Я радостно взвизгнула и после короткого рассказа Кастора повисла у него на шее, захватив в объятия опешевшего Эдварда. Маро подошёл сзади и обнял всех троих, а лорд вдруг побледнел, видимо припомнив что сказал ему папаня, перед тем как мы уехали.
Договорившись встретится за ужином, я выпроводила за дверь всех собравшихся в моей маленькой комнатке и через несколько минут зашла радостная Инга. Мы крепко обнялись и она тоже оказалась сентиментальной, прям как я, и вдруг расплакалась.
— Я так переживала, когда тебя похитили. А потом когда тебя принесли едва живую и ты была на грани между жизнью и смертью несколько дней, я вообще себе место не находила… — уткнувшись в моё плечо, она тихо всхлипывала.
— Ну не плачь, всё хорошо, даже лучше чем обычно! — я успокаивающе погладила её по волосам и онемев, заметила на шее небольшой свежий засос.
— Оу, что делается, — я закусила губу и плотоядно улыбнулась, — Инга, да ты та ещё шалунья!
Служанка вздрогнула, когда я аккуратно обвела пальцем засос и прикрыла ладонями покрасневшие щёки.
— Какие негодники, — я продолжала улыбаться и принялась рыться в шкафу, — А всё строили из себя невинных, белых и пушистых.
— Я просто… — голос Инги дрогнул и она судорожно выдохнула, — Просто он…
— Да расслабься, я по-доброму насмехаюсь, не бери в голову. Я правда очень за вас рада, — я вытащила яркое светло-зеленое платье с чуть открытыми плечами и принялась стягивать с себя ночнушку, — Наконец Эдвард решился сделать первый шаг, я прямо удивлена. Ну что, было больно?
— Нет, почти нет… — Инга очнулась и подошла ко мне, помогая одеться в очередной наряд, — Я даже не успела испугаться, всё произошло так быстро…
— И что, его проклятие никак на тебя не подействовало? — я в очередной раз повернула голову, мешая девушке укладывать мне волосы.
— Нет, ничего такого не было. Полнолуние только сегодня, поэтому он не показал свой другой облик.
— Сегодня полнолуние? — я вскочила с кресла, окончательно испортив причёску, которую Инга так и не успела закончить, — Давай посмотрим, как он превращается!
— Не думаю, что это хорошая идея. Он запретил мне посещать левое крыло в полнолуние, — девушка со вздохом убрала расчёску и усадив меня в кресло, начала делать самый простой хвост.
— Ну пожалуйста, мне очень интересно увидеть…
Меня прервал стук в дверь и после моего разрешения зашёл предмет нашего спора, то есть Эдвард собственной персоной.
Глава 19
— Не помешал?
— Нет, заходи, — я попыталась сделать максимально дружелюбное выражение лица и приняла самый невинный вид.
Инга лишь тихо вздохнула и принялась раскладывать остальные расчёски по ящичкам. Не только глазастый, но и ушастый, Де Грот своим чутким слухом уловил тихий вздох и подозрительно на меня посмотрел.
— Что за очередная умная мысль посетила твою голову на этот раз? — Эдвард тяжело вздохнул.
Я не хотела раскрывать ему свою идею, но и молчать не могла, потому что мужчина смотрел на меня как на неразумного ребенка. Положение спасла Инга, попросив мужчину помочь перебрать корзину с клюквой, которую она вчера оставила на кухне и благополучно забыла о её существовании. Бросив на меня ещё один подозрительный взгляд, Эдвард ушёл, предупредив, что ужин подадут через полтора часа.
Но я видимо слишком сильно прогневала всех богов, потому что через несколько минут мне на голову накинули плотный мешок и начали скручивать веревками. Я визжала словно резанный поросенок, но крики почти не доносились из-под мешка, поэтому все мои попытки привлечь внимание с треском провалились. Меня взяли на руки и тело обожгло приятным теплом, которое обычно исходило от портала.
Когда с головы сорвали мешок, я увидела лицо Джеймса и уже другую камеру, видимо у мужика всё-таки присутствовал инстинкт самосохранения, на этот раз он выбрал другое место заточения для меня.
