Отбросив кулаком подушку, я некоторое время созерцал труп своей невесты с неестественно вывороченным ртом и торчащим в нем обмякшим тельцем котенка, успевшего пометить глубокими следами когтей лицо и шею любимой. Его лапы просто висели на щеках Ди, никуда не указывая. Наверное, потому, что он не мог меня видеть из-за подушки, и еще одному проклятью было не суждено сегодня пасть на мою голову. Спонтанно или нет, но я точно защитился от чего-то очень нехорошего – жаль, что подобное не произошло когда-то с Лилееном.
Неожиданно раздался громкий стук в дверь, и меня сильно передернуло. Первая мысль, появившаяся в голове: почему они не воспользовались звонком? Вторая – кто это может быть? И только потом я невольно подумал о том, что объяснить произошедшее просто несчастным случаем, которым он вначале и был, теперь вряд ли возможно. В самом деле: убитая ножом девушка с запиханным ей в рот котенком, рассыпанные по полу конфеты и осколки телефонов однозначно говорили о каком-то совершенно другом сценарии развития событий. А если я начну что-то рассказывать про общение с мертвецами и об арлекине, рассыпавшем сладости из ведра, то на безумие это не тянуло бы точно – только на жалкую, нелепую попытку создать его иллюзию и попытаться хоть как-то оправдаться.
Стук повторился более требовательно, и из-за двери донеслось неясное пошаркивание. Что же делать? Если не открывать и затаиться, то это точно не сыграет мне на руку – привлечет лишнее внимание, которое вполне может дойти и до вызова полиции. Хотя оснований для таких предположений вроде не было, однако неизвестно – что могли слышать соседи. А возможно, все мои страхи снова надуманы, как частенько бывало еще в детстве, и просто кто-то так неудачно ошибся квартирой.
Глава VIII. Еще труп
Опять этот стук, к которому теперь добавилась и резкая трель звонка.
– Сейчас иду, подождите! – крикнул я и удивился ровности своего голоса.
Быстро подойдя к комоду, я извлек из нижней полки большой цветастый плед – целый шатер, и набросил на кровать, скрыв труп невесты и котенка от посторонних глаз. Казалось, что просто неаккуратные хозяева оставили скомканное белье, а сами поспешили по своим делам. Немного подумав, я расстегнул лямки на занавеске и сунул туда же. Смотрелось вполне нормально, остальное же не должно было вызвать каких-то лишних вопросов.
– Уже иду! – снова крикнул я и, приблизившись к двери, аккуратно заглянул в глазок.
Не знаю, кого мне хотелось увидеть на площадке и что нарисовало мое возбужденное воображение, но там стоял всего лишь незнакомый приземистый пожилой мужчина. Его белый в клетку костюм, старомодная шляпа, тросточка и козлиная бородка невольно ассоциировались с каким-нибудь профессором или ценителем искусств. В любом случае, точно не показались зловещими или опасными.
Я щелкнул замком и приоткрыл дверь.
– Вы к кому?
– Я могу ошибаться и заранее прошу прощения, но девушка, представившаяся Ди, попросила меня зайти сегодня, чтобы показать замечательную скульптуру, которую она мастерски сфотографировала.
– Какую скульптуру?
Моя растерянность была искренней, так как Ди всегда почему-то относилась к подобному творчеству с неизменным сарказмом и даже нелюбовью.
– «Мох на окне». Прошу вас.
И тут я стал что-то понимать. Вообще-то я не разделял такого странного и предвзятого мнения любимой о творческих самовыражениях, но никогда ничего не лепил или рисовал, кроме предписанного рамками школьной программы. Если, конечно, не говорить о пионерском лагере и глине. А однажды, когда проезжал мимо «дома Булгакова», мне захотелось взять и начать творить, причем не просто что-то, а вполне конкретный образ – старая покосившаяся оконная рама, отколотый подоконник, сгусток мха и тянущиеся от него во все стороны зловещие «щупальца». Я практически видел перед глазами то, что задумал, и, конечно же, не на холсте, а в скульптурном воплощении. Пришлось делать крюк, купить специальную глину, и «шедевр» появился буквально за два дня. Мне он показался чем-то созвучным творчеству Сальвадора Дали и весьма неплохим, особенно для «первого блина», а Ди подняла композицию на смех и посоветовала мне «держать такие странные фантазии при себе». И даже во время совместного просмотра через пару дней третьей части фильма «Восставший из Ада» на фрагменте про скупку галереей творчества «клиентов» психиатрических клиник она нажала «паузу» на пульте плеера, выразительно повернулась к скульптуре и глубокомысленно произнесла:
– Да, самое настоящее сумасшедшее творчество.
И мы громко расхохотались. Я – от чистого сердца, поскольку вечером следующего дня мое творение показалось настолько же жалким, как накануне – гениальным. И я с удовольствием разделил мнение Ди, хотя никто из нас не настаивал на том, чтобы куда-нибудь убрать скульптуру с полки недалеко от двери. А теперь оказывается, что любимая зачем-то ее фотографировала, где-то показывала, да еще и пригласила «утонченного ценителя» домой. Очень странно – особенно по той причине, что Ди любила «тусоваться» где угодно, но только не дома, неустанно повторяя, что чужие люди очень даже запросто могут разрушить все то невидимое, но очень важное, что нам удалось создать в своем «гнездышке».
– Так я могу взглянуть на нее?
– Да, конечно. Только, если это не займет много времени, – неуверенно промямлил я и немного отступил, оглядываясь.
– Разумеется, я все понимаю. Вы и есть автор? Конечно, не посмею отрывать вас от работы ни на одну лишнюю минуту. Только взгляну и, надо полагать, сразу приобрету.
Я в это время смотрел на пустую полку, где еще вчера точно стояла скульптура, но тут поперхнулся и переспросил:
– Приобретете? Вы хотите ее купить?
– Конечно. Зачем иначе я проделал такой длинный путь? Мы с Ди говорили о ста тысячах, но, полагаю, она оставила нас наедине, надеясь, что скульптура стоит больше. Возможно, это окажется именно так.
Гость снял шляпу и с величественным видом шагнул в комнату.
– Так где она?
Действительно, очень хороший вопрос. Возможно, Ди в преддверии визита покупателя решила ее куда-то переставить или даже убрать, чтобы как-то обыграть презентацию. В этом случае, разумеется, я не буду рыться перед гостем по всем полкам в поисках скульптуры, рискуя, что он тем временем увидит нечто другое. Да и не до денег мне сейчас, хотя оценка моего творения в такую сумму, честно говоря, обижала, пусть наверняка и была объективной. Что же делать?
– Если вы хотите немного заинтриговать меня, то это уже удалось, – благосклонно улыбнулся гость и принял позу вежливого ожидания.
– Понимаете, не хочу вас огорчить, но Ди здесь нет – она куда-то уехала, пока меня не было, и захватила с собой скульптуру. При всем моем уважении, вам придется зайти в другой раз, предварительно созвонившись с ней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
