- Капитан, - сказала она. - Сейчас Морадри Седай отмечает на плане позиции наших бойцов. Уточните у нее, какой из Айя принадлежит каждая из групп. У нее превосходная память, и она сможет рассказать подробности. Отправьте посыльных от моего имени к каждой группе Желтых и Коричневых сестер. Передайте им, чтобы они вернулись сюда, в этот зал.
- Затем, отправьте посыльных к остальным группам и передайте, что мы направим к ним по одной Коричневой или Желтой сестре для Исцеления. Здесь также останется группа сестер для Исцеления. Обо всех раненых докладывать немедленно мне лично.
Он отдал честь.
- А, - вспомнила она. - И отправьте кого-нибудь наружу осмотреть основные бреши наверху. Нам нужно точно знать, как глубоко проникли напавшие.
- Айз Седай… - ответил он, - снаружи небезопасно. Эти летуны обстреливают сверху всех, кого заметят.
- Значит, отправьте тех, кто умеет прятаться, - прорычала она в ответ.
- Да, Айз Седай. Мы…
- Это катастрофа! - завопил чей-то яростный голос.
Саэрин обернулась, обнаружив четверых Красных, входящих в зал. На Ноташе было белое платье, залитое кровью с левой стороны, хотя, если это и была ее собственная кровь, ее уже Исцелили. Пышные, длинные, темные волосы Кэтрин были растрепаны и засыпаны каменной крошкой. Остальные две были в разодранной одежде, с лицами, покрытыми пеплом.
- Как они только посмели напасть на нас здесь! - продолжила Кэтрин, пересекая зал. Солдаты разбегались с ее пути, а несколько малозначительных сестер, собранных по приказу Саэрин, внезапно нашли себе неотложные дела в разных углах комнаты. Вдали раздавались взрывы, по звуку напоминающие представление Иллюминаторов.
- Очевидно, они посмели потому, что хотели и могли, - ответила Саэрин, пряча поглубже свое раздражение и с трудом успокаиваясь. - Пока что их атака проходит очень результативно.
- Что ж, я принимаю командование на себя, - прорычала Кэтрин. - Мы должны обшарить всю Башню и всех уничтожить!
- Ты не принимаешь здесь командование, - твердо ответила Саэрин. Что за несносная женщина! Спокойствие, только спокойствие. - И мы не переходим в наступление.
- Ты посмеешь меня остановить? - выпалила Кэтрин, и ее окутало яркое свечение саидар. - Ты, Коричневая?
Саэрин вскинула бровь.
- С каких это пор, Кэтрин, Наставница Послушниц стала главнее Восседающей Совета?
- Эгвейн ал’Вир все это предсказывала, - поморщившись, продолжила Саэрин. - И можно предположить, что все прочее, что она рассказывала про Шончан, тоже правда. Шончан ловят способных направлять женщин и используют их в качестве оружия. Они не привели с собой наземные силы. В любом случае, было бы невозможно провести их так далеко через враждебные территории. Что означает, что это всего лишь налет, направленный на то, чтобы захватить как можно больше сестер.
- Для налета бой сильно затянулся, возможно, потому что мы плохо справляемся с обороной, и они чувствуют, что у них еще есть время. В любом случае, нам нужно образовать единый фронт и удерживать позиции. Едва сражение станет напряженнее, они отступят. Пока что мы не в том положении, чтобы «обшаривать Башню» и выбивать их отсюда.
Обдумывая услышанное, Кэтрин заколебалась. Снаружи раздался очередной взрыв.
- Откуда все это исходит? - раздраженно спросила Саэрин. - Разве мало дыр они понаделали?
- Удары направлены не в сторону Башни, Саэрин Седай! - крикнул один из солдат у дверного проема, ведущего прямо в сад.
«Он прав», - поняла Саэрин. - «Башня не сотрясается. И в прошлый раз тоже».
- В кого тогда они стреляют? В людей внизу?
- Нет, Айз Седай! - ответил гвардеец. - Думаю, это выстрел изнутри Башни, с какого-то из верхних этажей, по летающим тварям.
- Что ж, по крайней мере, хоть кто-то еще отбивается, - сказала Саэрин. - Откуда именно стреляли?
- Мне не видно, - ответил солдат, не отрывая глаз от неба. - Свет, вот опять! И снова!
Красные и желтые отблески отразились от дыма наверху, окрасив сад едва видимым через оконный и дверной проемы светом. Раздался вопль раненого ракена.
- Саэрин Седай! - обратился капитан Чубейн, вернувшийся от группы раненых солдат. Саэрин не заметила, как они прибыли. Она была слишком занята с Кэтрин.
- Эти ребята спустились с верхних этажей. Судя по всему, там образовалась вторая линия обороны, и они держатся очень хорошо. Шончан отозвали своих нападающих снизу и сконцентрировались там.
- Где именно? - резко спросила Саэрин. - Где?
- Двадцать второй уровень, Айз Седай. Северо-восточная сторона.
- Что? - переспросила Кэтрин. - Сектор Коричневых?
Нет. Там они были раньше. Теперь же, после перемещения этажей и коридоров, в этой части Башни были…
- Комнаты Послушниц? - уточнила Саэрин. Это еще невероятнее. - Какого…
До нее дошло, и ее глаза распахнулись чуть шире.
«Эгвейн».
* * *
Каждый убитый Эгвейн безликий шончанин для ее внутреннего взора представлялся Ринной. Эгвейн стояла в проломе, зияющем в стене Башни. Ветер трепал ее белое платье, хватал за волосы, завывал в такт ее гневу.
Но ее ярость не вырвалась из-под контроля. Она была холодной и чистой. Башня горела. Она это Предсказывала, у неё было Сновидение об этом, но реальность оказалась куда хуже ее страхов. Подготовься Элайда к нападению - и разрушений было бы куда меньше. Но теперь не было смысла цепляться за то, чего не случилось.
Вместо этого она перенацелила свою ярость, праведный гнев, кару Амерлин. Она сбивала одного то’ракена за другим. Они были менее верткими, чем их мелкие сородичи. Она уже сбила около дюжины, и ее действия привлекли внимание остававшихся снаружи. Бой внизу стих, и теперь все нападавшие сосредоточились против Эгвейн. Послушницы отбивали шончанские атаки на лестнице, раз за разом отбрасывая их назад. В воздухе мелькали то’ракены, описывая круги вокруг Башни, их седоки пытались отрезать Эгвейн щитом или ударить огнем. Мимо проносились ракены поменьше, с их спин в нее летели арбалетные стрелы.
Но она была воплощением Силы, почерпнутой из глубин рифленого жезла в ее руках и направленной через группу соединенных с ней в Круг послушниц и Принятых, которые прятались в соседней комнате. Эгвейн сама была частью бушевавшего в Башне огня, окрасившего небо кровавыми сполохами, прокоптившего воздух едким дымом. Она сейчас ощущала себя не человеком из плоти и крови, а чистой Силой, вершащей суд над теми, кто посмел развязать войну в сердце самой Башни. С неба, сотрясая облака, били разряды молний. С ее рук слетали потоки пламени.
Возможно, ей следовало опасаться нарушить Три Клятвы, но она не боялась. Это был бой, который необходимо выиграть; она не испытывала жажды убийства, хотя, возможно, ее ненависть к сул’дам была близка к тому. Солдаты и дамани были всего лишь случайными жертвами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
