алтаре. Даже со своим женихом поссорились, – она кивком указала на сломанную заколку.
Нэтийка смутилась еще больше.
– Откуда вы знаете? Разве линтийцы телепаты?
– Нет, но я по крови не линтийка. Линтийцы меня удочерили.
– Значит, вы прочитали мои мысли?
– Да.
Гривей тихо вздохнула.
– Верно, мы поссорились. Эту заколку подарил мне он… – она повертела в пальцах изломанную спираль. Затем села и откинулась на спинку кресла, словно ее разом покинули силы. Сказала печально: – Мы дружили с детства. А теперь стало ясно: попади я в беду, он отступится…
Внезапно она вскинула голову и отчеканила:
– Нет ничего хуже отступничества.
– Согласна, – сказала Юэль.
Нэтийка серьезно на нее посмотрела, спросила:
– Вы хотите помочь Соэлу?
– Да, хочу.
– Но как? Ильтс уже напал на след. Теперь его не остановишь.
– Расскажите об Ильтсе, – попросила Юэль.
– Право, не знаю, что о нем рассказать… Ильтс… Он опытный дознаватель. Четырнадцать лет служит…
– Четырнадцать лет? – удивилась Юэль. – Но на вид ему никак не больше тридцати.
– Тридцать два. Он с восемнадцати лет в полиции.
– Подождите, – опешила Юэль. – Вам же запрещено работать, пока не получите образование.
Она вспомнила самодовольную ухмылку какого-то чиновника: «Успешная в силах растить образованных граждан».
– Ильтс – не нэтиец.
– Как не нэтиец? – воскликнула пораженная Юэль. – Разве вы принимаете на службу чужаков? Если не ошибаюсь, девиз Успешной: «Обеспечить работой своих».
– Для Ильтса было сделано исключение. Он, правда, родом с Флорентины, как и его мать, но зато его отец – нэтиец.
Внезапно Юэль все стало ясно.
– Потому он и выслуживается?
Гривей кивнула.
– Получить наше гражданство очень трудно. Надо родиться на Успешной, да еще чтобы оба родителя были нэтийцами. Отец Ильтса, пока был жив, хлопотал за сына, но не мог изменить закон.
– Значит, Ильтс добивается гражданства?
– Вот именно. И, наверное, заслужит – если настигнет Соэла. А Ильтс настигнет. Он упорный. Жаль этого землянина…
Юэль тихо и коротко усмехнулась. «Жаль Ильтса. Впрочем, не жаль. Что такое – нэтийское гражданство? Сытая жизнь, обеспеченная старость… И полное право не думать о том, что в мире множество голодных. Нет, Ильтса совсем не жаль».
Гривей коснулась ее руки.
– Юэль… Вы умеете читать мысли… Не могли бы сказать… – она не договорила.
– Да, – без запинки откликнулась Юэль. – Криф очень переживает.
– Переживает? – обрадовалась Гривей.
– Еще как! Серьезно влюблен.
– Правда? – счастливо улыбнулась Гривей.
– Правда.
Нэтийка вскочила и, напевая, сделала несколько шагов по комнате.
– Не показывайте ему заколку, – посоветовала Юэль, – совсем расстроится.
Гривей быстро спрятала заколку в карман.
– Может быть, я и прощу его… Если докажет…
Юэль помедлила, затем утвердительно сказала:
– Вам приказано задерживать письма, адресованные родным Соэла.
– Да. И выслеживать тех, кто их отправляет. Это задача Крифа.
– А мог бы он сам незаметно отправить письмо?
– Я попрошу его, – отвечала нэтийка, глядя в глаза Юэль.
– Тогда пусть напишет Тэру и Нэлин Соэл. Если они хотят увидеть брата, должны торопиться на Фригию.
– На Фригию, – повторила Гривей, запоминая.
Юэль улыбнулась. «Так-то, Ильтс. Ваши старания пропали даром. Тэр и Нэлин получат письмо».
Нэтийка хотела что-то спросить, но Юэль прижала палец к губам. Дверь отворилась, вошли Ильтс и Криф.
