— А потому, что твой противный ребенок отказался.
— Еще раз посмеешь так о нем… — со злостью начал несчастный отец, но договорить ему не довелось, так как в кабинет вошел глава Темной Канцелярии. И увидел самоотверженного труженика с переломами лицевых костей.
Реакция Раэла на столь вопиющее безобразие превзошла все ожидания. Утонченный эльф замер, приоткрыв изящный ротик, резко подчеркнутый неизменной бирюзовой помадой. Затем пару раз судорожно сглотнул, подыскивая слова, и наконец овладел собой.
— Рад вас видеть, господин Рельмо, — дипломатически-вежливым тоном произнес он и чуть наклонил голову. — Мои соболезнования.
— Спасибо, — кивнул Макс — Тоже рад вас видеть. Как продвигается расследование?
— С умеренным успехом, — сдержанно высказался Раэл. — Таэль-Глеанн уже ввел вас в курс дела?
— В целом да.
— Меня интересует ваше мнение: можно ли ему уже появиться при дворе Шеллара Третьего, не рискуя навлечь на себя… мм… обоснованное негодование?
— Можно, — не удержался от маленькой мести обиженный отец противного ребенка. — И можно было хоть в тот же день являться. Во-первых, Шеллар злопамятный и свое негодование высказал бы даже через год. А во-вторых, не вспыльчивый и рассудительный, так что его негодование в любом случае выразится лишь в устной форме. Кстати, оказывается, наш инспектор все это время знал о местонахождении агента Бранкевича, но не сказал даже вам, опасаясь утечки информации.
— От меня? — чуть повел тонкой подкрашенной бровью глава Темной Канцелярии.
— Да не от тебя, а от подслушивания! — с досадой перебил Толик. — Ох и язва ты, Макс! Понятно, в кого твой сын такой вредный! Посиди пять минут с нами, пока я начальнику доложу особо секретную информацию.
— А я и не собирался уходить, — злорадно заявил Макс, догадавшись, что эльфы планировали встречу тет-а-тет и что его наглое присутствие хоть немного испортит им жизнь.
Судя по возмущенной физиономии Толика, маленькая месть частично удалась. Что же касается Раэла, то его фарфоровое лицо даже не дрогнуло. Старый дипломат грациозно опустился на край стола и с искренним прискорбием сообщил, что присутствие уважаемого господина Рельмо при их беседе было бы для обоих эльфов не просто честью, а прямо-таки истинным счастьем, но, к сожалению, это невозможно. Господина Рельмо срочно вызывает к себе его шеф, начальник службы «Дельта», который уже наслышан о его присутствии на базе. Оба эльфа искренне огорчены предстоящим расставанием, но все же надеются, что уважаемый региональный координатор почтит их своим присутствием еще хотя бы пять минут…
Уважаемый господин почтил. И все эти пять минут размышлял о том, что бирюзовая помада Раэла — сущая мелочь в сравнении с его изысканным дипломатическим хамством.
Не так раздражает.
— Куда! — заполошно встрепенулся секретарь, видя, что его высочество нагло прошествовал мимо его скромной персоны и всерьез намерен вломиться без доклада к королю. — К его величеству нельзя! У него зарубежные гости! Важная встреча! Чрезвычайно конфиденциально! Извольте подождать!
Мафей неохотно остановился:
— Кто конкретно?
— Первый советник его величества Орландо Второго, временно исполняющий обязанности правителя Мистралии, господин Мануэль Каррера, — официально доложил страж королевских дверей, надеясь, что его высочество проникнется важностью момента.
Нахальный юнец и не подумал трепетать перед высокой дипломатией.
— Ага, заодно поздороваюсь, — небрежно кивнул он и скрылся за дверью прежде, чем бедный придворный успел сообразить, что в таком случае надлежит делать.
В кабинете сизыми причудливыми пластами висел табачный дым, концентрация которого продолжала увеличиваться стараниями высоких договаривающихся сторон.
— …Это вы здорово придумали, подбрасывать порознь. Комиссия долго будет голову ломать, чьих рук дело, — уверенно произнес Амарго, вытирая полотенцем только что вымытые руки. — Ну а за вторым, как договаривались, обратимся официально, якобы от лица родственников покойного…
Он оглянулся и умолк, поняв, что «чрезвычайная конфиденциальность» нарушена. Шеллар поднял глаза. Взгляд его оказался непривычно тяжелым, недобрым, выжидающим. Мафей сразу почувствовал себя неуютно, осознал недопустимость своего поведения и ощутил непреодолимое желание извиниться и закрыть дверь с той стороны.
— Что случилось? — коротко спросил король, и тон, каким это было сказано, не оставлял сомнений: если причиной визита явилось не важное и срочное дело, а праздная блажь безответственного мальчишки, то кому-то сейчас не поздоровится.
— Ничего… — начал Мафей и срочно внес поправку: — То есть случилось, но ничего страшного… Здравствуйте, мэтр Альберто… Понимаешь, Шеллар… Орландо… Нет, с ним все хорошо… но… Он хочет тебя видеть.
Взор его величества резко потеплел, но тут же с явной неловкостью скользнул в сторону мистралийца.
— Именно меня?
Да, неудобно вышло при советнике-то… Надо было все-таки подождать… — запоздало пожалел Мафей.
— Понимаешь, так получилось… я сейчас все объясню.
— Присаживайся, пожалуйста, и объясни.
Мафей привычно присел на подлокотник дивана, краем глаза заметив, как Амарго метко бросил полотенце на сейф, прикрыв лежащий там нож. При этом полотенце развернулось, и на нем стали заметны подозрительно розовые разводы.
— Я, конечно, сам виноват, — честно покаялся Мафей, делая вид, будто ничего не заметил. — Не надо было мне на эти дежурства напрашиваться… Все равно там делать нечего, только сидеть и думать, а от этого… ну сам понимаешь… Сегодня Орландо вдруг очнулся и начал допытываться, что у меня случилось. Я сразу не понял, подумал, что у меня выражение лица слишком унылое, и попробовал соврать, что ничего не случилось. Я же как лучше хотел, чтоб его не расстраивать… А он не поверил! До меня уже потом дошло, он же эмпат, тут не в лице дело, он чувства мои случайно поймал… В общем, он понял, что я говорю неправду, и потребовал, чтобы я привел тебя. Одним высшим силам ведомо, что он там подумал, но точно ничего хорошего. Я уж пытался правду сказать, но он слушать не стал, приведите Шеллара, и все. До крика, до истерики. А ему же волноваться нельзя… Сходи, Шеллар, пожалуйста. Пусть убедится, что ты не застрелился и не рехнулся…
— Что до второго, — проворчал король, выбираясь из кресла, — то сей судьбоносный момент сейчас близок как никогда. Мэтр, вы составите мне компанию? Думаю, вас Орландо тоже будет рад видеть.
— Ага, — Амарго мрачно нахмурился, — и убедиться, что я тоже сохранил жизнь и рассудок после всего этого бардака в Кастель Агвилас. Хоть бы он не потребовал предъявить Кантора!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
