Абигейл заворочалась в его руках и откинула свою голову назад, таким образом, чтобы видеть его лицо:
— Долго я спала? — прошептала она.
— Да.
Она покраснела, но больше ничего не сказала.
— Ты можешь говорить, — сказал ей Талорк.
— Мы уже не на земле ваших врагов?
— Уже нет.
— Солдаты моего отца ничего не говорили, по поводу вражеской территории, когда они были в Шотландии, сопровождая Эмили.
— Все время, что они провели за пределами Англии, они находились на вражеской территории.
— Но наши короли — союзники.
Талорк пожал плечами.
Абигейл скрестила руки и уставилась на него:
— Вы делаете так каждый раз, когда не хотите отвечать.
— Что?
— Пожимаете плечами.
Талорк снова это сделал. Только для того, чтобы посмотреть, как она отреагирует.
Абигейл рассмеялась нежной, тихой музыкой, которую ему захотелось поцелуем сорвать с ее губ.
Как только Талорк наклонился, чтобы поддаться этому порыву, она взвизгнула, но он проглотил и этот звук тоже. На вкус она оказалась, как сонная невинность.
Когда Талорк поднял свою голову, Абигейл выглядела ошеломленной.
Найэл громко захохотал:
— Я полагаю, что вы уже привыкаете друг к другу.
Другие воины-крикты вокруг них уставились на Найэла, как будто они никогда прежде не видели его. Он редко смеялся, это правда. Ну, хорошо, до этой поездки, Талорк не слышал, чтобы за последние годы он это делал, но это не значило, что нужно таращить глаза и чесать языками, как группа сплетничающих женщин.
Талорк бросил на воинов тяжелый взгляд, и они тут же вернулись к наблюдениям за территорией, что и следовало делать. Талорк никогда не терял ощущение реальности, даже когда целовал Абигейл.
— Мы скоро доберемся до владений Синклеров?
— Мы будем на земле Синклеров завтра к исходу дня.
Он почувствовал, как она вся напряглась. Она точно знала, что это означало.
— Вы не думаете, что было бы лучше повременить, пока мы не достигнем вашей земли?
Абигейл не сказала, с чем повременить, но они оба это знали.
— Нет, — прозвучал короткий ответ.
— Ох.
Его волк убьет кого-то, если Талорк заставит животное еще подождать, чтобы заявить права на свою пару.
— Почему вы забрали меня к себе с моей лошади? — спросила Абигейл.
— Ты была уставшей.
— Вы заметили? — казалась, этот факт ее огорчил.
— Да, — он также заметил, как она переглядывалась с Найэлом, и логично это или нет, но его волк потребовал утвердить свои права на нее.
— Вы не такой, как я ожидала.
— Почему?
— Вы ненавидите англичан, и вы без колебания убили бы моего отчима, но вы показали мне свое уважение.
— Ты — моя невеста.
— Эмили тоже должна была быть вашей невестой, но вы не были настолько внимательны к ней.
— У меня не было никакого намерения жениться на Эмили.
— Так почему же вы согласились жениться на мне?
За последние три года Талорк так и не встретил свою пару, и он понял, что, вероятно, так никогда и не встретит.
— Мой король предложил мне достойное вознаграждение.
— Мое приданое.
— Да.
— По крайней мере, вы получите от этого брака хоть что-то стоящее, — спокойно сказала Абигейл, как будто разговаривая сама с собой.
— Тебя я тоже хочу.
— Вы не желаете английской жены.
— Ты не англичанка.
— Тогда, кто же я?
— Ты — моя.
На следующий день Абигейл снова ехала на своей собственной лошади, когда Талорк приказал своим воинам остановиться. День еще был в самом разгаре, и они недавно поили коней. Сегодня они ехали спокойно, и Абигейл ничего не имела против.
Очень сложно было следить за разговорами вокруг себя и в то же время управлять лошадью.
Она не спрашивала, почему они остановились, потому что она не знала, было ли безопасно говорить.
Талорк спрыгнул с коня, сказал что-то Найэлу и направился к лошади Абигейл. Он протянул свои руки и сказал:
— Иди сюда.
Абигейл потянулась к нему, позволив своему мужу снять себя с лошади. Он поддерживал ее до тех пор, пока мышцы ног снова не начали работать.
— Почему мы остановились? — Не то, чтобы она жаловалась.
— Хотела бы ты принять ванну? — спросил вместо ответа Талорк.
Она озиралась по сторонам, размышляя, где это можно было бы устроить. Она не видела никакого источника воды, но она не позволила этому факту уменьшить ее восторг. Если Талорк предложил, значит, он знал, как это устроить.
— Да!
Он засмеялся, а затем развернулся и ушел прочь. Абигейл последовала за ним, как она предполагала, он и ожидал. Он привел ее к входу в пещеру. Как только он вошел внутрь, Абигейл отступила назад.
Талорк оглянулся, протянул свою руку и сказал:
— Пошли.
Она покачала головой.
Он кивнул.
— Что, если там есть дикие животные?
— Ты должна доверять мне.
— Это не вам я не доверяю.
— Тогда кому?
— Диким животным. — Абигейл сглотнула, стараясь промочить сухое горло. — Я нелегко завожу друзей.
На самом деле, с тех пор, как лихорадка отобрала у нее слух, новых друзей Абигейл совсем не заводила. Но еще до лихорадки она дружила с Джеком, сыном кузнеца Джона.
И он не позволил ей после того несчастья оттолкнуть себя. Он даже выведал ее тайну — по сей день она не знала как. Но молодой парень сказал ей, что это не имело для него значения, и настаивал на том, чтобы оставаться друзьями.
— Ну? — спросил Талорк.
— Был один мальчик, с которым я играла, когда была маленькой. Сын кузнеца моего отца. Его разорвал волк. Я видела тело. — Абигейл вздрогнула, вспоминая тот ужасный миг, который ни на йоту не стёрся на протяжении прошедших лет. — Это было ужасно. Смерть приходит слишком легко.
Талорк стал необычайно спокойным:
— Тебе не стоит бояться волков.
— Вы так думаете?
— Я защищу тебя.
— А что относительно медведей?
Его губы изогнулись в подобии улыбки, а на лице было выражение терпимости:
— Когда ты со мной, тебе совсем нечего бояться.
Абигейл кивнула и это, казалось, пришлось Талорку по душе.
— Мои воины все тут осмотрели.
— Ох.
Она позволила ему завести себя в пещеру и тут же заметила, что, вместо сырости и холода, которые у нее ассоциировались с пещерами, воздух там был теплым, со слабым ароматом серы. Талорк повел ее вниз по длинному туннелю, освещенному факелами и тусклым светом откуда-то сверху. Свет факелов отражался на поверхности большого водоема в центре пещеры. Возле этого водоема были сложены шкуры, на которых они спали две прошлых ночи.
