— Эту девушку необходимо посадить в подземелье. Она несёт в себе огромную темную силу, которую мы не в силах обуздать…
— Моя жена не тёмная, у рода Аршуц проклятие состоит из светлой магии, — не согласился с ее доводами Кастор и нахмурился.
— Говорю вам, она само зло во плоти! Я никогда не видела такой ужасающей силы! — замахала руками монахиня, — Я знаю, о чём говорю! Когда Маро был в другом теле, я видела примерную энергию, живущую в нём и она почти не отличалась от этой магии.
Мы с Эдвардом тут же напряглись, оба понимая, что именно Маро был ответственным за обмен телами и кажется умудрился нехило накосячить. Вот сейчас меня раскроют и что со мной будет? Чёрт, я не хочу в подземелье, там всякие уроды обитают, а я к их числу явно не отношусь.
— Я не особо понимаю, что вы хотите сказать, — Кастор скорчил недовольную гримасу и сухо добавил, — При чем здесь Маро? Мне казалось, этот колдун совсем недавно сбежал из подземелья.
— Это так, но все обстоит куда хуже, чем вы можете предположить. Колдуны не могут передавать свою магию кому попало, лишь их дети могут унаследовать их резерв и беспрепятственно им пользоваться. Конечно, целенаправленная передача души не в счёт.
— Вы что намекаете, что Элина имеет родственные связи с Маро? — Кастор скептически поднял бровь, — Вы вообще понимаете, о чём говорите?
— Понимаю, а вот до вас не доходит такая простая истина, — наступилась монахиня и обожгла меня злобным взглядом, — Я осознаю, о чём говорю. Энергию колдуна, к тому же последнего, очень сложно перепутать с чем-то другим, так что я уверенно могу сказать, что эта девушка вероятнее всего дочь Маро!
Я позеленела от ужаса и готова была сорваться, чтобы убежать отсюда подальше и никогда больше не видеть этих чокнутых монахинь.
Глава 16
— С ума что ли посходили в своей обители?! — рявкнула я и попыталась вырваться из крепких объятий и прописать парочку пощёчин этой женщине, но Эдвард покрепче ухватил меня за талию, — Я вообще не…
— Не смей разговаривать со мной в таком тоне, девчонка! — прервала и взъелась на меня фурия, угрожающе двинувшись в мою сторону.
— Хватит устраивать балаган! — властно вскрикнул Кастор, заставляя настоятельницу остановится, — Чем вы докажете свои слова?
— Вам придется поверить мне на слово, потому что настоящего тела колдуна давно нет!
— Я докажу! — я набрала в лёгкие побольше воздуха и заорала, — Маро, немедленно появись!
Вокруг воцарилась могильная тишина. Казалось, даже ветер перестал раскачивать ветви, а птицы вдруг попрятались, разлетевшись в разные стороны. Никто не шевелился, лишь лица монахинь выражали искренний ужас от происходящего, хотя ничего и не происходило.
Маро появился за спинами монахинь, отчего молоденькая девушка с стоном рухнула в обморок. Женщины резко дёрнулись в сторону и начали осенять себя какими-то знаками. Колдун посмотрел на них, как на душевнобольных, выражая полное непонимание и быстрым шагом направился ко мне. Даже братья Де Грот не рискнули его остановить, молча наблюдая за происходящим.
— Что случилось, душечка? Эти светлые тебя обидели? — мягко поинтересовался Маро, упирая ладони в бока.
— Какие вам ещё нужны доказательства?! — взвизгнула опешевшая настоятельница, сжимая в руках огромный бирюзовый камень, — Тут всё итак ясно!
— Почему ты пришел на зов Элины? — лорд не сдержался и схватил мальчика за грудки и поднял на землёй.
— Дай подумать, — Маро повис безвольной куклой и закатил глаза, — Может потому что она меня позвала и именно по этой причине я пришёл?
— Это твоё отродье, которое ты породил на свет пятнадцать лет назад! В её жилах твоя проклятая кровь! — кажется только Кастор сдерживал эту чокнутую монахиню, иначе бы она вгрызлась в глотку колдуну прежде, чем я бы успела моргнуть.
Маро вдруг напрягся и цепко вгляделся в моё лицо, так, словно впервые меня увидел. Но увы, выражение его лица не изменилось.
— Если у меня и есть дочь, то ей должно было исполнится двадцать один, — спокойно заявил колдун и хлопнул лорда по рукам, вынуждая отпустить его рубашку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Эльвира, а тебе сколько? — тихо, чтобы только я услышала, прошептал Эдвард.
— Двадцать один, — также тихо ответила я, не отводя изумлённого взгляда от Маро.
— Неужели? И как бы она выглядела? — цокнула языком вторая монахиня.
— У нее были бы русые волосы и карие глаза, худое лицо и выступающие скулы, — колдун зевнул и смахнул несуществующую слезинку, — Длинные ресницы и родимое пятно в форме месяца на безымянном пальце правой руки.
Я не сдержалась и громко, очень громко охнула, впиваясь ногтями в руку Эдварда. Мать моя, колдун только что описал внешность моего тела, хотя вряд ли успел лицезреть меня в моём мире, ведь насколько мне известно, тёмные не способны покидать этот мир физически, только духовно. Все присутствующие вмиг посмотрели на меня и мне стало ещё хуже от такого пристального внимания. Недолго думая, я мастерски изобразила обморок и закрыв глаза, полностью расслабилась, но Эдвард удержал меня.
Всё же стоит отдать должное Кастору, он прямо таки похитил меня из обители, ведь по закону всех тёмных отправляли в подземелье, как говорится без суда и следствия. Он перекинул меня через плечо, выбив из лёгких воздух, и я кое-как сдержалась, чтобы не вскрикнуть от неожиданности. Конечно настоятельница пыталась достучаться до Кастора, но к моему счастью он оказался непробиваемым, поэтому мы вернулись обратно к замку, а Маро спешно покинул негостеприимные земли светлых монахинь под гневные проклятия в свой адрес.
Кажется меня уложили на кровать, а потом дверь захлопнулась и я приоткрыла один глаз, а когда поняла, что комната абсолютно пуста, подскочила и кинулась к стене, намереваясь открыть тайный проход. На коленях проползла к комнате мужа, не рискуя подняться в полный рост, Эдвард глазастый, вдруг заметит, и осторожно припала к решётке.
— Мне кажется, что это не тот человек, о котором мне рассказывал герцог Аршуц, — Кастор стоял возле окна и заложив руки за спину, хмуро смотрел в окно, — Эта девушка совершенно не умеет вести себя в обществе и не знает элементарных правил приличия.
Эдвард ему не ответил и сидя в кресле, подперев рукой голову, глубоко задумался. И всё таки умудрился меня увидеть даже через решётку, к которой я прислонила голову вплотную, но постарался никак не реагировать на мое появление, сохраняя задумчивое выражение лица.
Неожиданно на лицо легла тяжёлая рука и меня тут же оттащили от решётки. Я успела лишь вцепиться в руки неизвестного и от неожиданности потеряла равновесие. Меня выволокли в комнату и усадили на кровать. И когда меня наконец отпустили, я сразу обернулась, намереваясь узнать, кто такой смелый решился проникнуть в мою комнату, ещё и оторвать меня от важного дела. Передо мной стоял Маро и прожигал меня взглядом, от которого мне стало дурно.
— Эльвира?
Я дёрнулась в сторону, как будто мне влепили пощечину и тяжело задышала от ужаса. А потом поняла, что конечно он знает моё имя, всё-таки перемещение душ его рук дело. Я постаралась придать лицу беззаботное выражение и спокойно ответила:
— Да, это я. Ты ведь сам перенёс меня в это тело, конечно ты знаешь моё имя и внешность.
— Не знаю, я никогда тебя не видел. Переход был возможен только в том случае, когда два тела с двух сторон касаются магических зеркал. На твоём месте мог оказаться любой человек.
Мы почти одновременно вздрогнули, осознавая происходящее и собирая остатки пазла вместе. Маро взял стул и поставив его спинкой ко мне, уселся напротив, по-прежнему обжигая меня взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Расскажи мне всё, — тихо попросила я, обхватывая себя руками.
— Рассказ получится долгим.
Я лишь кивнула в ответ и принялась слушать.
Двадцать один год назад Маро похитил семнадцатилетнюю Милану Савскую прямо из под венца в родовом поместье, которое находилось в королевстве Рандо, на севере. Он собирался вынудить барона Савского заключить с ним сделку и отдать ему Кровавый родник, который протекал на окраине северных земель и обладал уникальными свойствами, которые даровали человеку невероятные способности, если конечно он мог их в себя вместить. На этот родник колдун давно положил глаз и ждал удобного случая, и чтобы зря не проливать кровь, решил действовать при помощи шантажа.
