На борту яхты имелись свежие фрукты, однако Бери хотелось похвалиться непревзойденной кухней «Синдбада». На десерт принесли поднос с множеством пирожных и свежим кофе «эспрессо». Бери с самодовольным выражением лица наблюдал за Мерсером. Вряд ли ему предлагали что-либо в этом роде в офицерской кают-компании. Наверное, с «Синдбадом» мог бы соперничать лишь самый изысканный стол пассажирского корабля «Круизы Гамильтона», потому что этот великолепный лайнер по пути к Новой Каледонии заходил на четыре планеты, чтобы разнообразить меню.
— Конечно, если этот молокосос Арнофф сумел бы настоять на своем, протозвезду назвали бы его именем, — сказал Бакман. — Представьте себе — протозвезда Арнофф.
— Что? — рассмеялся Реннер. — Ну уж нет, она — ваше открытие. По-моему, и Джок мог бы убедить их, что она должна называться протозвездой Джока, но поскольку им даются названия в честь какого-нибудь человека, то…
— Простите? — вмешался Мерсер. — Я изучал отчеты об экспедиции на Мошку, но, наверное, что-то пропустил.
— И не удивительно, — отозвался Реннер. — Послушайте, с системы Мошки можно гораздо дальше всмотреться в Угольный Мешок. Пока все мы занимались внезапно открывшимся фактом существования цивилизации намного старше нас, доктор Бакман обнаружил в Угольном Мешке сгущение. Ему удалось доказать, что это — протозвезда. Сгущение межзвездного газа способно под своим же собственным весом привести звезду к коллапсу. А это уже — новое солнце, господа.
— Джекоб, в чем же все-таки дело? — спросил Бери.
— О, этот молодой болван решил, что я во всем ошибся, что эта протозвезда зажжется вот-вот, на днях.
— Но, безусловно, вы должны были знать об этом, — возразил Бери. — На «Макартуре» у вас были все приборы для наблюдения.
— Некоторые данные были утеряны, когда мы покидали корабль, — напомнил ему астрофизик. — Но не все.
Одна из причин приятственного отношения Бери к Бакману заключалась в том, что их интересы расходились практически во всем. Бери мог бы и не использовать этого человека вообще. Бери мог отдыхать, в то время как Бакман совал нос повсюду.
В сущности, больше внимания Бери обращал на Мерсера. Но вдруг он заметил, как Реннер вцепился в край стола и резко спросил:
— Что?!
— Некоторые файлы из обсерватории были переданы на «Ленин», — пояснил астрофизик. — Тогда по всему «Макартуру» бродили Часовщики, и полученную информацию свалили в одно место. Примерно год назад на «Ленине» производилась модернизация, и эти материалы внезапно выплыли из небытия. — Бакман пожал плечами. — Полагаю, ничего нового при этом не обнаружили, но этот парень Арнофф считает, что теперь у него достаточно сведений для создания новой теории.
Реннер мягко произнес:
— Джекоб, вам не хотелось бы увидеть, как эта штука становится звездой?
Бакман беспокойно заерзал на своем месте.
— Ну… я бы выглядел довольно глупо, однако… нет, нет, это совершенно невозможно! Иногда это кажется неправдоподобным. Мой финч'клик' считал, что термоядерная реакция вспыхнет не ранее чем через тысячу лет. С тех пор я просмотрел заново свои наблюдения и думаю, что он прав. Я очень близко подошел к этому.
— Посредник. Ваш финч'клик’ на самом деле не астрофизик. Он мужского пола, не так ли? А особь мужского пола слишком молода, чтобы иметь практику во всем.
— Посредники учатся мыслить как их объекты. Мой Посредник был астрофизиком. По крайней мере тогда, когда нас отделили друг от друга, Кевин.
— Гм, гм… А в ИВКФ известно о теориях этого Арноффа? — спросил Реннер.
— Полагаю, что кто-нибудь из Бюро расследований постоянно следит за всеми новыми астрофизическими данными, — ответил Бакман. — А почему вы спросили об ИВКФ?
— Черт подери! Доктор, вы должны научиться смотреть вне пределов вашей специальности!
— Кевин? — настороженно произнес Бери.
— Если зажжется протозвезда, то мы получим новые прыжковые точки Олдерсона, — ответил Реннер.
— Этого не произойдет, — возразил Бакман.
— Минуточку, — поспешно вмешался Мерсер. — Сделайте одолжение, объясните нам это, сэр Кевин.
— Тогда мне придется прочесть целую лекцию.
— Будьте так добры.
— Ну что ж, я не против. Корабли путешествуют по маршрутам Олдерсона. Эти маршруты формируются между звезд по эквипотенциальным путям. Я не буду этого объяснить, поскольку этому учат в средней школе, однако это означает, что они не образовываются между всеми парами звезд. Не все эти маршруты пригодны для применения, потому что плотность потоков недостаточно высока и они не способны выдержать что-либо достаточно крупное, такое как корабль.
Мошка располагается довольно далеко и от Угольного Мешка, и от красного супергиганта Глаз Мурчисона. Глаз — очень большой и яркий. Настолько большой, что единственный пригодный для использования маршрут от Мошки не только ведет по направлению к Глазу, он заканчивается внутри этого супергиганта. Мошкитам весьма нелегко использовать этот маршрут. Расположенная там Блокада усиливает трудности.
Когда протозвезда Бакмана зажжется, сформируются новые маршруты.
— Куда? И кого я могу об этом спросить?
— Черт бы меня подрал, если я знаю, — сказал Реннер. — У доктора Бакмана, наверное. Ведь это зависит от того, какой она будет мощности после того, как зажжется.
— Мошкиты смогут сбежать, — сказал Бери, помещая руку в диагностический рукав. После этого он тотчас же стал совершенно спокоен и рассудителен. Как будто уже знал, что они удрали.
— Совершенно верно, — согласился Реннер.
Мерсер поймал на себе взгляд Хейзел и сказал:
— Будьте добры, принесите мне еще порцию этого восхитительного бренди. Благодарю вас, Бери. Я не пил лучшего бренди даже во дворце. Итак… Сэр Кевин, дайте-ка мне окончательно разобраться в этом. В течение четверти века Империя потратила миллиарды крон, чтобы содержать Блокаду, сдерживающую мошкитов, и это было альтернативой тому, чтобы послать туда боевой флот для их уничтожения. Теперь же вы утверждаете, что если теория доктора Бакмана неверна, то Блокада будет неэффективной. И все это так внезапно… Вы отдаете отчет в своем заявлении? Оно правильно?
— Именно этого я всегда и боялся, — проговорил Бери. Реннер с усмешкой кивнул.
— Чепуха, — сказал астрофизик. — Звезда не сколлапсирует в течение нашей жизни, и меня не волнует, насколько хороши ваши советники!
— Что ж, я нахожу это утешительным, — сказал Мерсер. — Ведь, поймите, что, как генерал-губернатор Трансугольного сектора, я автоматически стану председателем комиссии, разрабатывающей политику в отношении мошкитов? Я бы считал, что политика касательно мошкитов твердо установлена и неизменна. Политические вопросы относительно Новой Шотландии и Новой Ирландии для меня более важны, причем в достаточной мере, чтобы моя язва разыгралась вновь. — С этими словами он отпил бренди из высокого стакана, принесенного Хейзел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