— Вот ты недалёкий, — я заёрзала на соломенной кровати, пытаясь поудобнее устроить свою неугомонную попу, — Ты хоть понимаешь, что похитил меня из замка самого Де Грота?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кичишься происхождением своего мужа? — набычился Сфор и угрожающе двинулся ко мне, — Ты не в том положении, чтобы пытаться блефовать.
— Я ещё и не начала кичиться, кусок идиота, — я громко хохотнула и мой истеричный смех разнёсся по всему помещению, — Ты даже не представляешь, во что ввязался.
— Твои угрозы для меня пустой звук, Аршуц, — сухо заметил похититель, — Ты сможешь покинуть это место через девять месяцев, а до этого момента советую вести себя хорошо…
— А я советую засунуть свой длинный язык в одно место и не быть таким самоуверенным, — нарочито громко перебила я, из-за чего получила пощечину и рассмеялась, — И бьёшь ты как девчонка…
Новая пощёчина заставила меня замолчать и дёрнуться в сторону. Джеймс бросил на меня брезгливый взгляд и засобирался уходить, но я его остановила громким криком.
— Давай сделку заключим, — заметив интерес в глазах собеседника, я уверенно продолжила, — Ты тепишь моё присутствие ровно три часа, находясь со мной в этой камере. Никто никого не трогает, но перед этим я хочу, чтобы ты принес мне балалайку.
— И что будет после?
— А после я соглашусь на те условия, которые ты выдвинешь. И руки мне развяжи, я хочу напоследок поиграть на балалайке, — я приняла самый покаянный вид и похоже Джеймс мне поверил.
Через десять минут мы сидели оба в камере и я вертела в руках красивый расписной инструмент. Маг сидел возле выхода на стуле и вольготно вытянув ноги, наблюдал за мной из-под опущенных ресниц.
— Тридцать три коровы, — мои пальцы неумело начали перебирать струны балалайки, которая издавала противные звуки, — Тридцать три коровы, свежая строка…
— Что ты делаешь?
— … Тридцать три коровы, стих родился новый, — я не обращала внимание на обеспокоенного Джеймса и продолжала напевать, не забывая бренчать, — Как стакан парного молока.
Эту детскую назойливую песню я напевала в течение пятнадцати минут, но маг мужественно терпел мою безобидную выходку, но было видно, что вся эта ситуация его напрягает. Я подошла к нему и усевшись возле его ног, подняла повыше музыкальный инструмент и вновь принялась терзать струны.
— Я малолетняя дочь, убери руки прочь, — маг скривился на первом же слове моего очередного завывания, — Меня все это парит, я убегу в ночь…
Я спела полностью песню целых два раза, но стоит отдать должное этому истукану, он почти умело скрывал свое раздражение, что ещё больше меня раззадорило. Десять минут я неустанно цыкала у него над ухом, не касаясь его, ещё пятнадцать минут доказывала, что бутерброд вкуснее всего с сыром, чем без него, пять минут строила рожи, изображая мага и полчаса неустанно вопила матерные частушки.
Примерно через полтора часа нашего веселого времяпровождения Джеймс вдруг схватился за сердце, а потом и за амулет и после втащил меня в открытый портал. Мы оказались в столовой, по которой напряжённо ходил Кастор. Заметив нас с магом, он нахмурился и побагровел от злости. Сфор неожиданно толкнул меня вперёд и я попала в объятия мужа.
— Иди ты к черту вместе со своей сумасшедшей! Ни один нормальный человек не станет терпеть её выходки! По ней давно монастырь и очищение плачут! — эмоционально заорал маг и попытался юркнуть обратно в портал, но Кастор успел перехватить его и утащил на улицу.
Я чинно уселась на свободный стул и потянулась за вилкой.
— Ну ты и довела мужика, у него нервный тик начался, — Юлька пригубила чёрного чая, заставив меня прищуриться, — Да, я отказалась от алкоголя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я изумлённо перевела взгляд на парней, а потом на содержимое их кружек, но в них тоже отсутствовал алкоголь, хотя начатая бутылка стояла на столе.
— Мы перестали пить после того как тебя перенесло в другой мир. Просто пребывали в таком шоковом состоянии, что алкоголь стал для нас чем-то пустым и очень далёким, — признание Юльки прямо выбило меня из равновесия и я сама припала к кружке с чаем, который налил Джек.
