тяжести внешней политики Августа лежал на Дунае и на Рейне, так как именно здесь границы империи являлись особенно ненадежными. В 16 г. под предлогом защиты Истрии от набегов варварских племен был предпринят поход на север против таврисков, в результате которого образовалась новая провинция Норик (Штирия и часть Каринтии), богатая железом и золотом. В следующем году были покорены племена ретов и винделиков (в Центральных Альпах и на Верхнем Дунае). Несколько позднее здесь образовали провинцию Рецию. Наконец, в течение четырех лет (12—9 гг.) тяжелой войны, которую римские войска вели под начальством Тиберия Клавдия Нерона, пасынка Августа, были покорены паннонцы, жившие в нынешних Австрии и Восточной Венгрии. Их область позднее была обращена в провинцию Паннонию.
В итоге всех этих завоеваний северная граница империи пошла по Верхнему и Среднему Дунаю. Линия Нижнего Дуная также требовала укрепления. С этой целью была покорена Верхняя Мезия (Югославия), населенная гетами, и присоединена к Македонии[382]. Нижнюю Мезию (Северную Болгарию) Август присоединил к вассальному фракийскому царству Котиса, на которого была возложена ее защита.
Таким образом дунайская граница была обеспечена. Оставался Рейн, где положение являлось особенно тревожным. Германцы неоднократно переправлялись через Рейн и опустошали Галлию. Такие набеги имели место, например, в 29, 17 и 12 гг. К тому же германцы поддерживали восстания галльских племен. Август решил нанести сильный удар по германским племенам. Пасынок Августа Друз Клавдий Нерон в течение нескольких кампаний 12—9 гг. проник в Западную Германию вплоть до Эльбы, действуя на суше и с моря. Возвращаясь из последнего похода, Друз неудачно упал с лошади и вскоре умер. Германскую войну продолжал его старший брат Тиберий. В кампаниях 8—7 гг. до н. э. и 4—5 гг. н. э. власть римлян в Германии еще более расширилась и окрепла. Одновременно на германцев шло наступление и с юга, от дунайской границы.
В 6 г. н. э. Тиберий начал большое наступление на племя маркоманнов. Их вождь Маробод создал сильное варварское королевство на территории нынешней Чехии. Хотя он вел себя очень осторожно по отношению к римлянам, но возбудил их подозрения реформой военного дела по римскому образцу. Его войско насчитывало до 75 тыс. человек.
Римляне планировали нанести двойной удар из Паннонии и Германии. Но в этот момент в тылу у Тиберия вспыхнуло восстание паннонцев и далматов, ненавидевших римскую власть. Поводом к восстанию послужил набор войск для германского похода. Оно приняло огромные размеры: число восставших доходило до 200 тыс. (одних только воинов). Положение осложнялось еще тем, что даки (геты) одновременно напали на Мезию. Опасность грозила Македонии и даже Италии. Август двинул в восставшие области крупные силы: к концу войны там было сосредоточено 15 легионов и много союзных войск. Ими командовали Тиберий и сын Друза Германик. После трехлетней борьбы восстание было подавлено в 9 г. н. э.
Во время паннонского восстания германцы оставались спокойны. Только в самый последний год началось движение в областях между Рейном и Эльбой. Поводом к нему послужила попытка наместника Германии Публия Квинтилия Вара ввести налоги и римское судопроизводство. В 9 г. вспыхнуло открытое восстание, во главе которого стояло племя херусков (на Среднем Везере), руководимое молодым вождем Арминием. Вар, возвращавшийся из летних лагерей с 3 легионами и союзными войсками, попал в засаду в Тевтобургском лесу (между Везером и Эмсом). В четырехдневной отчаянной битве все римское войско было уничтожено; Вар покончил жизнь самоубийством.
В Риме поражение Вара вызвало сильное беспокойство: боялись нападения германцев на Галлию и общего восстания галлов. Этого не произошло; однако все завоевания за Рейном были потеряны. Тиберий в 10 и 11 гг. предпринял карательные экспедиции и с помощью флота снова проник вглубь Германии. Но Август понимал, что прочно удержать эту территорию едва ли будет возможно. Поэтому римские войска в конце концов были оттянуты к Рейну, который и остался на будущее время границей. Только узкая полоса на его правом берегу и треугольник между верховьями Рейна и Дуная остались в руках римлян. Здесь граница была искусственно укреплена валом и системой сторожевых постов (так называемый limes (пограничный вал)).
Необходимо признать, что внешняя политика Августа в целом была очень успешна. Тем болезненней воспринимались неудачи, самой тяжелой из которых была гибель в Тевтобургском лесу 30-тысячной римской армии вместе с полководцем Квинтилием Варом (9 г. н. э.). Светоний (Август, 23) красочно описывает реакцию Августа на известие об этом поражении: «При вести об этом Август приказал расставить по городу караулы во избежание волнений; наместникам провинций он продлил власть, чтобы союзников держали в подчинении люди опытные и привычные; Юпитеру Благому и Величайшему он дал обет устроить великолепные игры, если положение государства улучшится, как делалось когда-то во время войн с кимврами и марсами. И говорят, он до того был сокрушен, что несколько месяцев подряд не стриг волос и бороды и не раз бился головою о косяк, восклицая: "Квинтилий Вар, верни легионы!", а день поражения каждый год отмечал трауром и скорбью».
Смерть Августа. Его личность и историческое значение
В такой тревожной обстановке в августе 14 г. умер 77-летний император. Август не был гением, подобно своему приемному отцу. Он не обладал сверхчеловеческой энергией Цезаря, широтой его кругозора и его изумительной одаренностью. Однако Август оказался умным и трезвым политиком, расчетливым и осторожным. Он был хорошим организатором, умевшим подбирать себе первоклассных помощников. Развивая основы нового строя, заложенные Суллой и Цезарем, Август создал государственную систему, продержавшуюся около трех столетий.
Историческая обстановка сложилась для Августа чрезвычайно удачно. Он воспользовался политическим наследством Цезаря. Эпоха, в которую он действовал, уже не требовала ярких фигур и героических личностей. Осторожный и хитрый Октавиан вполне отвечал той задаче, которую возложила на него история, отвечал гораздо больше, чем все его соперники. Поэтому Октавиан вышел победителем в борьбе и правил в течение 44 лет, окруженный необычайной популярностью и почти не встречая сколько-нибудь организованной оппозиции: несколько мелких заговоров не имели серьезного общественного значения.
Каким же был этот человек, положивший конец гражданским войнам, 44 года единолично правивший Римом и признанный соотечественниками счастливейшим из принцепсов? «С виду он был красив, — пишет Светоний (Август, 79—84), — и в любом возрасте сохранял привлекательность, хотя и не старался прихорашиваться. О своих волосах он так мало заботился, что давал причесывать себя сразу нескольким цирюльникам, а когда стриг или брил бороду, то одновременно что-нибудь читал или даже писал. Лицо его было спокойным и ясным, говорил он или молчал:
