— Если мы родственники, — осторожно произнес он, по-прежнему стараясь держаться в тени драконицы, — то обязательно должны быть похожи…
— Нет! — неожиданно взъярился молодой маг. — Мы не похожи! Я не вы! Я другой! Я ни у кого ничего не отбирал! Я не узурпировал власть! Я не сражался с калеками и детьми!
«Ого, — мелькнуло у Каспара, — а король Кейтор не так-то прост!»
— Что ты стоишь? Взять его!
Драконица отмерла и медленно, как во сне, повернула голову к магри. Глаза ее были совершенно пусты, и только на самом дне их мужчина разглядел все тот же страх. Он попятился, во все глаза глядя на то, как разевается пасть, полная зубов. Сразу не осталось сомнений, чью плоть они сейчас должны пронзить.
— Ну же! Давай! — поторопил ее молодой маг. — Сожри его!
Драконица развернулась, шлепнув хвостом по полу. Она очень не хотела этого делать, прекрасно чувствуя, что перед нею соплеменник, но не могла с собой бороться. Ею полностью владел бритоголовый мальчишка. Родственник короля Кейтора…
— Ты принц? — догадался Каспар, пятясь и не сводя глаз с медленно наступающего дракона.
— Да! — воскликнул тот. — Принц! Наследный принц, в отличие от вас, дядюшка! И, пока я жив, у вас нет никаких прав на престол Великой Паннории!
Вот так номер! Насколько Каспар помнил, у людей наследником считались старший сын или дочь, если у нее не было братьев. Но фокус был в том, что магри ничего не знал о семье короля Кейтора. И в то же время он ясно понял, кого так напоминает ему этот странный юноша. Не сказать чтобы очень похож, но все-таки много общего с самим королем и тремя его сыновьями. Ему бы волосы отрастить, и он мог бы стать четвертым в шеренге принцев.
— Чей ты сын? — поинтересовался Каспар, чтобы потянуть время.
— Будто сами не знаете, дядюшка. — Молодого человека затрясло. — Вашего брата, короля Клеймона Третьего! Будущий король Клеймон Четвертый! Взять его!
Магри еле успел шарахнуться в сторону — и в ту же секунду драконица нанесла удар. Каспар кубарем откатился прочь, уворачиваясь от мощных челюстей, которые запросто могли перекусить его пополам. Промахнувшись в первый миг, драконица яростно взревела и атаковала вторично. И снова Каспару удалось уйти от ее зубов лишь чудом. Но уже третий удар поверг его наземь, и когтистая лапа прижала его к полу.
— Все, дядюшка! — произнес молодой маг. — Теперь король я!
— Но я не Кейтор Паннорский! — выкрикнул магри.
— Что?
— Посмотри получше! Я не человек!
В зале царил полумрак, да еще драконья туша загораживала обзор, и человеку пришлось сделать несколько шагов, прежде чем он увидел своего собеседника вблизи. Увидел — и застыл, удивленно хмуря брови.
— Не может этого быть… Я не верю! Нет!
Каспар физически почувствовал, что ментальный контроль над драконицей ослаб. Слишком много страстей владело этим молодым магом, чтобы он мог вполне себя контролировать. Огромная лапа убралась. Магри был свободен. Не теряя ни секунды, он рванулся вперед и буквально повис на морде драконицы, сжав ее челюсти. От неожиданности та попятилась, замотала головой и попыталась стряхнуть с себя мужчину.
Умом Каспар понимал, что сейчас происходит нечто из ряда вон выходящее. Конечно, он не был полноценным Всадником и не знал многих тонкостей, но его жена Сарла в свое время кое-что объяснила ему. Прикасаться к чужой женщине, особенно когда она в облике дракона, не имеет права ни один мужчина. Только партнер и супруг, ибо ментальная связь в паре образуется раз и навсегда и после смерти одного из партнеров сознание второго деформируется. У этой драконицы ее супруг и напарник погиб, и она, обычным, врачебным языком говоря, слегка повредилась рассудком — почему маг и сумел взять ее под контроль, заставив выполнять свои приказы. Но сейчас Каспар изо всех сил старался достучаться до разума драконицы, заставить ее успокоиться. Он цеплялся за ее морду, как пиявка, стараясь одновременно поймать ее взгляд и проследить, как бы его не долбанули всем телом о стену. К несчастью, голова драконицы была лишена каких бы то ни было выростов, рогов, гребней. Каспар цеплялся за ноздри и нижнюю челюсть, но в какой-то миг рискнул, перехватывая руку, и, выбросив ее вперед, схватился пальцами за выемку под глазницей, подтягиваясь выше.
Драконица взревела, забегала по залу, изо всех сил мотая головой и пытаясь стряхнуть с себя мужчину.
— Стой! — закричал он. — Стой! Посмотри на меня! Ну же! Посмотри!
Выпученный глаз крутанулся в орбите и повернулся в его сторону. Дрожь прошла по крепкому телу драконицы. Она еще несколько раз дернула головой, но Каспар держался взглядом за ее вертикальный, чуть расширенный зрачок, не давая самке отвести глаза, и постепенно она успокоилась и остановилась, опуская голову.
— Вот так, вот так, моя девочка. — Врач коснулся ногами пола. Одной рукой он все еще держался за ее ноздрю, а другой тихо гладил драконицу по носу и скулам. — Молодец! Все хорошо! Я с тобой! Я рядом! Я…
— Нет! — послышался звонкий голос молодого мага, о котором все забыли. — Я уничтожу тебя!
Рука, только что сжимавшая ноздрю, бессильно разжалась, повиснув плетью. Каспар задохнулся — ему вдруг перестало хватать воздуха. Сильно закружилась голова. В глазах потемнело. Ощущения были точь-в-точь такие, как в тот раз, когда его душа покидала тело, чтобы переселиться в другое, но на сей раз…
Уже падая на каменный пол, он услышал над собой трубный глас драконицы. Его ощутимо приложило хвостом, потом послышался слабый вскрик, и наступила темнота…
— Ну вот что мне теперь прикажешь делать? Тебе-то хорошо, ты…
— Фр-р-р…
— Прости, тебе не хорошо, но все равно — я не могу этого так оставить!
— Ум-г-х… — Утробный вздох.
— Пойми, это мой долг! Я не могу поступить иначе.
— Ур-р-р…
Змееныш приоткрыл глаз, скосив зрачок в сторону источника звуков. Еще не подавая явных признаков жизни, он сразу понял, что не один, а сейчас, посмотрев в сторону, стал свидетелем странной картины.
Драконица сидела, опираясь костяшками крыльев об пол и дугой изогнув длинную шею так, что ее голова практически нависала над стоявшим перед нею на коленях мужчиной. Опустив голову, изображая из себя раскаяние, он тем не менее читал огромному зверю нотацию!
— Тебе стоило бы соразмерять силу, — говорил беловолосый мужчина, глядя в пол. — А что будет, если он так и не очнется?
— Гр-х-х-х…
— Он очнулся?
— Да. — Змееныш одним прыжком оказался на ногах и вскинул правую руку. Пальцы машинально сжались, готовя удар. Теперь одно движение — и сгусток магической силы огненным шаром ударит в коленопреклоненного беловолосого мужчину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
