Немного успокоившись, Чарли принялся паковать свои вещи. Покончив с этим, он прибрался в квартире и провел ревизию холодильника, выкинув оттуда начатый пакет молока и несколько упаковок полуфабрикатов. Отъезд Чарли назначил на завтра, на восемь часов утра, но, поскольку на месте ему все равно не сиделось, он вышел на улицу и, поймав такси, отправился забирать из проката свою машину.
По пути через деловой центр города он видел празднично оформленные витрины супермаркетов, видел толпы людей на улицах и радовался тому, что уезжает. Ему не хотелось оставаться в городе, где люди веселятся, танцуют, смеются, делятся планами на будущее, желают друг другу здоровья и счастья. Всего год назад он тоже был счастлив; у него были работа, дом, жена, с которой он встречал Рождество, но все это исчезло, словно унесенное внезапным порывом злого ветра, и он остался совершенно один. У него не было ничего своего, кроме машины, да и то взятой напрокат, двух сумок из клетчатой шотландки, в которых лежали только самые необходимые вещи, да еще воспоминаний, отравленных горечью потери.
— На вашей машине стоит новая зимняя резина, — сказал ему механик в гараже прокатной компании. — Но если заберетесь слишком далеко на север — лучше всего надеть цепи. Севернее Коннектикута иначе не проехать.
Чарли поблагодарил его, и механик улыбнулся в ответ.
— В Новую Англию[3] едете? — спросил он.
Чарли кивнул.
— Да, решил вот покататься на лыжах. Говорят, в Вермонте очень неплохо.
— В этом году там полно снега, — охотно согласился механик. — Смотрите только, ничего себе не сломайте.
Пожелав Чарли счастливого Рождества, он ушел, оставив его наедине с машиной. Для того чтобы вернуть автомобиль, Чарли не нужно было возвращаться в Нью-Йорк. Он мог оставить машину и в Бостоне, откуда тоже можно было вылететь в Лондон. Возможно, он так и поступит — покатается немного на лыжах, а потом махнет в Англию. Нью-Йорк никуда от него не убежит. В конце концов, у Чарли было еще шесть месяцев, чтобы окончательно решить, вернется ли он к «Уиттакеру и Джонсу».
Чарли достался вместительный белый «Форд-универсал». Закинув внутрь сумки, Чарли сел за руль и, выехав из гаража, сделал несколько кругов по городу. Машина оказалась довольно приличной, к тому же в семиместном салоне было достаточно места для лыж, если, конечно, он все же решит взять их напрокат. В багажном отделении лежали заказанные Чарли цепи.
Он мог отправиться в Вермонт хоть сейчас. Он даже одет был соответственно — в джинсы, свитер и толстую меховую парку, которую привез с собой из Лондона. Улыбаясь, Чарли включил обогреватель, а потом, поразмышляв немного, и радио. Приемник отозвался знакомой мелодией, и Чарли начал подпевать.
Возвращаться в крошечную квартирку не хотелось. Ключи Чарли, как обычно, оставил у консьержа, так что его ничто больше не задерживало. Остановившись у закусочной, Чарли выпил чашку горячего кофе с бисквитом, потом вернулся в машину и поехал к ближайшему выезду на федеральное шоссе. У развязки он ненадолго остановился и разложил на коленях карты. Куда он направится, Чарли пока не знал. На север, как он сказал механику в гараже? В Коннектикут и Массачусетс? Может быть — в Вермонт? Этот штат казался Чарли наиболее подходящим местом для того, чтобы провести там предпраздничную неделю. Насколько он знал, в Вермонте не было недостатка в головокружительных склонах, к тому же место это было не слишком посещаемое, так что он мог рассчитывать на относительное уединение. Но все это было в будущем, а пока… пока он должен был ехать и ехать, внимательно следя за дорогой, остерегаясь гололеда и снежных заносов. Самое главное — не оглядываться назад. Теперь Чарли точно знал, что там нет ничего такого, о чем следовало пожалеть или взять с собой.
Выезжая из города, он все еще напевал себе под нос популярные песенки, доносившиеся из радиоприемника. Взгляд его был устремлен только вперед, а по лицу блуждала улыбка. У него не было ничего. Ничего, кроме будущего.
Глава 3
Когда Чарли пересек мост Триборо и свернул к шоссе Хатчинсон, снова пошел снег, но это его не огорчило. Снегопад был для него еще одной приметой приближающегося Рождества, и он начал вполголоса напевать святочные гимны, удивляясь самому себе, — так хорошо он давно себя не чувствовал. Для человека, фактически потерявшего работу, у него было на редкость легкомысленное настроение, и Чарли рассудил, что дело скорее всего в том, что он еще не до конца осознал, в какую яму он сам себя столкнул. Снова и снова вспоминая все, что случилось с ним за сегодняшний день, Чарли никак не мог поверить, что он скорее всего больше никогда не будет работать на Уиттакера и Джонса. Конечно, он не мог предвидеть всего, что могло произойти с ним в ближайшие полгода, однако ему почему-то казалось, что в Нью-Йорк он больше не вернется. Для себя Чарли уже запланировал лыжные прогулки и путешествия; кроме того, он серьезно подумывал о том, чтобы взяться за кисть и написать несколько картин маслом, если, конечно, у него будет подходящее настроение. Раньше у него вечно не хватало на это времени — Чарли всегда был слишком занят, чтобы тратить время на пустяки. Сейчас он, однако, чувствовал, что, сознательно отказываясь от отдыха, он каким-то образом обкрадывал себя.
Что касалось его карьеры дизайнера-профессионала, то Чарли был уверен, что все знания и полученные навыки никуда от него не денутся. На худой конец он мог преподавать архитектуру в каком-нибудь из колледжей. Кроме того, в глубине души Чарли давно лелеял мечту отправиться в путешествие по странам Европы, чтобы осмотреть все старинные замки, достойные внимания. Средневековая архитектура давно интересовала Чарли, и он не исключал, что внимательное изучение стилевых особенностей декора даст толчок его собственным новым идеям, но у него никогда не было времени заняться им. Теперь времени навалом, решил Чарли и… выкинул Европу из головы. Сначала — Вермонт. Потом — Лондон. Если он сумеет найти там подходящую квартирку, то ее можно будет сделать базовым лагерем для последующих вылазок в Голландию, Германию, Францию.
Прибавив скорость, Чарли внимательно смотрел на лежащую впереди дорогу. Его руки уверенно лежали на руле, машина прекрасно слушалась управления, и Чарли неожиданно подумал, что впервые в жизни он сам вершит свою судьбу. Раньше он только и делал, что реагировал на внешние обстоятельства да пытался устоять на ногах, когда на него сваливалось слишком многое, но сейчас все переменилось. Он сделал свой выбор, и теперь только он сам принимает решения и определяет направление и свою собственную дорогу.
