Первым в пещеру забежал Буран, в клочья искромсав вьюн и отбросив привратника в дальний угол. Почти сразу у входа пещера делала резкий поворот и полого уходила наверх. Благо, бежали мы не по узкому туннельчику, а по вполне широкому проходу. Ас спокойно летел под сводом потолка и отгонял огнём эльфов, высунувшихся было преградить нам путь. Буран таранил каждого, кто вставал на пути. Я тоже не отставал и раздавал оплеухи направо и налево. Моя злость не знала предела, после первого же поверженного ушастого пришло осознание, что они, пусть и под подчинением, убили шестерых гномов. Шестерых!!! Хотелось останавливаться перед каждым эльфом и наслаждаться его смертью, но времени не было. Оставалось лишь надеяться, что после моих ударов ушаны хоть сколько-нибудь мучались, и идти дальше. Таким нехитрым способом, через десяток поворотов и подъёмов, мы выбежали в большой зал, по центру которого белел и вправду большой, даже огромный, светящийся кристалл. Раздался резкий надрывный звук, дракон и медведь упали на землю и будто впали в оцепенение. И если Ас ещё пытался сопротивляться, наверное, из-за высокого интеллекта, то Буран застыл в одной позе. Я лишь хмыкнул, чуть разбежался и прыгнул на кристалл, выставив вперёд… лопату? А и шкрал с ним, главное результат, а он оказался достигнут как-то уж слишком легко: белая машина разлетелась на осколки и прекратила светиться. Питомцы тут же поднялись, потрясывая головами.
— Неслабо эта штука по мозгам бьёт, — хрипло пробасил Буран.
— Хорошо, что нашего лорда такое не берёт, иначе всё, аут, — согласился с ним Ас.
— Кто вы и что здесь делаете? — раздался с другого, относительно входа, через который пришли мы, угла зала слабый голос.
В тот же миг в зале зажёгся свет. Там, откуда шёл голос, стояла слегка смуглокожая эльфийка в платье серого цвета и держала перед собой посох. С посоха сыпались искры, он явно был готов к применению.
— Моё имя Ярогрейв, пусть даже и лорд Ярогрейв, и я пришёл спасти своих сородичей, мирно живущих вниз по склону в своей деревушке.
— Что же ты тогда забыл здесь, лорд? — буквально выплюнув последнее слово, спросила эльфийка. Может она и была слаба, но яда в её голосе хватило бы на стрелы многотысячной армии.
— Я пришёл сюда спас…
— Да-да, спасти своих сородичей в деревушке, — перебила мена эльфийка. — От нас ты чего хочешь?
— От вас я не хочу ничего, — постаравшись добавить как можно больше яда в свой голос, ответил я. — Всё, что было нужно, уже сделано, можете убрать бесполезные осколки.
— Какие такие оскол… — начала была эльфийка, но посмотрела нам за спины и осеклась. — О, Великий Отец, неужели Гарбандум поработил всех нас?!
Она погасила посох и убрала его за спину, потом медленно подошла к разбитому кристаллу, что-то зашептала над ним и резко повернула голову в сторону выхода из зала.
— И скольких эльфов вы убили на пути к Гарбандуму? — раздувая ноздри, свистящим шёпотом спросила эльфийка.
Я уже собирался залезть в боевой лог, чтобы озвучить точное количество, как с того места, где ещё минуту назад стояла эльфийка, прозвучало:
— Ни одного, Ордуни. Все эльфы живы, за что мы очень благодарны вам, лорд Ярогрейв.
Там, перекидывая давешний посох из руки в руку, стоял низенький смугловатый полуголый эльф. Из одежды на нём были лишь серого цвета трусы типа плавок, но его, похоже, это никак не смущало.
— Наши воины не поддались воздействию Гарбандума? — спросила Ордуни. В её тоне слышалось недоверие.
— Поддались, и не только воины. Простые эльфы тоже активно мешали лорду и его зверям дойти до Гарбандума. И мы должны быть благодарны им, что они не опустились до мести над невинными и оставили всех в живых.
Вы выполнили скрытое задание «Убийство — страшный грех»
Все эльфы остались живы
Награда: алхимический рецепт
Вот только я хотел убивать. Хотел рвать, терзать и именно что мстить, как сказал эльф. И ведь даже убивал, как мне казалось. Почему же тогда все живы?
