– Я не хочу возвращаться в свою квартиру, – признался Макс. – И в Нью-Йорк тоже.
Не говоря о том, что он отвык от шума и суеты мегаполиса, его жилище было полным-полно тяжелых воспоминаний. Там его подстерегало искушение. Он боялся, что прежние привычки явятся сами собой и одержат верх.
– Каким бы ни было твое решение, я тебя поддержу, – пообещал Тейт. – Свои потребности ты знаешь лучше, чем кто-либо. Главное, чтобы принятое решение способствовало твоему дальнейшему росту. Иначе получится, будто ты испугался и убегаешь.
– Но я действительно испугался, – хмуро признался Макс. – Мне страшно. – У него вырвался стон отчаяния. – Я никому не хочу мешать и осложнять жизнь. Я и так попортил крови многим.
– Макс, прошлое не переиграешь. Мы сейчас говорим о наилучшем решении для тебя, – напомнил ему Тейт. – В данном случае речь идет о тебе. Если тебя тянет быть эгоистичным, не дави свой эгоизм! Не пытайся быть хорошим для других. Твои друзья принимают тебя таким, какой ты есть. Осознание – уже большой шаг.
Макс схватил себя за волосы:
– Не хочу, чтобы меня считали неблагодарным. Я всем им благодарен. Мне просто… надо какое-то время побыть вдали от них. – Он шумно выдохнул. – Знаешь, мне казалось, что я начал обретать себя. А получается, запутался еще сильнее, чем вначале. Я не знаю, где мое настоящее место.
– Тогда отправляйся на поиски, – сказал Тейт, касаясь его руки.
Глава 10
В баре было шумно и людно. Ничего удивительного: так бывало по вечерам, когда транслировали бейсбольные матчи. Сегодня «Балтимор Ориолс» не везло. Соперники с первых же минут открыли счет. Критиков и хулителей команды в зале хватало. Каждый удачный и неудачный бросок игроков непременно сопровождался заказами очередной порции пива и закуски. Грейс не возражала. Наоборот, ей нравилась атмосфера бара. А с тех пор как завсегдатаи прониклись к ней симпатией, работать стало еще легче и приятнее. Поначалу к ней присматривались. Спасибо Холли. Славная блондинка постаралась, чтобы Грейс приняли как свою. Кому-то это смешно. Это и вправду смешно, но такова специфика бара.
– Грейс, можно еще кружечку? – спросил ее один постоянный посетитель.
– Сейчас налью, Эрл, – улыбнулась она. – Вы что же, не смотрите игру?
– Игры я люблю. А это просто сборище идиотов, – презрительно фыркнул он. – Вот когда будут играть парни из «Вашингтон нейшенелс», тогда и поговорим.
– Без проблем, – улыбнулась Грейс, подвигая Эрлу заказанное пиво и забирая его десятидолларовую бумажку.
– Добрый вечер, прекрасная леди. Как поживаете?
Услышав приветствие Кейлеба, Грейс застенчиво улыбнулась. Помощник шерифа уселся на табурет рядом с Эрлом и взял из вазочки горсточку жареного арахиса. Зная его вкусы, Грейс достала из холодильника бутылку пива «Хейнекен».
– Я великолепно поживаю. А вы?
Она всегда была исключительно вежлива с помощником шерифа. Он тоже держался очень учтиво, не выходя из рамок дружеского общения. В общем-то, в обаянии Кейлебу не откажешь. Но Каю он почему-то не понравился. Побывав у нее, брат заронил ей в душу семена настороженности. Конечно, Грейс могла отмахнуться от его мнения, ведь она принимала решения самостоятельно. Однако дело было не только во мнении Кая. Мать учила их с братом не обманываться внешним видом людей, а слушать голос интуиции. Интуиция Грейс не имела ничего против помощника шерифа, но осторожность не помешает.
– У меня тоже все в порядке, – ответил ей Кейлеб. – Смотрю, бывший дом Бейли превращается в конфетку. Еще немного, и вы там обоснуетесь.
Улыбка Грейс стала еще шире. Кейлеб был прав. Строение, которое еще недавно считали годным лишь на слом, превращалось в настоящий, добротный дом. Строители заменили полы, сделали лестницы, крыльцо и стены. На следующей неделе они займутся окнами. Грейс едва сдерживала радостное волнение.
– Я просто восхищена работой Винса и его помощников.
– Никак кто-то произнес мое имя? – послышался насмешливый голос.
К стойке шел не кто иной, как Винс Мейсен – владелец пансионата и строительной фирмы. Его сопровождали шестеро мужчин. Пятерых Грейс уже видела – строительные рабочие. Шестой был ей незнаком.
– Надеюсь, миссис Брукс, вы никаких гадостей обо мне не говорили, – растягивая слова, произнес Винс. – Только что оттрубили целых двенадцать часов в вашем доме.
Грейс покраснела.
– Если уж на то пошло, до миссис я еще не дозрела. Можете звать меня просто Грейс. Что касается всего остального, у меня бы язык не повернулся. Наоборот, я рассказывала помощнику шерифа, какие исключительные люди работают в моем доме. Вы не представляете, как я вам благодарна.
Винсент Мейсен был крепко сбитым, широкоплечим человеком. Сильные руки и волосы с проседью говорили о нескольких десятках лет, отданных постоянному труду. Грейс пробовала определить его возраст. Наверное, лет пятьдесят пять или что-то около того. Но, судя по тому, как легко и энергично он работает, ему можно было дать не больше сорока. Когда он хотел заплатить за пиво, Грейс решительно замотала головой, заявив, что рада угостить такого прекрасного работника. Винс расплылся в улыбке.
Пятеро спутников Мейсена взяли себе по пиву и закуске. Шестой не стал заказывать ничего. Он держался особняком, поглядывая на Грейс карими глазами из-под густых ресниц. В неярком свете барной стойки радужная оболочка его глаз отражала бесконечность. Будто две конфеты «Хершис киссез» с начинкой из «секретов». Тусклое освещение делало его волосы почти черными. С боков они были коротко подстрижены, но на макушке и сзади сохраняли свою густоту. Отдельные волоски стояли торчком, словно их застигли врасплох. Щеки украшала трехдневная щетина. Судя по морщинам вокруг глаз и рта, этот человек был или значительно старше, чем думалось Грейс, или жизнь успела его побить. Однако в его лице она не нашла ничего отталкивающего. Он чем-то напоминал ей взлохмаченного Колина Фаррелла.
Грейс попыталась ему улыбнуться, но он быстро отвел взгляд, поблагодарив Винса за апельсиновый сок. Они оба заняли места вблизи бильярдного стола, присоединившись к пятерым работникам. Сев, незнакомец ссутулился, как будто хотел затеряться среди остальных. Грейс заметила, что участия в общем разговоре он не принимает.
– Дорогуша, на кого ты там глаз положила?
Услышав вопрос Холли, Грейс невольно вздрогнула.
Неужели ее напарница видела, как она глазеет на незнакомца?
– Среди рабочих Винса новый человек. Наверное, только что взяли в бригаду.
Холли прищурила свои бесподобные синие глаза, как будто это помогало ей распознать новичка.
– Впервые вижу, – призналась она, продолжая расставлять бокалы по полкам. – Но парень вроде симпатичный. Остальные примелькались. Так что смотри на здоровье.
