там представление, никто никому голову не отрывает, реками течёт клюквенный сок, и кефир вместо известно чего, толпами бродят волхвы и магусы, никто никого не любит, и уж подавно никто не хочет целовать его в лобик.
При этом, что же читал злобный карла в ленте своих возлюбленных? А читал он примерно следующее "Он трахал меня всю ночь и у меня глаза вылезли на лоб. И было мне счастье".
Карла покрывался потом и тёр свой нецелованный лобик.
Жизнь моя беспутна и безнравственна. Мне не страшно об этом признаваться, так как жаль не упущенных возможностей, а невязки между красотой идеи и унылым её воплощением — в чём меньше всего виноват его, краша, создатель. Получился мыльный пузырь, дунь-плюнь, пух. Это от некоторой обиды я говорю. И разочарования.
Старый, сопливый и унылый способ укладывания в постель оказался как-то надёжнее. Мыло-то в любви сильно помогает. Что бы отвлечься от этого нездорового каламбура, скажу я -
не та девушка, что краше.
Тут мне будут говорить, что я слишком серьёзен и угрюм. Но таким и должен быть настоящий карла, что махнул одно на другое и получил в результате третье. Тем более, что я обладаю баритоном, так же как и несчастный нибелунг. И понимал, что все эти возвращения стрелочек что-то вроде школьных оценок, которые приятны, но душу продавать за них не стоит. Продавать душу за почётные грамоты, оценки и звания "лучший менеджер недели" не стоит. Продавать душу не надо никогда. И весь набор этих банальных истин очевиден.
А что будет потом? Потом мы все умрём. Даже те, кого заморозят в надежде, любви и дорогих криокамерах родственники. Перед этим, правда, будут выпиты моря мина, родятся дети, будут съедены пуды соли и преломлены тысячи хлебов. Люди поменяют привычки, сойдутся и разойдутся снова. Живой журнал развалится так же как лыжный краш. Года через два-три. Лыжность — это модель того, что с нами будет. Распадётся это банное сообщество, но, конечно, народ не перестанет мыться.
Хотя это всё совершенно не важно. Потому как пришла весна — отворяй ворота. И будет нам всем счастье.
26 марта 2002
История про злобных свиней
В переходе метро, заметив важно шествующего милиционера, торговец механическими свиньями начал сгребать их в кучу. Свиньи — голубые и розовые — злобно хрюкали, сверкали глазами, не даваясь в руки.
Торговец набил ими мешок, который всё ещё ворчал и копошился.
Страшно.
27 марта 2002
История про самолёт "Илья Муромец"
Читаю сейчас про "Илью Муромца" Сикорского — в частности, про то, как во время полета два человека отправлялись в путь по крылу к крайнему двигателю — внутри бипланной коробки
На пилотов тогда смотрели как на небожителей.
Полёты очевидцами описывались так: "Сикорский выпил горячего кофе, надел теплое пальто и вышел на верхний мостик" — такое вот описание самолёта. Пароход какой-то, а не самолёт.
А на иллюстрации хорошо видна кабина "Ильи Муромца" серии "Б", то есть — пассажирской серии. Таких "Муромцев выпустили 30 машин — хороший штат современной авиакомпании средней руки. Кабина выглядела так: четыре консервные банки приборов в пассажирском салоне, но зато — плетёные кресла, откидной столик, слева дверь в пилотскую кабину, большое окно.
27 марта 2002
История про пьянство в воздухе
Однажды, давным-давно, когда вода была мокрее, а сахар — слаще, в одной маленькой южной республике, которая только становилась настоящей республикой, и по этому поводу держала ещё у себя Красную Армию, жена местного командующего полетела домой забесплатно рейсом военно-транспортной авиации.
Никакой другой военно-транспортной авиации, кроме той, что принадлежала Красной Армии, там, в маленькой южной республике, разумеется, не было.
А в южную республику дорога долгая, дорога длинная, а жена командующего была женщина почти европейского, то есть среднерусского образования. Она начала пить свой дорогой припасённый коньяк. Однако ж, всё же не на Боинге она летела. Болтанка туда-сюда, ямы воздушные и прочие неуставные безобразия.
И начала тётенька тошнится. Да так исправно тошнилась, что испортила своё платье. Заходит борт на посадку, и тут не входит, а как-то впадает в кабину лётчиков бортовой — и сказать ничего не может.
Оказывается, тётенька облёванное платье-то и сняла. И, накрывшись чем-то, спит. А на земле её, надо сказать, муж-генерал ждёт. Свита там всякая… Адъютант… Шофёр готовится чемоданы принимать…
Не анекдоты же им про стюардессу рассказывать, когда в нижнем белье на трап командующую жену выведут. Ну и лётчики как бы промахиваются мимо полосы, уходят на второй круг, пока два старлея пытаются на даму платье натянуть… Сначала задом наперёд — там молния была нестандартная, всех попутала. Сели… Даму под руки выводят, а молодой командировочный капитан из Москвы — следом. Ему-то было что, он был как-то не при чём, и очень веселился.
Вдруг, не дойдя до своего благоверного метров пятнадцать, она вдруг что-то вспоминает. Останавливается, ищет что-то глазами, оборачивается и влепляет капитану звучный слюнявый поцелуй в щёку.
А потом, на заплетающихся ногах шагает к мужу.
Ну, думает капитан, — это — "…!".
И, правда, это был он.
По возвращении капитана вызвали к командованию, и он слово в слово повторил эту историю своему прямому и непосредственному начальнику.
Начальник выслушал его и отпустил с Богом.
Но когда капитан уже открыл дверь, прямой и непосредственный начальник одобрительно ухнул ему в спину:
— Молодец. Я бы тоже не признался.
27 марта 2002
История о зелени
Ни фига ж себе зелёные пошли…
27 марта 2002
История о здоровенном патриотизме
Есть у меня знакомая, которая живёт в иностранном городе Ашдоде. Приехала она как-то в Москву, встретилась со своим бойфрендом из прошлой жизни. Ну, вспомнили былое, прогулялись по улицам… Как-то незаметно оказались в одной постели. И вот, двигаясь над ним, она видит на полке довольно большой атлас мира, и, не прекращая движения, в порыве страсти, решает показать, где живёт.
Продолжая заниматься всё тем же, шелестит, мнёт страницы… И вдруг начинает орать:
— Чё за дела? Где наш сектор Газа? Где наш берег Иордана, где наши Голаны? Вынь из меня это всё! Где, в конце концов, моя юбка?
28 марта 2002
История про ужасное обвинение
Сегодня мне позвонила одна моя знакомая и сразу же без приветствий, зловещим голосом спросила:
— А ты не переспал ли с моей подругой в
