мою талию, подхватывая и усаживая на какой-то стол, с которого с грохотом слетели какие-то папки. Я молча пыталась вывернуться, но куда там! Этот ебарь-террорист успел облапать меня по полной программе, покрыть жалящими поцелуями все открытые участки кожи. Я даже не успела понять, когда он успел сорвать с меня пижамные штаны. Почувствовав как обжигающе-горячая ладонь коснулась живота, сдавленно рявкнула:
— Всё, хватит! Я не знаю, с чего ты решил, что я этого хочу, но это не так!
Ягер навис, требовательно заглядывая в глаза, затем ухмыльнулся знакомой наглой улыбкой.
— Девочка моя, я не сделаю ничего, чего бы ты не хотела сама, — он склонился ниже, игриво прикусив мочку уха, чуть хрипловато прошептав: — Расслабься и получай удовольствие.
Я чувствовала его тяжёлое дыхание, жар и твёрдость упирающейся в моё бедро плоти.
Какое, в жопу, расслабься?! Это смело можно считать изнасилованием. Его руки потянули последнюю преграду — трусы, — и я в панике намертво вцепилась в эту хлипкую ткань.
— Я не хочу! Не трогай меня! — мои запястья тут же оказались перехвачены его рукой.
От этой беспомощности и безвыходности ситуации я чувствовала, что задыхаюсь. Мне не остановить этот гибрид секс-машины и танка. Ягер, не утруждая себя расстёгиванием пуговиц, просто рванул их и распахнул пижамную кофту. Я почувствовала, как оголённой кожи коснулись горячие губы, постепенно спускаясь дорожкой из поцелуев вниз. В голове не осталось ни одной связной мысли. Паника постепенно затихала, а шокированное таким обращением тело всё же реагировало вполне естественно. Я злилась на саму себя и чувствовала жгущий кислотой стыд, но постепенно расслаблялась, принимая эти требовательные ласки. Его руки, губы везде, и эта властность, даже грубость почему-то заводит. Ягер сжимает мои бедра так, что наверняка потом останутся синяки, входит в меня резким толчком. Я невольно выгнулась, как мартовская кошка, навстречу и услышала словно со стороны свой стон. Удовольствие, замиксованное с адреналином ударяет по мозгам плавящей волной.
— Повернись! — эйфорию прерывает несильный шлепок по бедру. — Я хочу теперь так.
В его глазах по-прежнему лишь власть и похоть. Я не могла с ним спорить и даже не хотела. Нехотя сползла со стола, и Ягер, не дожидаясь, пока я сама приму нужную позу, подтолкнул, вынуждая плюхнуться грудью на этот чёртов стол. Я тихо зашипела от боли, когда его пальцы сжали волосы на затылке, оттягивая назад мою голову. Он двигался резкими толчками, буквально натягивая на себя, продолжая удерживать за волосы. Я прикусила ладонь, пытаясь сдержать крик, с ужасом понимая, что мне всё нравится. Нравится, что он двигается именно так — резко и быстро, наплевав больно мне или нет. Нравится, что он сжимает мои бёдра до синяков и прикусывает нежную кожу шеи. Чувствуя, что оргазм вот-вот накроет, я простонала что-то матерное…
— ин… Эрин! Да проснись же! Я не собираюсь возиться с тобой весь день!
— А?! — я сонно разлепила глаза, пытаясь понять, в каком измерении нахожусь.
Меня настойчиво тормошила Хильдегард.
— Ты же столько ныла, что хочешь снять гипс, поторопись, доктор ждать не будет.
— Дай мне пять минут.
Я машинально бросила взгляд под одеяло, убедившись, что моя пижамка на месте. Чёрт, если это был сон, то до чего ж реальный! Вот будет «весело», если я всё-таки обнаружу синяки и засосы. Я конечно понимаю, что гормоны — зло и порой подсознание может подкинуть довольно интересные сновидения. Тут уже который месяц с регулярным и не очень сексом выходит такой облом, но почему Ягер, а не Фридхельм?
Я едва ли замечала манипуляции доктора. На душе затаилось неприятное ощущение, словно я действительно изменила Фридхельму. Пусть это было не по-настоящему, но мне же понравилось то, что вытворял Ягер. Странно, я вроде не замечала за собой любви к настолько жесткому сексу. Страстному, с фантазией — это да, но практически изнасилование? Хрень какая-то… Вот так живёшь себе и не подозреваешь, что ты оказывается та ещё извращенка. Был конечно у меня один сомнительный эпизод, но там другое, во всяком случае по явному согласию.
— Можете идти, Эрин, — Йен уже мыл руки.
Я медленно побрела к двери. Наверное надо найти Вилли и узнать, когда мы сможем уехать.
— Эрин, я с утра не могу тебя найти, — оказывается, ему сняли гипс даже раньше. — Собирайся, Файгль прислал машину.
— Отлично, — облегчённо улыбнулась я. — Подожди меня внизу, я быстро.
Что там собирать? Вещей у меня здесь толком и нет. Надеюсь, Кох или кто-то из парней нашёл мой ранец. Я быстро переоделась, радуясь, что наконец-то могу привычно пользоваться обеими руками, и даже попробовала заплести мешающие волосы. С непривычки быстро не получалось, и я, плюнув на это дело, просто хорошенько прошлась по ним расчёской. Интересно, кого за нами прислал Файгль? Может, удастся увидеть Фридхельма пораньше?
— Господи, разве можно так пугать? — обнаружив Ягера чуть ли не под дверями, я отскочила подальше. — Что вы здесь делаете?
Разве непонятно что? Подстерегает меня, как кот глупую мышь. Гауптман внимательно оглядел меня и довольно холодно сказал:
— Если вы закончили молиться, давайте к делу. Что вы решили?
Я не стала юлить, спокойно выдержала этот требовательный взгляд:
— Я считаю, каждый должен оставаться на своём месте. Кому-то предназначено стать героем, а кому-то оставаться винтиком в огромной машине.
— Это ваше последнее слово?
— Я понимаю, вы ждали от меня другого ответа, — может, ты и привык, что тебе не смеют отказывать, но всё когда-то случается впервые. — Но повторюсь, меня полностью устраивает моё место.
Ягер смотрел на меня нечитаемым взглядом, но хотя бы не набросился с угрозами, чего надо признаться я немного боялась. Впрочем зачем нужны слова, я спиной чувствовала его прожигающий, давящий взгляд. Всё, ничего он мне не сделает. Через пару дней я забуду его интриги как страшный сон. И сон, кстати, тоже.
Глава 36 Чей мы заняли рай? Кто блуждает под ним?
Фридхельм
Прошло уже три недели с тех пор как Эрин и Вильгельм
