вот и начала развиваться иероглифическая письменность.
— Не просто голый запрет, — Хани-Ро назидательно приподняла кончик хвоста, — а давний и уже закреплённый в традиции. А кроме того, они же не просто исчезли в неизвестном направлении, а ушли, обещав вернуться. И оставили массу зримых и материальных свидетельств своего присутствия в виде артефактов и значительную власть в руках жрецов, которым выгодно поддерживать существующий порядок. А прогресс? А что такое прогресс? И представляют ли они вообще, чего именно лишаются? — и после недолгой паузы: — Хотя это вообще-то безобразие, оставлять всё как есть и людям, если вы всё же решите взять шефство над этим застоявшимся обществом, придётся долго и трудно менять его.
— Зачем вмешиваться? — Мика решил выступить за оппонента. — Живут же себе люди, может, даже неплохо живут, по-своему счастливы. Оградить от внешних угроз — и достаточно.
— Потому, что долго топтаться на одном месте невозможно, либо ты идёшь вперёд, либо стремительно скатываешься назад. Применительно к обществу это означает скатывание к первобытнообщинному родоплеменному строю — самому устойчивому и сбалансированному из всех способов существования. Может это случится не в ближайшие столетия, но рано или поздно при существующем порядке вещей — это неизбежно.
— А мне, кажется, ты сгущаешь краски, — я наконец-то успокоилась и уселась, умостившись на плотной круглой подушке, какие в этой каюте нашего корабля заменяли всякую мебель. — Изобразительное искусство у них такое, что и нашим есть чему поучиться. А количество художественно одарённых вообще перевешивает все разумные нормы.
— И, наверняка ещё немало своеобычного и оригинального найдётся, — Хани-Ро вспушила гриву в жесте отрицания. — Но от некоторого наследия эсшей всё-таки придётся избавляться. Если их на пару тысяч лет оставить в покое, избавив от стороннего влияния, нежизнеспособные обычаи, может, и сами отомрут, а может они всё-таки деградируют, прежде чем это случится.
С ней было трудно спорить, да мы и не особенно пытались. Так, собирали факты и фактики, даже не пытаясь построить из них более-менее стройную теорию, потому как чёткая постановка проблемы заключает в себе и вариант её разрешения, а мы совсем не этого добивались. Уж точно не стремились навязать своё мнение тем, кто будет принимать окончательное решение.
Ещё четыре дня мы потратили на сбор данных, а потом засобирались в обратный путь. Имевшейся у нас информации, на мой взгляд, было вполне достаточно, чтобы получить общее представление об имеющейся проблеме, да и Акселя бессовестные родители бросили больше чем на неделю (ничего, вернёмся — месяц никуда от себя не отпущу, и за опасные задания браться не буду). Одна проблема осталась — Хани-Ро никак не хотела покидать негостеприимную планету.
— Мало ли, что в этом посёлке у тебя неплохо наладился контакт с аборигенами! — выговаривал ей Мика, никак не желающий смиряться с драконьим инфантилизмом при наличии взрослого и сложно устроенного разума. — Это с этими и только в данный момент. Ситуация может легко измениться. А при том количестве древнего оружия, что досталось им от эсшей…
— Я буду вести себя тихо-мирно и не высовываться за границы благоприятной зоны, — с готовностью обещала дракониха.
— Да пойми ты, от тебя это вообще не зависит! Достаточно если где-то рядом будет проходить чужак, увидит тебя, испугается и сообщит кому следует. А местные власти догадаются послать воинов храма с разведывательно-карательной миссией. Наши новые друзья тоже, кстати, постоянно живут под угрозой чего-то подобного.
— Но это же ненадолго, — тянула она, — Только до тех пор, пока ваши не подоспеют. А они наверняка захотят выслать группу исследователей-профессионалов, не доверяя мнению пары дилетантов.
— И как скоро это случится? — Мика картинно выгнул бровь.
— Зависит от того, насколько вы будете убедительны, — намекнула Хани-Ро.
— Так, — после некоторого размышления он всё же пришёл к определённым выводам. — Тогда пообещай соблюдать элементарные правила техники безопасности: спать уходить только на свой корабль, который мы, конечно же спустим с орбиты, и постоянно носить защитную плёнку и генератор поля.
Она поразительно легко и быстро пообещала всё, что Мика просил, настолько, что у нас даже закрались сомнения в том, что она действительно собирается всё это выполнять. Но пришло удовлетвориться и этим. Не за хвост же её было тащить домой! Да даже и захоти мы отчудить что-то подобное — не получилось бы, так что оставалось одно: спешить домой и действительно стараться при изложении проблемы быть убедительными.
Мы и были. Составили заявление по всей форме, с докладной запиской и прилагающийся доказательной базой и направили её в Министерство Бедствий и Катастроф. И пусть кто-нибудь попробует мне доказать, что целая планета людей лишённая возможности развития — это не катастрофа! Заявка получила неожиданно широкий резонанс: дело вынесли на обсуждение Земного Совета, направили целую экспедицию для доследования (как и предсказывала Хани-Ро) и в конечном итоге вопрос о взятии шефства над дальними родичами вынесли на всенародный референдум.
Имею право гордиться сородичами: тех кто высказался «за» было в разы больше тех, кто не захотел лишних проблем и ответственности.
Глава 14. Заключение
— Я, кажется, нашла, Учитель, — Ненни-Ро горделиво изогнула шею, но старому наставнику, больше известному на два мира по прозвищу «Отшельник», чем по имени, показалась в её голосе какая-то неуверенность.
— Ты сомневаешься в этом человеке? — он прикрыл глаза, стараясь не смущать юную ученицу сверхпроницательным взглядом. Всё-таки в статусе Старейшины и прожитых годах есть определённые неудобства: мало кто из соплеменников мог подолгу выдерживать общество мудрейшего, это без проблем удавалось только совсем уж младшим, вроде дочери человека Ярвина Манору и её семейства.
— Это не человек, это вея, — она чуть склонила голову вниз. — И я не сомневаюсь в нём, а удивляюсь, что нашла совсем не там, где искала.
— И как это вышло⁈ Случайно? — в голосе наставника послышалась добрая насмешка и Ненни-Ро почувствовала себя немного свободнее.
— Случайно, — призналась она. — Норини-Тай-Ши обратила на него внимание, когда тот, должна заметить довольно неловко, вмешался в наши дела. Заметила, обругала, поправила всё что можно, надавала наставлений и помчалась дальше. И даже не заметила зародыш какого сокровища ей попался. Инициативный, ценящий Приключение выше возможной выгоды вея.
— Не будь идеалисткой. Оплата нужна. И для поддержания жизнедеятельности спасателя и для создания у него ощущения серьёзности происходящего. Себя вспомни во втором взрослении, небось немало
