которые выявили у него бесплодие. Кажется, теперь он собирается бросить Тару… Проблема была в нём… А я здорова.
“И теперь беременна”, – хотела добавить я, но не смогла, поняв, что мой голос начинает всё меньше подчиняться моей воле.
Молчание продлилось всего несколько секунд, по истечению которых Арнольд вдруг положил полотенце на стул, на который прежде собирался сесть, снял с его спинки свою форменную куртку и… Не сказав больше ни слова…
Ушёл.
Входная дверь почти не хлопнула.
…Так я снова осталась совсем одна.
Глава 72.
Пейтон Пайк.
3 ноября – 20:50.
Я хотела не позволить себе проливать слёзы, но сегодня со мной творилось что-то неладное. Просидев напротив двух переполненных вкусными блюдами тарелок не меньше пятнадцати минут, дождавшись, пока от них перестанет исходить тёплое испарение, я наконец встала, взяла обе тарелки одновременно и, перенеся их на рабочую поверхность, начала перекладывать еду в вакуумные контейнеры. Всё же это была еда, а я теперь была беременна, так что выбрасывать витамины в мусорный бак мне вдруг показалось вдвойне кощунственным, чем это казалось прежде.
Установив контейнеры в холодильник и неестественно аккуратным движением закрыв его тяжелую дверцу, я, не отпуская дверную ручку, снова решила упереться лбом во что-нибудь более стойкое, чем в эти минуты отчаяния ощущалась себе я сама, и потому прислонилась горящим лбом к холодной дверце холодильника.
Слёзы покатились из моих глаз прежде, чем я поняла, что не смогу их удержать внутри себя.
За то короткое время, что я была с Арнольдом, я, как совершенно неопытная и зелёная девчонка, не только успела, но позволила себе не просто влюбиться в этого парня по уши, но по-настоящему полюбить его. Ведь прекрасно знала, как это может быть опасно, и всё равно… Зато теперь я отчётливо понимала, что на момент разрыва с Диланом уже давно не любила его. Потому что с ним не было так больно. Порвать с ним вообще было просто. А вот с Арнольдом, с котором я провела всего лишь четыре неполные недели своей жизни, получилось очень больно… Как будто он не просто ушёл, но уйдя вырвал мою душу вместе с мясом, и теперь я прислушивалась к своим внутренностям, пытаясь понять, какие из них уцелели. Почки болели, печень болела, болели даже лёгкие и желудок, а вот сердца я не чувствовала. Похоже, он, задев все органы, сердце выдрал из моей груди вместе с корнем. А без корня новое сердце у меня не отрастёт…
Обливаясь слезами, я отправилась наверх. Только в ванной, умывая лицо прохладной водой и мешая её со своими тёплыми слезами, я заставила себя прекратить плакать. Наконец успокоившись, я начала медленно дышать, пытаясь восстановить дыхание, и в итоге провела напротив зеркала не меньше пяти минут, как вдруг… Услышала крадущийся скрип половиц. Сначала я подумала, что это вернулся Арнольд, но быстро поняла: если бы это был Арнольд, он бы не крался по моему дому – он бы шёл свободно, хозяйской походкой, не опасающейся ничего и громко заявляющей о его владении этой территорией. Но если это был не Рид… Значит, в моём доме сейчас помимо меня находился ещё кто-то. Посторонний.
Я прислушалась и не поверила своим ушам: шаги были реальны – кто-то замер на лестнице! Из-за малого количества мебели, в доме было хорошее эхо, так что я не сомневалась: на ступенях лестницы сейчас кто-то стоял. Кто-то боящийся своего обнаружения…
Схватив с полки у зеркала пистолет, который неосторожно, но, как сейчас выяснилось, спасительно оставила здесь при снятии куртки, я замерла и прислушалась. Тишина. Может быть, это всё же Арнольд?.. Вернулся, чтобы забрать какие-нибудь вещи вроде бритвы или зарядного устройства? Нет, Арнольд бы не крался…
Аккуратно выглянув через приоткрытую дверь, я посмотрела вдаль по коридору и никого не увидела. Невольные мысли о Ричарде Маккормаке, всё ещё находящемся в бегах, вызвали у меня нервные мурашки…
Я постояла ещё немного и, ничего так и не услышав, начала аккуратно приоткрывать дверь. Открыв её достаточно, чтобы протиснуться через образовавшуюся щель, я выставила перед собой пистолет и начала медленно, на полусогнутых ногах продвигаться по направлению к лестнице, опасаясь вызвать скрип в обычно тихих половицах второго этажа. Как только я сравнялась с углом, за которым начиналась лестница, я резко вынырнула на лестничную площадку, обеими руками держа перед собой пистолет. Для того, чтобы осознать, что я целюсь в Арнольда, мне понадобилось целых две секунды. Он стоял на три ступени ниже меня, с вложенными в карманы куртки руками, и не двигался.
– Ты чего?.. – обезоруживающе вздохнул он, и я мгновенно опустила пистолет, после чего вовсе положила его на комод, стоящий слева от меня.
– Ты меня напугал! – неожиданно рассерженно воскликнула я сразу после тяжелого вздоха. Стоило только моим рукам избавиться от оружия, как я моментально испытала исцеляющее облегчение. – Я уже решила, что в мой дом проник Маккормак.
– Ты серьёзно? – он удивлённо посмотрел на меня снизу вверх. – Вокруг твоего дома армия журналистов: как бы он проник сюда незамеченным?
А ведь верно… Хоть какая-то польза от этих назойливых мух: благодаря их скоплению, мой дом, по сути, находится под круглосуточной охраной. И тем не менее я, почувствовав себя уязвлённой, неожиданно захотела оправдаться:
– По моему дому кто-то крадётся: что я должна была думать? Что ты вернулся?
– То есть идея со Стрелком более вероятна, чем моё возвращение? Подожди… – глаза моего собеседника вдруг едва заметно округлились. – Ты думала, что я не вернусь?
Я тяжело вздохнула. Потрясение от неожиданной встречи развеялось, и я начала быстро переходить из состояния возбуждения в состояние подавленности.
– Я хочу тебе кое-что сказать, – слегка покусывая нижнюю губу, потупившись, начала говорить я. – Послушай, прости меня… Я сказала тебе не переживать о контрацепции и поэтому мы не предохранялись… Ты доверился мне и, получается, что своей беременностью я серьёзно подставляю тебя… – вдруг заметив сдвинувшиеся брови Рида, следующие свои слова я попыталась произнести как можно более убедительным тоном, насколько это только было возможно сделать при моих покрасневших от уже выплаканных слёз глазах. – Да ты расслабься, к ответственности призывать тебя я не собираюсь. Я взрослая женщина, вполне справлюсь с этим сама…
– Ты издеваешься?! – неожиданно громогласно воскликнув, в следующее мгновение Арнольд вдруг сменил ступени лестницы на лестничную площадку, таким образом оказавшись всего в шаге передо мной. Я напряглась, а он стал сверлить меня сверху вниз максимально напряжённым взглядом. – Ты беременна
