полли ни разу не посмотрела на него, и Дэмон нахмурился: он не привык к отсутствию интереса со стороны женщины, особенно после того, как поцеловал ее.
— Это логично. Я знаю Жерара пятнадцать лет.
— Я понимаю. Это вроде мужского клуба. Не волнуйтесь. Можете биться грудью и заниматься всякой подобной мужской ерундой, а когда закончите, я представлю свои идеи.
Дэмон не знал, что злит его больше: ее слова или то, что она даже не подняла головы, когда говорила.
— То, как я провожу деловые встречи, вовсе не похоже на мужской клуб.
— Не надо защищаться. Вам не стоит извиняться за то, что в каждой ситуации вы хотите быть ведущим самцом. Наверное, этот порок стал основополагающим для вашего успешного бизнеса.
— Вы называете мужественность пороком?
— Нет, конечно. Не мужественность. — Ее пальцы продолжали летать по кнопкам. — Просто ваша страсть к контролю не позволяет вам даже предположить, что кто-то другой может сказать что-нибудь стоящее.
— Я всегда открыт для свежих идей.
— Если они исходят от человека, одетого в черный костюм. Признайтесь, вы посмотрели на меня и тут же сбросили со счетов из-за платья и розовых колготок.
— Неправда.
— Правда. Когда мы приедем в ресторан, вы сначала обсудите дела, разнообразные достижения. Он признает вас королем джунглей, вы закажете невероятно дорогую бутылку вина, чтобы доказать ваш безупречный вкус и его важность как клиента, и, когда мы выясним, кто из вас альфа-самец, я могу вступить в игру.
Дэмон глубоко вдохнул:
— Вы слишком агрессивны. Вы расстроены, потому что я вас поцеловал.
Полли подняла голову:
— Почему это должно меня расстроить? Вы хорошо целуетесь. Ни одна женщина не будет расстраиваться из-за того, что ее поцеловал мужчина, который умеет это. Хотя вам следует поработать над концовкой, она была слишком резкой. Но лучше так, чем слюняво. — Она вновь уткнулась в телефон. — Итак, возвращаясь к встрече. Я просто хочу убедиться, что понимаю основные правила. Вы хотите контролировать все. Хорошо.
С этим у меня нет проблем. Я помолчу, пока вы не закончите тешить свое самолюбие.
Дэмон, который все еще размышлял над ее сухим комментарием о поцелуе, не смог ничего ответить.
Он думал над тем, выбрала ли она длинный плащ в знак неприятия того, что произошло днем. Он закрывал все ее тело от шеи до лодыжек. Во внешности Полли не было ничего сексуального. Ничего провокационного. И от этого Дэмону еще больше хотелось придвинуться к ней, обнять ее, расстегнуть пуговицы и снова почувствовать прикосновение ее губ.
