Продолжается преступная эпопея братьев Билыков и их приятеля Ставничего. В последний раз мы встречались с ними в Новосибирске, где в мае они похитили два автомата АКМ у военнослужащих Кемеровского училища связи. Теперь судьба занесла преступников в Саратов. 6 июля около трех дня Петр Билык (старший из братьев) совершал променад по улице Ленина, держа в руках сумку, в которой находился автомат со спиленным прикладом и 3 магазина с патронами. То ли шел он как-то неестественно, то ли выглядел подозрительно, только на него обратил внимание милиционер, да еще не простой — а сам начальник ОУР Кировского РОВД Юшков. Остановив Билыка, страж порядка попросил его предъявить документы. А тех у преступника не оказалось. «Тогда прошу пройти в отделение, там разберемся», — предложил Юшков парню. Билык малость повозмущался, но затем вынужден был подчиниться.
Понятно, что попадать в отделение для Билыка было равносильно смерти. Поэтому едва у него появился удобный момент, как он выхватил из кармана пиджака нож и попытался ударить им милиционера. Но тот был начеку. Отпрянув в сторону, он избежал удара, но внезапно оступился и упал. Билык бросился прочь, бросив сумку с автоматом на землю. Погоня продолжалась несколько минут. В ходе нее к Юшкову присоединился еще один страж порядка — старший инспектор штаба УВД Саратовского, облисполкома Гаюн. Вдвоем они стали загонять Билыка в глухие переулки, рассчитывая, что в одном из них он угодит в тупик. Но и Билык понимал это, поскольку города этого практически не знал. Надо было срочно придумать другой путь оторваться от преследования. Спасение пришло в виде попутной машины, вынырнувшей из-за ближайшего поворота. Тормознув автомобиль, Билык приставил к горлу ее владельца нож и приказал немедленно выбираться из салона. Заняв освободившееся место за рулем, преступник ударил по газам. И только таким образом скрылся от погони.
В тот же день, 6 июля, из советского посольства в Париже в Москву был отправлен донос на балерину Майю Плисецкую. Донос предназначался для министра культуры СССР Петра Демичева и был подписан самим послом СССР во Франции С. Червоненко. В нем сообщалось:
«Уважаемый Петр Нилович, хотелось бы поставить перед Вами некоторые вопросы, связанные с публикацией буржуазными изданиями интервью М.М. Плисецкой, которое она дала французским журналистам во время своего пребывания во Франции в июне с.г. в составе балетной труппы ГАБТ. Во-первых, М. М. Плисецкая высказывала мысль о застое в нашем балетном искусстве, его якобы косности и консерватизме. Во-вторых, М. М. Плисецкая подвергла критике Большой театр… В-третьих, М. М. Плисецкая осыпала похвалами (незаслуженными, на наш взгляд) современных западных балетмейстеров, и прежде всего М. Бежара… Как сообщила нам тов. Бутрова, она несколько раз беседовала с М. М. Плисец» кой по поводу ее интервью. Реакция балерины была, к сожалению, несамокритичной. Видимо, в Москве было бы полезным провести беседу с М. М. Плисецкой на уровне ответственных лиц, которые являются для нее авторитетом, не предавая пока всю эту историю широкой огласке…»
Стоит отметить, что артисты ГАБТа пробыли во Франции две недели, где показали 11 представлений, на которых присутствовали свыше 70 тысяч зрителей. Особенно много восторженных откликов было посвящено Плисецкой, которая буквально покорила французскую публику. Но советский посол во Франции, как видим, обеспокоен совсем другим: ему бы святость идеологических риз соблюсти.
И еще одно событие датировано днем 6 июля: в Западном Берлине на кинофестивале «Берлинале-77» был оглашен победитель: из 24 фильмов, представлявших 17 стран, победу одержала советская лента «Восхождение» Ларисы Шепитько. Говорят, жюри спорило до хрипоты, особенно старался Михалков-Кончаловский, который был в восторге от прекрасного фильма Шепитько. Ему возражал режиссер Фассбиндер, которому, в свою очередь, нравилась другая советская картина — студии имени Довженко. Кончаловский негодовал: «Но это же очень плохой вкус!» На что его оппонент отвечал: «Именно поэтому она мне и нравится». Он был большой любитель кича. К счастью, победил Кончаловский, и «Золотой медведь» достался «Восхождению».
В четверг, 7 июля, в Кремлевском Дворце съездов торжественно был открыт 10-й Международный московский кинофестиваль, на который съехались кинематографисты из 90 стран. После церемонии открытия гостям фестиваля были показаны первые две серии новой эпопеи Юрия Озерова «Солдаты свободы», где в одной из эпизодических ролей был показан полковник Леонид Брежнев (актер Евгений Матвеев). Говорят, во время показа этого эпизода кто-то из особо лизоблюдствующих особ даже начал аплодировать.