Гривей вежливо улыбнулась Ильтсу, Крифа не увидела в упор. Юноша переменился в лице. Ильтс мельком оглядел младших коллег – вероятно ссоры между ними были нечасты – слегка усмехнулся и, словно бы ничего не заметив, обратился к Гривей:
– Благодарю, вы превосходно справились с заданием. Добыли важную информацию.
Гривей низко склонилась над столом – похвала Ильтса была ей неприятна. Юэль перехватила смятенные мысли нэтийки: «Я не нарочно усердствовала!»
Ильтс повернулся к Юэль и запоздало ее приветствовал.
– Мир тебе и твоему дому, – ответила Юэль обычной любезностью линтийцев.
Ильтс едва заметно сжал губы – мысленно поздравил себя с тем, что угадал правильно, незнакомка оказалась линтийкой. Однако появление линтийки в такую минуту его насторожило. «Неужели линтийцы проведали о Соэле и «Неуловимой»?» Ильтс испугался, что его опередят и вожделенное гражданство уплывет из рук.
В эту минуту к ним подошла Гривей, улыбаясь самым приветливым образом.
– Познакомьтесь, мой начальник Ильтс… и напарник Криф, – она небрежно махнула рукой в сторону молодого нэтийца. – А это Юэль, тер-тера моей сестры.
Криф сделал легкое движение, незамеченное Ильтсом, но не укрывшееся от Юэль. «Что она говорит? – растерянно думал юноша. – Это же не тер-тера»…
Гривей впервые удостоила его взглядом, слегка прикрыла веки: «Молчи».
Юэль неплохо знала нравы Успешной, слово «тер-тера» слышала не единожды, но затруднялась перевести его на земной язык. «Подошло бы соединение понятий гостья-хозяйка и друг-покровитель». Жители Успешной редко принимали чужаков в своих домах, и столь же редко одалживались гостить в чужих семьях, но порой это все же случалось. Люди, связанные узами гостеприимства, назывались «тер-тера».
В сознании Гривей вспыхнул образ крепкой чернокудрой девочки лет пятнадцати. «Юэль, вы меня слышите? Ну, конечно, слышите. Мою сестру зовут Наван. В прошлом году она перешагнула первый «порог» и два месяца гостила на Линтии».
– Тер-тера? – переспросил Ильтс, лицо его на мгновение прояснилось, но почти сразу вновь приняло озабоченное выражение. – Разве имя «Юэль» – линтийское?
Юэль бесстрашно посмотрела ему в глаза.
– Нет, конечно. Так же, как имя «Ильтс» – не нэтийское.
Полицейский прикусил губу. Гривей встревоженно покосилась на Юэль: «Попала в больное место!» Юэль и сама это чувствовала.
Ее захлестнул водоворот воспоминаний Ильтса. Ссохшаяся, покрытая трещинами земля, чаша с отбитой ручкой, подставленная под скудные капли источника, лопнувшие от жажды губы… Заплаканная черноволосая женщина, рев двигателей космического корабля, сады на Успешной, солнечные зайчики, прыгающие по волнам, страстное желание жить здесь, жить так же. Тесные комнаты полицейского управления на Златке, окрики: «Ильтс подай, Ильтс принеси!», равнодушные взгляды… И другие глаза – нежные, скорбные…
Усилием воли Ильтс пресек воспоминания, бросил короткий взгляд на запястья Юэль – их закрывали широкие браслеты, невозможно было разглядеть, есть ли на ее руках рудиментарные отростки.
– Значит, вы прилетели в гости к своей тер-тера? Успели повидаться?
– Нет, к сожалению, – отвечала Юэль, следуя мысленной подсказке нэтийки. – Наван, оказывается, гостит у друзей на Олетоне.
– Досадно, – заметил Ильтс. – Прилететь в гости и не застать хозяйку.
– Я прилетела не в гости. Хочу исполнить свой долг.
– Долг?
– Думаю, вы слышали, что случилось на Линтии, – проговорила Юэль тоном сдержанной ярости. – Чудовищное святотатство. Мои соплеменники – все, кто только мог покинуть Линтию – разлетелись по Вселенной в поисках оскорбителя богини.
«Этого не хватало,» – подумал Ильтс.
– Я тоже бросилась на поиски святотатца.
«Кто она такая? – гадал Криф. – Зачем морочит Ильтсу голову?» Он исподволь посматривал на Гривей, но, наученный горьким
