арабов.
Сразу после них, но на пассажирском лифте, уехали Леший с Отяевыми. Захватывать дежурку и зачищать дежурных операторов. А Филька в компании Шереметевых отправился в «свободный поиск». Уничтожать сотрудников службы охраны «Джувайрии», несущих службу в аукционном зале и в кольцевом коридоре, в который выходили двери лож для особо важных персон.
Как ни удивительно, но этот этап операции прошел без каких-либо проблем: боевые тройки, благодаря занятиям в УТК ориентирующиеся в здании ничуть не хуже «аборигенов», да еще и получающие целеуказания от дядьки Фрола, отработали свои задачи на тысячу баллов из тысячи возможных. То есть, не только нейтрализовали свои цели, но и сделали это чисто. Так что к следующему этапу действа – «тюнингу» светильников в ложах и смене образов – мы приступили без особой спешки. В смысле, сначала перетащили трупы на сервисный этаж, причем не на себе, а используя персональные антигравы. А затем натравили на кровавые пятна роботов-уборщиков и потом разделились: Филька, Зуб и я отправились в круиз по ложам, Неплюевы, Отяевы, еще раз проверив «аутентичность» своих морф-масок, ушли осваиваться на «боевых постах», «брошенных» настоящими охранниками, а Лиза с Настеной и Лешим унеслись на «Шелест». Переодеваться в правильные костюмы, добытые с не очень добровольной помощью шейха Умара еще накануне. Не осталась без дела и Даша, единственная личность, не задействованная на этом этапе – спустилась на сервисный этаж, к двум пленницам из Империи, приобретенным аль-Масуди где-то на стороне, и перетащила их парализованные тушки к нам на корабль…
…С пяти сорока пяти и до шести тридцати семи мы маялись от безделья, ибо все, что требовалось сделать, было сделано, а покупателей было не видать и не слыхать. Хотя нет, с последним я погорячился – владельцу «Джувайрии» звонили девять раз. Пятеро потенциальных покупателей, уже подтвердивших свое участие в аукционе, и четверо «очень высокопоставленных персон», узнавших о фантастических лотах от друзей, но не успевших вовремя добраться до Аджмана и поэтому жаждущих принять участие в торгах в удаленном режиме. Первых, изнывающих от предвкушения и настроенных просто поболтать, мы уважительно отшили. Вернее, отшил. Аль-Масуди с незримой помощью Забавы. Ну, а вторых пришлось расстроить, дав понять, что аукцион планируется закрытым не просто так, а ради пущей безопасности участвующих в нем персон, рискующих оказаться в фокусе внимания абсолютно ненормальных, совершенно непредсказуемых и вконец охамевших «Сполохов». Кстати, аргумент, в котором упоминались мы-любимые, одинаково убойно подействовал как на трех сугубо гражданских страдальцев, так и на военного в звании фарика – у них мгновенно портилось настроение и заканчивались возражения.
В шесть тридцать семь со скукой пришлось распрощаться: с нашим ручным шейхом связался первый «реальный покупатель», подлетающий к зданию, так что мы снова приняли боевые коктейли и занялись делом. Умар Маджидович и я в морф-маске с точной копией лица покойного начальника охраны «Джувайрии» спустились в ангар, встретили «дорогого гостя», между прочим, оказавшегося духовным лицом не самого низкого пошиба, и проводили в ложу. Там пообещали, что торги начнутся минута в минуту, поинтересовались особыми пожеланиями и оставили развлекаться. В смысле, наблюдать на пару с телохранителем за стайкой настоящих сотрудниц торгового дома «Джвувайри», исполняющих танец живота прямо за поляризованным бронестеклом.
Пока мы мотались к ложе и обратно, к аукционному дому прилетел еще один любитель молоденьких девственниц из Империи. А ближе к семи вечера такие уродцы поперли один за другим. Поэтому поднимать и провожать по ложам их пришлось «пачками». Что, кроме всего прочего, позволило убедиться в правильности ряда догадок, из-за которых я здорово переусложнил подготовку к этому «шоу»: некоторые покупатели, не успев выбраться из лимузинов, требовали дать им возможность поздороваться со знакомыми «соперниками». А трое особо дружелюбных изъявили желание получить одну ложу на всю компанию. В общем, реши я валить гостей по мере их прилета, ничем хорошим это бы не закончилось!
В шесть пятьдесят шесть я начал напрягаться: двадцать семь из двадцати девяти «клиентов» уже сидели в своих ложах, а два последних где-то шарахались. Однако буквально через тридцать секунд предпоследнее тело сообщило, что уже видит створки ангара, и я успокоился. В смысле, сильно задерживающегося последнего перепоручил заботам Зуба, изображающего командира смены и владеющего арабским ничуть не хуже местных носителей языка. Потом разрешил Ульяне выдвигаться, поднялся в круговой коридор, довел дальнего родственника шейха Рашида ибн Джаббара аль-Хазраджи до его ложи и без десяти секунд семь дал Лешему команду начинать.
Пялиться на картинку с камеры СКН, направленной на подиум, было некогда, а вслушиваться в речь, в написании которой я принимал деятельное участие, неинтересно, так что это окошко было свернуто, шейх Умар, отыгравший свою роль, был передан на попечение Даше, а я подсветил зеленым пиктограмму готовности. И тут же получил целеуказание от Озорника.
На то, чтобы добраться до нужной двери, ушло чуть более двадцати секунд. Подготовка к стрельбе заняла еще две. И порядка пятнадцати я простоял, тупо пялясь в закрытую дверь и дожидаясь, пока дядька Фрол распределит цели между остальными «Сполохами», задействованными на этом этапе.
Ослепительную (в прямом смысле этого слова) вспышку светошумовой гранаты, по сигналу Логачева-старшего вылетевшей из-за стенной панели над поляризованным бронестеклом и выключившей зрение моим клиентам я, естественно, не увидел, ведь она рванула внутри ложи. Зато среагировал на изменение соответствующей пиктограммы в окне «Державы», влетел в щель между косяком и дверью, только-только начавшейся сдвигаться в сторону, всадил в каждое истошно орущее тело по паре парализующих игл из правого «Мангуста», добавил телохранителю разрывными из левого и уставился на таймер, появившийся под основным экраном ТК.
Пока дожидался следующего целеуказания, мазнул взглядом по «ведущему» и выбежал в коридор. А там увидел Фильку с Лизой, несущихся в мою сторону, и вгляделся в картинку, появившуюся перед глазами.
Запомнить взаимное положение следующих целей, ожидающих своей участи в соседней ложе, было совсем несложно, распределить их согласно цветовым маркерам и разобраться с последовательностью работы – тем более, так что через минуту с небольшим мы продолжили «веселье». Шереметева, принявшая положение для стрельбы лежа рядом с правым нижним углом входной двери, открыла огонь по целям, занимавшим два центральных кресла, чуть ли не раньше, чем та начала двигаться. Филька подключился к процессу на долю секунды позже, отработав по жирняге в ослепительно-белой арафатке, орущему фальцетом, и по телохранителю, опустившемуся на одно колено и пытающемуся сориентироваться в пространстве. А мне пришлось валить двух куда менее профессиональных охранников, расположившихся в противоположных, да еще и ближних ко мне углах помещения.
С левым все
