зато снизу к нему подходят весьма и весьма толстые электрические кабеля.
Уму не постижимо! Как ни крути, как не танцуй, а местные жители тратят уйму энергии на охлаждение улиц. Передней лапой Виант потёр висок. Такое быть не может в принципе. Видимо, он что-то не догоняет. С другой стороны, «уличные кондиционеры» ну никак не похожи на глюк компьютерной игры. Огромный серый ящик, электрический распределительный щиток, вентиляционные короба – они все выглядят более чем последовательно и логично. Виант убрался с чердака несолоно хлебавши.
Воспоминания о школьном детстве и элементарная логика не подвели. Незадолго до наступления утра Виант нашёл-таки учебный кабинет первого класса. Самое приятное, крысиная тропа вывела в нужное помещение прямо под большой книжный шкаф. Расстояние между стеной и задней стенкой шкафа маленькое совсем. Виант изрядно помучился, прежде чем сумел забраться на него. Зато все его усилия в недалёком будущем окупятся с троицей.
Верх шкафа заставлен маленькими ящиками, пустыми горшками и картонными коробками. Толстый слой пыли как ничто иное говорит о том, что сюда редко кто заглядывает. С торца шкафа открылся великолепный вид на самую обычную интерактивную доску. Нечто подобное в России можно найти только в особо крутых или особо продвинутых школах. Самому Вианту довелось учиться по старинке, писать мелом на огромном щите чёрного цвета. Интерактивная школьная доска, по сути, представляет из себя один большой экран. Очень удобная штука, между прочим. Похоже, что в этом компьютерном мире они давно стали самым обычным явлением, раз даже скромная муниципальная школа может позволить её для обучения первоклассников.
Со своего рабочего компьютера учительница выводит на интерактивную доску сразу все нужные картинки и надписи. Впрочем, детки как и прежде выходят к доске и решают на ней задачки. Только в руках у них не куски мела, которые сыплются и пачкают пальцы, а самые обычные стикеры. При желании на интерактивной доске можно даже рисовать.
О-о-о! Ещё один очень приятный сюрприз. Виант радостно улыбнулся. В России электронные рабочие столы известны едва ли не в теории. Лишь на Западе кое-где, у особо крутых, их можно найти. Развитие виртуального мира явно шагнуло гораздо дальше. Электронный рабочий стол местной учительницы, по сути, сенсорный экран во всю столешницу, не лежит сверху на обычном деревянном столе, а встроен в него.
Столы и стулья в классе маленькие совсем, как раз на детей в возрасте от пяти до семи лет. На стенах учебного кабинета развешаны большие цветные азбуки и цифры, портреты каких-то людей и красочные картинки. По крайней мере, и этому обстоятельству Виант порадовался особо, не видно «трёхэтажных» математических формул и сложных молекул.
Пока в классе пусто. Четыре массивных книжных шкафа словно четыре тёмных утёса возвышаются вдоль стены. За тремя высокими окнами уже рассвело. По ту сторону стекла проступил школьный стадион. Скоро школа наполнится детворой. А пока нужно подготовиться. Виант сдвинул картонную коробку ближе к краю шкафа, а сбоку придвинул оранжевую вазу с жёлтой полосой. Получилось что-то вроде щели. Виант прилёг между коробкой и вазой – великолепно. С такой позиции отлично видна интерактивная доска, стол учительницы и пара первых парт. А больше и не нужно.
Толстый слой пыли внушает оптимизм. Значит, на шкаф редко, очень редко, кто залазит. Впрочем, Виант оглянулся, если что, то без проблем можно скатиться по задней стенке и нырнуть в безопасную крысиную нору. Виант развернул интерфейс игры. Системные часы в нижнем правом углу показали начало третьего, это где-то шесть часов утра. Занятия скоро начнутся, ведь сегодня второй рабочий день недели. А пока можно вздремнуть.
Серая пыль – далеко не самый лучший матрас, да и одеяло с подушкой из неё не скатаешь. Впрочем, Виант свернулся калачиком, он привык. Главное, чтобы лежбище было безопасным. Ну а то, что оно немного пыльное – дело десятое. Конечно, можно было бы перебраться в безопасную крысиную нору и найти лёжку гораздо более мягкую и комфортную, только нетерпение перекрученной пружиной распёрло грудную клетку. Хочется, страсть как хочется, как можно быстрее выучить местный язык. Теоретически с учениками первого класса это должно произойти гораздо легче и быстрее. Сон, приятный ласковый сон, накрыл Вианта тёплым одеялом. Натруженные лапы и полный желудок как ничто другое располагают к отдыху.
Резкий стук в дверь словно пушечный выстрел. Виант в момент вскочил на четыре лапы. Мордочка уже развернулась в сторону спуска со шкафа, однако разум в самый последний момент удержал тело на месте. Если судить по визгам и крикам, школу захватила дикая орда кочевников. Или, Виант невольно улыбнулся, первоклашек запустили в учебный кабинет.
Кажется, будто поспать не получилось вовсе. Глаза как и прежде слипаются, а натруженные лапы как и прежде залиты свинцом. Виант развернул интерфейс игры. Хотят нет. Если местный час равен примерно двум с половиной нормальных, то ему удалось подремать почти полтора часа – и то хлеб. Виант осторожно глянул со шкафа.
Так и есть – первоклашки шумной гурьбой ввалились в учебный кабинет и растеклись по партам. Мальчики и девочки лет шести шумят, смеются, болтают. Прямо напротив стола учительницы два пацана с детским энтузиазмом вырывают друг у друга из рук то ли планшет, то ли бумажную книгу.
Виант выглянул с другой стороны картонной коробки. Дети как дети. Мальчики коротко пострижены. Почти все девочки с длинными волосами. У некоторых в косы вплетены розовые ленты с бантиками. Одежда, Виант невольно улыбнулся. Бог его знает, как она здесь называется, однако в реальности плотная ткань то серого, то синего цвета зовётся джинсовой. Школьной формы как таковой нет, но все дети одеты в добротные брюки, юбки и жилетки из недорогой и долговечной джинсовой ткани.
Последней в класс вошла самая настоящая училка. Женщина лет пятидесяти в строгом платье персикового цвета. Чуть тронутые сединой волосы тщательно уложены. На лице минимум косметики, зато выражение такое строгое, такое, Виант невольно сел прямо и сложил лапы перед собой. На самом деле за долгие годы работы с первоклашками строгость едва ли не в буквальном смысле въелось в лицо учительницы. В жизни, за пределами школы, подобные женщины часто бывают весёлыми и весьма общительными.
В классе царит шум и гам, дикое племя кочевников расположилось на стойбище и празднует успешную охоту. Однако учительница как ни в чём ни бывало присела за рабочий стол. Пальцы с коротко остриженными ногтями пробежались по столешнице, электронный рабочий стол тут же засветился. Чувствуется, что она давно привыкла к чересчур громкой детской возне и