В тот же день актер театра «Современник» Валентин Никулин справлял свой 45-й день рождения. Среди приглашенных гостей оказалась и жена актера этого же театра Олега Даля Елизавета. Сам Даль пойти на торжество не смог, поскольку в этот же день уехал в Пущино на съемки фильма «В четверг и больше никогда». Елизавета тоже не горела большим желанием ехать на этот день рождения: во-первых, из-за отсутствия рядом мужа, во-вторых — у нее были прохладные отношения как с именинником, так и с его женой. Но последняя ее заинтриговала, сообщив, что может помочь достать для Даля «эспераль»: дескать, придет приятельница, у которой этого добра хватает. И Елизавета собралась. Посадив мужа в служебный «рафик», она сама на перекладных отправилась к Никулиным на Ленинский проспект. Далее послушаем ее собственный рассказ:
«И действительно, там я познакомилась со Светланой Сергучевой, с которой и до сих пор дружна очень. И она абсолютно безвозмездно (тогда уже «эспераль» стоила от 300 до 500 рублей одна штука) вручила мне эту ампулу и сказала, что, если она «хоть чем-то может помочь Олегу Ивановичу — для нее это уже счастье». Она была женой очень крупного следователя по особо важным делам…»
И еще одно событие, датированное 7 июля, хотелось бы отметить: в тот день ТАСС опубликовал коротенькое, всего лишь в несколько строчек, сообщение, что органами правопорядка задержан преступник, который 11 июня взорвал такси возле гостиницы «Советская». Никаких подробностей относительно того, кто этот человек, какого рожна он взорвал автомобиль, не сообщалось. Читателям вновь предлагалось догадываться об этом самостоятельно. В те годы о подобных публикациях обычно говорили: «И на том спасибочки».
Продолжаются съемки фильма «Трактир на Пятницкой». Вернувшись 5 июля из экспедиции в Ростове-Ярославском, группа через два дня приступила к съемкам в павильонах «Мосфильма». В 8-м павильоне, где была построена декорация «портовые подвалы», снимались заключительные эпизоды фильма: ликвидация банды Серого. 7 июля был снят эпизод, в котором Пашка Америка приходит в подвал, чтобы удостовериться, здесь ли бандиты. Кстати, сцена явно надуманная: такой профессионал, каким был показан в фильме Пашка, не мог не знать, что с такой информацией бандиты ни за что не выпустят его из подвала. А он ведь хотел сообщить об этом сыщикам. Но те, на его счастье, догадались за ним проследить и нагрянули в подвал чуть ли не следом. 8 июля снимали бой сыщиков и бандитов в подвале (часть кадров из боя снимут также 12 июля). Честно говоря, сцена была снята без особого блеска: стрельба, крики, картинные падения. Даже главаря — Серого — убивали как-то по-театральному. Короче, не Голливуд. Съемки длились шесть часов, после чего исполнитель роли Серого — Константин Григорьев — сняв с себя бутафорский костюм и облачившись в родные одежды, отправился на суд. Что за процесс и кого на нем судили, автору доподлинно неизвестно.
Тем временем популярный композитор и певец Евгений Мартынов вместе со своей юной 18-летней невестой-киевлянкой Эллой отдыхают в Ялте. Туда их пригласил коллега Мартынова певец Юрий Богатиков, который был в тех краях большой шишкой — то ли депутатом, то ли председателем какого-то Совета. Гостей встретили шикарно и поселили их в роскошный люкс в лучшей гостинице. Но идиллия длилась максимум дня два. На третьи сутки к Мартынову заявился некий деятель из Крымской филармонии и буквально ошарашил его заявлением: «Женя, мы вас хорошо встретили, все условия вам создали, но и вы нам за это должны самую малость: отработать пару концертов на стадионе». Хитрец, однако: Мартынов в те годы был суперпопулярен, и этих два стадионных концерта сулили филармонии хорошие барыши. Но Мартынов им все планы поломал. «Да вы в своем уме? — возмутился он. — Я же сюда отдыхать приехал, а не работать. Да и как работать, если у меня с собой нет ни партитур, ни клавиров, ни ансамбля?!» Но посланец не унимался: «Да об чем речь, Женя? Инструментальный ансамбль уже готов, а что касается остального — то ребята знают наизусть ваш репертуар. Все получится отлично! Вы нас тоже поймите: на концертах будут большие люди из ЦК, обкома и горкома, для вас ведь это тоже важно и престижно». В итоге филармонист удалился, пообещав завтра утром прислать за артистом служебную «Волгу», которая должна была отвезти его прямиком на стадион. Но ничего из этого не вышло.
