Поэтому такого рода штучки никак не смогли бы разрушить Блокаду… что-что, а уж это касалось скорее левантийцев. Народ Бери обладал чувством пропорции.
И опять же, слишком большая взятка могла бы, образно выражаясь, замарать кровью военных, старающихся сохранить свой мундир ослепительно белым. Таким образом, любой враг мог бы предъявить для обвинения истекающий кровью труп, от которого осталась одна лишь тонкая оболочка. Согласно утверждениям Трухильо, взяточники были непосредственно связаны с поставками в Блокадный Флот! Тонны свежезамороженных продуктов, пополнение секретным оружием. Один только Дэвид Грант, крупная «шишка» из Государственного планетарного управления, положил себе в карман полмиллиарда крон, чтобы установить на блокадных кораблях высокотемпературные сверхпроводниковые платы, изготовленные по технологии мошкитов. Их схема существовала только в памяти компьютера. «Хвала Аллаху!» — подумал Бери. А на Блокаде не было никаких сверхпроводниковых плат… Да им и нечего делать на кораблях, которые должны регулярно опускаться в красную звезду-супергигант! Но что же можно было купить на эти украденные деньги, чтобы укрепить флот?
Что, если Трухильо была права?
Он должен поговорить с ней. Он отправится на Новую Шотландию, и неважно, что говорил граф Блейн; а затем они вылетят к Блокаде. Что бы там ни было, он обязательно должен узнать об этом, чтобы разведать пути оттуда. Надо отыскать способ управлять Мей-Линг Трухильо. За двести миллионов крон можно купить контрольный пакет акций компании ее отца. Кто владеет акциями, выпущенными в обращение? Бери постучал по клавишам. Возможно, он и это разузнает.
Компьютер внезапно выдал текст… а там: «Ито Ванг Мей-Линг пользуется услугами „Реубен Вестон Ассошиэйтед“».
Ага! Большинство людей даже краем уха не слышали о Реубене Вестоне, однако те, кто знал его группу, считал ее одной из самых эффективных — и дорогих — пиаровских компаний в Империи. Они специализировались на установлении контактов с королевским двором. Электронная компания в Новом Сингапуре не нуждалась в подобного рода услугах, а вот мелкие провинциальные денежные воротилы со своими неимоверными амбициями изо всех сил старались упрочить свое положение в мире бизнеса.
И Бери мог помочь этому человеку… и не только потому, что теперь он узнал, что это отец Мей-Линг Трухильо. И он мог бы не делать ничего, пока бездельничал в этой приемной. Почему так долго задерживается Реннер?
Каннингэм повесил трубку.
— Блейн не даст своего разрешения, — сообщил он Реннеру.
— Черт подери! — выругался тот.
— М-да. В чем же дело? Они вместе побывали в экспедиции на Мошку-1…
— Нет. Тут явно дело в чем-то из прошлого. Слухи… — внезапно Реннер замолчал.
— Вы хотели сообщить что-то, о чем я должен знать?
— Пожалуй, нет. Что ж, Бери, конечно, будет разочарован, а что произойдет потом… не знаю, не знаю.
Но он, безусловно, так просто не откажется от своих намерений.
Глава 5. Пассажиры
Имел он счастливый талант
Без принужденья в разговоре
Коснуться до всего слегка,
С ученым видом знатока
Хранить молчанье в важном споре…
Александр Пушкин. Евгений Онегин
Слежение за новостями в течение многих лет научило Кевина тому, что мода на Спарте менялась как сумасшедшая. Он понял, что в его одежде что-то не так, поскольку секретарша Каннингэма направила его к портному своего начальника. После чего его проблемой стала идентификация своей личности у «метрдотеля». «Метрдотелю» пришлось воспользоваться дополнительной помощью.
Реннер наблюдал за другими клиентами.
Метрдотелем оказалась красивая и изящная, как статуэтка, блондинка в брючном костюме с бахромой на плечах, но четверо мужчин впереди Реннера не могли бесцеремонно пожирать ее глазами, и поэтому ограничивались косыми взглядами. Она быстро прошла к небольшому высокому столику. Пространство над столиком с места, где стоял Кевин, выглядело подобием радуги, но он все же рассмотрел монитор с данными и изображениями для идентификации.
Она проводила четверку клиентов на их места и вернулась к Реннеру.
— Доброе утро. Столик, сэр?
— Столик? Звучит весьма приятно. А главное — полезно, — проговорил он и представился. — Кевин Реннер. Я собираюсь обедать с Бруно Сциллером.
Ей не пришлось нажимать на клавиши, хватило лишь взгляда. Компьютер был запрограммирован на «прокачку» имен и фамилий.
— Добро пожаловать в «Три сезона», сэр Кевин. Мне очень жаль, но мы не можем устроить вас именно за этим столиком. Адмирал Сциллер еще не появился. Не угодно ли вам подождать в холле?
— Я подожду, спасибо, — ответил Реннер. Из холла ему были бы видны свободные столики. Он наблюдал, как девушка провела мимо него еще одну пару. Неужели они выше званием? Однако они не направились в зал. Они немного сбавили скорость, потом остановились и долго разглядывали лица. По их глазам Кевин понял, что это — удачливые охотники.
— Кевин? — раздалось рядом.
— Адмирал!
Сциллер крепко пожал ему руку, чуть не раздавив ее в своей лапище. Он выглядел старым, лицо его округлилось, а выражение его стало мягче, но рука по-прежнему была крепкой, как тиски. Когда Сциллер заговорил, Реннер отметил, что голос его собеседника был хриплым.
— Зови меня Бруно. Гм, ни разу еще не видел тебя в штатском. А я… а мне нравятся цвета!
— Это все…
— Нет, правда, выглядишь отлично. Эй, я ознакомился с твоим рапортом о Мошке-1, ну, с тем, у которого смешное название. Ты хоть когда-нибудь предполагал, что выступишь в роли туриста в стране чужаков?
— В общем-то, нет. Всему этому я обязан только тебе.
Метрдотель-статуэтка подвела их к столику, стоящему рядом с гигантским окном, простирающимся от пола до потолка, откуда открывался умопомрачительный вид на гавань. Реннер дождался, когда она отойдет, и сказал:
— Перед тем как усадить нас за этот столик, она прошла мимо нескольких других. Интересно, почему?
— Звание, — коротко ответил Сциллер.
— А-а-а, так я и решил, но…
— Тебя обслуживают по высшему разряду из-за рыцарского звания. Ты обязательно должен сидеть у окна. Эти места не предназначены для всяких там мистеров. На Спарте очень развито чувство звания, Кевин.
— Да, конечно… Компьютер сообщил, что ты женат.
— Да, я бы взял с собой Дженнифер, но… знаешь, ее чувство юмора оставляет желать… — он безнадежно махнул рукой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
