Стойкий, ты — придурок. Нахрена было лезть в ее рот языком? Прижимать? Или ты думаешь, она твой член не заметила? Отталкиваюсь от мотоцикла и делаю шаг вперёд.
— Давай поговорим…
— Не подходите, нет! — Лера выставляет перед собой руки и сбегает от меня ещё дальше к дверям магазина.
Я понимаю, что если начну сейчас догонять или применять силу, то только напугаю ее еще сильнее.
Звонит в звонок, ей открывает менеджер.
— Какие-то проблемы с покупкой? — удивленно.
— Нет, — Лера оглядывается на меня и, понижая голос до шепота что-то говорит мужчине. Тот понимающе кивает и запускает ее в магазин.
С психом всаживаю кулак в фонарный столб. Металл деформируется. Костяшки горят. На лбу от резкой боли выступает пот. Зажившие порезы от стёкол лопаются и начинают сочиться кровью. Чтобы не выглядеть совсем уж больным, отъезжаю за поворот и жду минут пятнадцать, пока Лера сядет в такси.
К лучшему? Нет, нихрена! Завтра ты сама меня выберешь, Валерия. Или придётся рассказать все будущему мужу. Если ты на это решишься, тогда я поверю, что лишний.
Глава 23. Тебе понравится
Лера
Мне плохо. С того момента, как губы Стоцкого оторвались от моих, я будто вылетела из своего тела, разделясь пополам. Физическая часть меня пришла домой и теперь, расстилает постель, а настоящая часть — осталась там, рядом с головокружительно целующим мужчиной и позволила ему все, что он захочет. Без оглядки. Без всяких «но» и «если»…
«Это отвратительно, Лера,» — пытаюсь я докричаться до себя, — «Данияр столько для тебя сделал, а ты… Ведёшь себя, как дешевая девка. Особенно вот это: «Нет, я не такая, ах, я не буду с вами спать!» Кошмар…»
Совесть растекается во мне кислотой и требует рассказать о произошедшем Данияру. Но время почти четыре часа ночи. И я понятия не имею, с чего начать. А завтра ещё этот ужин…
Выпив стакан молока, кое-как засыпаю до утра.
Мне снятся кошмары. Поэтому встаю я совершенно разбитая и первым делом тянусь к телефону. Новому. Который подарил мне чужой мужчина. «Взамен моего разбитого,» — пытаюсь я договориться с самой собой. — «И вообще, если бы не он, то я бы спокойно вызвала машину. Мне не пришлось бы искать такси в подворотне и…»
Зажмуриваюсь, до омерзения явственно вспоминая пьяное дыхание в затылок. Видение смешивается с сюжетом давным-давно изученного кошмара, и я подлетаю с кровати с бешеной тахикардией. Распахиваю окно и жадно глотаю утренний прохладный воздух.
Пока не пропал запал решительности набираю Данияра.
— Доброе утро! — отзывается трубка почти приветливо.
— Доброе утро, — выдавливаю из себя.
— Лер, собираю вещи, — предупреждает меня он. — Скоро из гостиницы выселяться и ехать в аэропорт…
— Даня, послушай меня, пожалуйста, — перебиваю его. — Я вчера разбила телефон…
— Хм… ну не страшно, — беспечно реагирует он. — Подарю тебе новый.
— Я не сама разбила, — торопливо поправляюсь, — меня толкнул мужчина. И он купил мне взамен новый.
— Тебе очень повезло, — заключает Данияр. — Так и в чем проблема? Он купил плохой телефон?
— Хороший… — Выдыхаю я.
— Лер, — начинает раздражаться. — Тогда в чем, собственно, проблема? Он нанёс какую-то травму?
— Он меня поцеловал, — зажмуриваясь, выпуливаю я.
— Хм… — в трубке раздаётся шум воды.
Очень приятно! Вспенивает меня, но я не в том сейчас положении, чтобы психовать.
— Так ты хочешь подать на него в суд за домогательства? Или что? Он чем-то был болен? — Данияр опять задаёт вопросы из какой-то абсолютно собственной логики.
— Нет… — теряюсь я. — Просто хотела… чтобы ты знал.
Зачем хотела? Не понятно. Мне становится абсурдно обидно. Хочется закричать, что главная проблема в том, что мне понравилось! Что это полноценная измена, хоть и ненамеренная. И я сравнивала их губы, руки, то, как обнимают! Как можно совсем не ревновать?
— Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я был против идеи с ночным клубом, — назидательно говорит Данияр. — И это были ещё самые безобидные последствия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я прикусываю язык, потому что он действительно был против. И тем не менее, создал мне комфортные условия, а я все равно нашла приключения на свою задницу.
— Понимаю, — отвечаю эхом. Мне становится стыдно.
Ещё минуту мы пытаемся о чем-то говорить. Но выходит у нас это, как у инопланетян. В конце концов, Данияр прощается, потому что ему приносят завтрак.
Я кладу трубку и тяжело вздыхаю. Ну не преступление это — отсутствие живых эмоций. Зато нет глупой ревности и выяснения отношений… Да, я профессионал в самоубеждении.
В комнату заглядывает мама.
— На тебя яичницу жарить? — интересуется тоном обиженной королевы.
— Да, — киваю. — Спасибо, мам.
Ухожу в душ, а после трачу почти час на то, чтобы восстановить подобие мира с родительницей. Обещаю дать Георгу ещё один шанс и не смотреть на него, как будто он мерзкое насекомое. Пока мама накручивает мне волосы, уговариваю ее надеть костюм вместо платья, а после ухожу в спальню, чтобы наложить макияж. Даня присылает сообщение, что прилетел.
Чем ближе стрелка часов движется к пяти часам, тем заторможеннее становятся мои действия. Мне начинает казаться, что подобная помпезность в организации вечера не с проста. Ведь не зря же Даня так много говорил о свадьбе… А я к этому не готова. Особенно после вчерашнего. Мысли кружатся в голове надоедливым роем. Поэтому на звонок домофона почти не реагирую, продолжая методично разглаживать парогенератором фатиновый подъюбник платья. Кто вообще придумал эти платья?
Через несколько минут дверь в мою спальню открывается.
— Лера, там к тебе курьер, — с интересом сообщает мне мама. — Мне посылку не отдают.
Выхожу в коридор. На пороге стоит уже знакомый мне парень из доставки.
— Распишитесь, — протягивает мне планшет.
— Спасибо, — ставлю подпись и забираю пакет. Мне кажется, я уже знаю от кого он. Пульс учащается от предвкушения. На губах появляется улыбка.
Прощаюсь с курьером и закрываю дверь. Мама бесцеремонно заглядывает мне через плечо.
— Что это там у тебя?
— Не знаю, — пожимаю плечами, — сейчас посмотрим.
Запускаю руку в пакет и нащупываю визитку. Достаю и пробегаюсь глазами по тексту.
«Хочу, чтобы сегодня ты была моей девочкой. Твой «С.» и постскриптум: открывай посылку одна.»
— Ну… — подгоняет меня мама.
Я поднимаю на неё глаза и чувствую, как начинаю краснеть.
— Это что-то личное. От Дани. Извини.
Фыркнув, мама уходит на кухню, в я забегаю в спальню и срываю упаковку с коробки. Следом на кровать улетает крышка.
Что это? Удивленно кручу в руках маленькую силиконовую капсулу розового цвета с хвостиком. Какой-то девайс к новому телефону? Но Даня не знает, какой он марки. Хм…
Достаю из коробки свернутую в несколько раз инструкцию со схематическими картинками, и понимаю… что держу в руках маленький вибратор. Он неожиданно оживает в моих руках, начиная жужжать и пульсировать. Взвизгнув от неожиданности, роняю девайс на ковёр. Как я его включила?
Вибрации успокаиваются в плотном ворсе, и я решаюсь поднять эротическую игрушку.
Совершенно не понимаю, что с ней делать, а главное — как должна реагировать? Вообще, сегодня у нас с Данияром действительно по расписанию выпадает секс. Он решил себя заменить? Или разогреть меня? Это так не похоже на моего всегда сдержанного молодого человека. Что, ей Богу, во вчерашнем поцелуе Стоцкого секса было больше, чем у нас с Даней за все время отношений. Мне начинает казаться, что у кого-то из нас двоих раздвоение личности. Что происходит с нами последнюю неделю?
Экран телефона загорается входящим сообщением.
Сказочник: «Я обещаю, ты полюбишь эту маленькую штучку.»
Он хочет, чтобы я ее в себя сейчас засунула? Меня окатывает волной жара от одновременных стыда и желания сделать это.
Лера: «Неожиданно. Я в замешательстве. Давай, ты сам ее… в меня… поместишь.»