«Это я хотел убивать, Старший. А ты всячески не давал мне этого делать, зачитывая оды о невиновности и муках совести. Вот и не умирал никто».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Совершенно не помню этого, хотя боевой режим даже не активировал. Но сейчас это совсем не важно. Да и никогда для нас это важным не будет. Пусть эльфы сами с собой разбираются.
Не говоря ни слова, я развернулся и пошёл к выходу из пещеры. Всего через пять минут мы вышли под открытое небо, ещё через три были в деревне. Всё это время я чувствовал, как внутри нарастает какая-то опустошённость. Быть может, это оттого, что опыт с оглушённых совсем не шёл, как и моральное удовлетворение яростной части меня.
— Ну как, лорд, всё получилось? — с надеждой спросил староста, как только мы с Бураном подошли к его дому. Ас остался за деревней.
— Получилось, — кивнул я. — Эльфы вас больше не побеспокоят.
— Это хорошо, — радостно отозвался он, и мне упали последние три тысячи опыта. — Как и обещал, Надима ваш. И Кабидар тоже.
— А это кто? — недоуменно спросил я. В бюрократическом задании о втором не было не слова.
— Сын мой, вы его уже видели, — сказал Варгаб. — Я подумал, что Говорящий с камнем вам понадобится больше, нежели нам.
А вот это интересный сюрприз. Заодно понятно, как гномы поняли, что на эльфах иллюзия и что я внешне магически чист. Говорящих в игре существовало три вида: прямой уроновый маг, бафер и бесполезный в армии крафтер. Нам сейчас, похоже, достался второй вариант. Но, учитывая ещё троих магов в деревушке, можно сделать вывод, что и они Говорящие и, возможно, здесь их можно нанимать. Ещё одна проблема в мою и без того переполненную ими копилку… Завтра, всё завтра, сегодня и так демоны.
— Буран, дорога к Каменному спуску сильно плохая? — минуту подумав, как решить проблему доставки троих нас на двух питомцах хотя бы до ближайшей деревни, спросил я.
— Если время не особо критично, то пройти можно, — ответил он не задумываясь. — В паре мест, правда, седока будет ощутимо потряхивать.
— Я умею ездить на медведях, завалы и осыпи для меня не проблема, — сказал новый голос, слишком высокий для гнома и подходящий скорее эльфу.
Обернувшись на подошедшего юриста, а никем другим рыжеволосый бородач на одну, левую, сторону быть не мог, я едва удержался, чтобы не вскрикнуть от ужаса. Правая часть лица, ниже линии рта, была покрыта странной синеватой коркой. Корка распространилась и на шею и уходила вниз, под одежду. Выглядело это зрелище максимально неприятно. Что, интересно, могло оставить такие следы?
— Меня учили на Медвежьего наездника, — пояснил Надима свои предыдущие слова, — но атака драуков не оставила мне шансов, одной рукой воевать неудобно.
Сняв перчатки, он выставил ладони вперёд. И если левая была нормальной, то правую захватила всё та же синеватая корка, а мизинец и вовсе отсутствовал.
— Но удержаться на медведе смогу, тут чего-то выдающегося не требуется. Правда, вряд ли я вам такой калеченный теперь нуж…
— Мы не воевать тебя берём, — перебил я его, не дав договорить откровенную чушь. — Ты нам как юрист нужен. С этим проблем нет?
— Писать левой рукой я научился.
— Ну вот и хорошо, — обрадовал я Бурана — Довезёшь его до Баг-Даада.
— Так точно, лорд. Компания «БуранПассажирТранс» благодарит вас, что воспользовались нашими услугами.
— Я тоже на медведе могу, — сглотнув, тихо сказал Кабидар. — Лучше на медведе, воздух не для меня.
Говорящий с камнем, боящийся высоты, — это не новость. Они почти все такие, за очень и очень редким исключением.
— Тогда Баг-Даад отменяется, — решил я. — Схема такая: сначала Надима в Каменный спуск, потом возвращаешься за Кабидаром. Его тоже в Спуск. Только потом отвозишь Надима в столицу, возвращаешься за Кабидаром и мчите в Город. До вечера надо успеть.
— Справлюсь, лорд, — отозвался медведь. — Если до вечера, то я прогулочным шагом могу их катать, мчать не придётся.
— Ну это уж на твоё усмотрение, — хмыкнул я.
