— Ради вас? Валерий Михайлович, ради вас что угодно! А вы ради меня?
— Работай.
— Нет, вы уж ответьте. Долго мне тут тухнуть?
— Вам нужен визуальный контакт. — Гриша поводила сандвичем от себя ко мне. — Так не сработает.
Подтверждая ее слова, шеф нажал «отбой». Я улыбнулась, наблюдая, как Гриша пытается засосать лист салата в рот, не выронив при этом все остальное обратно изо рта.
— Может, просто, лечь спать, а завтра само все рассосется?
— Сама решай…
Я вздохнула. Она все же заглатила салатный лист и теперь содержимое рта было в безопасности. Тоже захотелось похрустеть чем-нибудь съедобным.
— Там еще осталась капелька варенья? — Спросила я Гришу.
Она обернулась и выудила из-за спины пластиковый треугольник с оставшимся сандвичем.
Гриша — моя спасительница…
Мы познакомились год назад. Еще на пятом курсе я поняла, что без минимального влияния я не обойдусь. Не просто — не пробьюсь, а тупо — не выживу. Я не гнушалась влиять на кого-то по мелочам. Я приняла все, чем была одарена. Хотя, понимание цели и назначения этого дара все никак не обнаруживалось.
Дело было в одном из московских ночных баров. Это как необходимость слямзить шоколадку. Как желание покурить после совещания… Мне нужно было выплеснуть накопившуюся в связках и сочленениях энергию. Мне требовалось движение. Я хотела танцевать. И других планов у меня не было. Но природа — моя природа, моя натура — взяла свое.
Излишне настойчивое внимание я начала замечать через час. Самым привычным решением было смыться. Иногда возникала мысль сменить танцпол на боксерскую грушу. Надев полушубок, я пошла на выход. Хороший зимний вечер. Замечательная погода. Тихо. Машина припаркована в пятидесяти метрах от бара. Я не пила. Я пришла просто потанцевать. И я собиралась домой — к Марку.
— Киса.
Ключи из сумочки выпрыгнули на деревянный настил крыльца. На улице тусовали байкеры. Вся левая сторона стоянки была укомплектована разномастными мотоциклами. Они пили пиво и смеялись. Болтали о своем, кучкуясь в небольших компаниях. Подняв ключи, я спустилась.
— Эй! — Кто-то ухватил за плечо. — Куда же ты бежишь? Такой прекрасный вечер.
Я вскинула брови, отцепляя от себя руку. Это был молодой парень, младше меня. Усики, бородка, неуклюжие переминания с ноги на ногу. Возможно, пьяный, но запаха алкоголя не чувствовалось.
— Извините, вы меня с кем-то спутали. — Сказала тихо, вцепляясь ногтями в его ладонь на своем плече.
— Ты же Лида. Я видел тебя по телевизору. В новостях.
— Убери руку. — На уме уже было одно: спокойное влияние: забудь, иди внутрь. Но слишком ничтожный повод был, чтобы расходовать силы на это.
— Я хотел бы тебя проводить, Лида. — Улыбнулся парень.
— Я тоже не против. — Послышался новый низкий голос.
Я подняла взгляд на высоченного и худого, словно швабра, мужика. Он вышел из бара, прошел мимо, будто сказал это кому-то другому, и остановился у меня за спиной. Я удивилась. Странный подход. С чего вдруг я постоянно нарываюсь на такое — думала я с усмешкой.
Чуть наклонив голову, я повернула подбородок к длинному. Успокоить — ничего не стоит.
— Девочка, у тебя сложности? — Раздался грубоватый, не вполне понятно, женский или мужской голос сбоку: от ближайшей к нам тусовки байкеров, стоявших в пяти метрах справа на тянущемся по всему фасаду крыльце.
Я обернулась удивленно. Я только собиралась отцепить их от себя, но это вмешательство было так приятно и забавно. Разве могла я чувствовать хоть толику опасности? Одна мысль — и они будут рыть носом снег и счастливо повизгивать. Это было, даже, весело. Склонив голову, я сделала неопределенный жест головой: даже, не знаю.
Меня окликнула высокая, метр восемьдесят, если не выше, женщина. На плече — русая коса. Ковбойская шляпа. Лицо… мужественное. По другому я не опишу: оно мужественное, как у трансвестита. Но не пошлое. Просто — грубое. Кроме этого грубого лица и косы на ней был темно-розовый кожаный костюм — штаны с бахромой и куртка. Она, как насмешка над всем, что могло бы быть дорого всем женщинам, всем байкерам и вообще всем людям, смотрящим на нее — существовала и смотрела на меня, взглядом спрашивая о необходимости вмешаться. Я кивнула.
— Пожалуй, да.
Взглянув на свою компанию, она направилась к нашей троице. Встала над парнем, спрашивая об осознании необходимости продолжать разговор (наверно, это был ее стиль общения). Затем обернулась к длинному, осведомившись о целях притязания к моей персоне. Если честно, я и сама «осознала необходимость ретироваться».
Их смело. Их смело, будто школьников, застуканных за курением в туалете. Я была поражена. Впервые я увидела, что подобные вопросы могут решаться с такой простотой и скоростью, без применения моих способностей. Простым вопросом, взглядом, уверенностью. Усмехнувшись, я поблагодарила за вмешательство.
— Не стоит благодарности. — Ответила она без улыбки тем же тоном, которым разговаривала с притязателями на мое внимание.
Спустившись на две ступеньки, я направилась к машине. Розовая байкерша была настолько странная, что выкинуть из мыслей ее было невозможно. Я думала о том, что постоянно попадаю в подобные ситуации. И мне приходиться использовать влияние для быстрого и безопасного решения проблем. Если бы она могла быть со мной рядом всегда. Если бы могла избавить от подобных типов двумя предложениями, просто взглядом. Предоставила возможность забыть об их существовании, позволив спокойно работать и спокойно жить. Мне было бы проще. И я не тратила бы силы на ерунду, сосредоточившись на накоплении энергии для моей мечты.
Остановившись, я развернулась. Женщина уже вернулась в свою компанию. Я подошла к перилам, на которых она сидела одним бедром, окликнула. Она обернулась.
— Меня зовут Лида. — Сказала я.
— Гриша. — Протянула она руку ко мне вниз.
Я попыталась не выдать удивления, но в мысли закралось подозрение, что она, все же, трансвестит. Пожала твердую теплую ладонь.
— Я хотела бы сделать тебе предложение. Скромное… — Улыбнулась я, отходя.
Склонив голову набок, она перемахнула через перила и подошла ко мне.
— Я не звезда и не дочка олигарха. И я постоянно попадаю в подобные ситуации. Мне не нужна телохранительница, но твоя способность отшить подобную шваль одним словом — просто грандиозна. Если тебя в принципе может это заинтересовать, я хочу предложить работу. Я корреспондент новостного канала. Начинающий. Пока…
Она слушала меня молча, абсолютно не меняясь в лице. В какой-то момент мне показалось, что она вообще не слышит. У меня было несколько мотиваций: она, вроде, женщина, она одним взглядом может оградить от ненужного внимания и одним словом — избавить.
