Солдаты кивнули. Тяжелораненых придется бросить на милость врага, но они знали, на что согласились, когда шли на это задание. И освобождение Амерлин было важнее всего остального.
Некоторые не дождутся помощи и умрут от ран. И он ничего не мог с этим поделать. Только надеяться, что большую часть Исцелят Айз Седай Белой Башни. Вслед за Исцелением последует арест, но иного выбора нет. Их отряд должен оставаться мобильным, и времени возиться с носилками для раненых у них нет.
- Третье и четвертое отделения, - быстро продолжил он, но тут же замолк, увидев выскочившую из Башни знакомую фигуру в голубом платье, тащившую за собой девушку в белом. Конечно, теперь Суан сама выглядела едва старше этой девушки. Порой он с трудом мог представить ее в образе жесткой женщины, встреченной им много лет назад.
Почувствовав сильное облегчение, он тут же накинулся на подоспевшую Суан.
- Кто это? - спросил он. - Куда ты ходила?
Она прищелкнула языком, велела послушнице подождать и затем оттащила Брина в сторону, чтобы тихонько переговорить с ним.
- Твои солдаты были заняты, и я решила, что будет неплохо собрать кое-какую информацию. И должна заметить, нам стоит поработать над твоим отношением, Гарет Брин. Страж так не разговаривает со своей Айз Седай.
- Я стану беспокоиться об этом тогда, когда ты станешь вести себя как человек, у которого есть капля разума в голове, женщина. Что если б ты наткнулась на Шончан?
- Тогда бы я действительно попала в переплет, - ответила она, уперев руки в бедра. - И такое случилось бы не впервые. Я не могла рисковать быть замеченной другими Айз Седай с тобой и твоими солдатами. Столь простенькая маскировка не одурачит ни одну сестру.
- А если бы тебя узнали? - спросил он. - Суан, эти люди пытались тебя казнить!
Она фыркнула.
- Даже Морейн не смогла бы узнать меня с таким лицом. Женщины в Башне увидят всего лишь молодую Айз Седай со смутно знакомым лицом. Кроме того, я никого не встретила. Только это дитя.
Она оглянулась на послушницу. Темные волосы девушки были коротко подстрижены. Она с ужасом уставилась на происходящую высоко в небе битву.
- Хашала, подойди к нам, - позвала Суан.
Послушница поспешила к ним.
- Расскажи этому мужчине все, что рассказала мне, - приказала Суан.
- Да, Айз Седай, - с быстрым реверансом выпалила послушница. Бойцы Брина окружили Суан кольцом охраны, а Гавин встал сбоку от генерала. Взгляд молодого человека продолжал обшаривать смертоносные небеса.
- Амерлин, Эгвейн ал’Вир, - начала послушница дрожащим голосом. - Ее сегодня рано утром выпустили из тюрьмы и разрешили вернуться к послушницам. Когда началось нападение, я была внизу, в нижних кухнях, поэтому я не знаю, что с ней случилось. Но, скорее всего, она наверху, где-то на двадцать первом или двадцать втором этаже. Там теперь находятся покои послушниц, - она поморщилась. - Последнее время в Башне беспорядок. Все находится не на своих местах.
Суан встретилась взглядом с Брином.
- Эгвейн в ударных дозах дают корень вилочника. Она едва ли способна направлять.
- Нам нужно к ней пробраться! - заявил Гавин.
- Конечно, - ответил Брин, почесав подбородок. - Именно за этим мы здесь. Следовательно, я полагаю, нам нужно вверх, а не вниз.
- А вы тут для того, чтобы ее освободить, да? - в голосе послушницы звучало нетерпение.
Брин оглядел девушку. - «Дитя. Лучше бы тебе не делать подобных выводов». Ему была ненавистна сама мысль оставлять послушницу связанной посреди этого хаоса. Но они не могли себе позволить оставить ее на свободе, где она могла бы предупредить Айз Седай Белой Башни.
- Я хочу с вами! - пылко продолжила послушница. - Я на стороне Амерлин. Истинной Амерлин. И большинство нас тоже за нее.
Брин вскинул бровь, покосившись на Суан.
- Пусть идет, - ответила Айз Седай. - Это самый простой вариант.
Она повернулась, чтобы расспросить девушку поподробней.
Один из капитанов по имени Вестас подошел к ним, и Брин обернулся к нему.
- Милорд, - взволнованно обратился Вестас громким шепотом. - Сортировка раненых завершена. Наши потери двенадцать человек. Еще пятнадцать ходячих, они отправлены к лодкам. Шестеро ранены тяжело и не могут передвигаться самостоятельно, - Вестас помедлил. - Трое из них, милорд, не протянут больше часа.
Брин скрипнул зубами.
- Мы уходим.
- Я чувствую твою боль, Брин, - вмешалась Суан, оборачиваясь к мужчинам и взглянув ему в лицо. - В чем дело?
- У нас нет времени. Амерлин…
- Может подождать. Что случилось?
- Трое людей, - ответил он, - мне нужно бросить троих бойцов умирать.
- Этого не будет, если их Исцелить, - ответила Суан. - Ведите меня к ним.
Брин не стал препираться, хотя бросил взгляд на небо. Еще несколько ракенов приземлились где-то в парке вокруг Башни. Они казались нечеткими тенями, освещенными мерцающими оранжевыми всполохами огня. Вокруг них собирались отступающие Шончан.
Он решил, что это были отряды, атаковавшие с земли. Они действительно отступали. Их рейд подходил к концу.
А это значит, что у его людей мало времени. Как только Шончан сбегут, Белая Башня оживет. Им нужно срочно добраться до Эгвейн! Ниспошли им Свет, чтобы ее не захватили!
И все же, раз Суан решила Исцелить раненых, значит, таково ее решение. Все, на что он мог надеяться, что жизнь этих троих не будет оплачена ценой жизни Амерлин.
Вестас поместил раненых под раскидистым деревом на краю газона. Оставив на Гавина командование остальными бойцами, Брин захватил с собой отделение солдат и последовал к раненым вслед за Суан. Она встала на колени возле первого из них. Она и раньше предупреждала Брина, что ее навыки Исцеления не на высоте. Но, возможно, она сумеет привести всех троих в порядок настолько, чтобы они сумели протянуть достаточно долго, пока их не найдут и не доставят в Белую Башню.
Суан действовала быстро, и Брин отметил, что она была по отношению к себе несправедлива. По всей видимости, она хорошо справлялась с Исцелением. И все же, это отняло драгоценное время. С растущим нетерпением он оглядел двор. Несмотря на то, что наверху не стихал обмен ударами, нижние этажи словно вымерли. Единственным звуком были стоны раненых поблизости и потрескивание пламени.
«О, Свет! - подумал он, оглядывая разрушения в основании Башни. Крыша над восточным крылом и дальняя стена были обрушены, внутри здания бушевал пожар. Двор был завален обломками и пестрел воронками. В воздухе висел дым - едкий и густой. Согласятся ли огир вернуться и заново отстроить это великолепное здание? Будет ли оно таким, как прежде, или казавшийся вечным памятник сегодня пал? Станет ли он впоследствии сожалеть или гордится, что был этому свидетелем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
