Пока гномы сражались с солдатами, Роран подошел к стоявшему неподалеку эльфу, который, яростно оскалившись, с немыслимой скоростью доставал из колчана стрелы и одну за другой выпускал их в Барста. Но ни одна, разумеется, цели так и не достигла.
— Довольно, — сказал ему Роран и, поскольку темноволосый эльф внимания на него не обратил, схватил его за руку и с силой потянул к себе. — Хватит, я сказал! Побереги стрелы.
Последовало злобное рычание, и эльф вцепился Рорану в горло.
— Не тронь меня, человек!
— Послушай! Я могу помочь вам убить Барста. Только… отпусти меня!
Секунды через две пальцы, сжимавшие его горло, расслабились.
— Как ты сможешь сделать это, Молотобоец? — Кровожадный тон эльфа странно сочетался со слезами, текшими у него по щекам.
— Через пару минут поймешь. Но сперва я хочу задать тебе один вопрос: почему вам не удается убить Барста силой своих мыслей? Он ведь один, а вас так много.
Горестное выражение появилось у эльфа на лице:
— Потому что его разум скрыт от нас!
— Как это?
— Не знаю. Мы не можем до него добраться. Такое ощущение, что его мозг окружен какой-то непроницаемой оболочкой. И внутри этой сферической оболочки мы ничего не видим и не чувствуем, и пробить ее тоже не можем.
Собственно, чего-то в этом роде Роран и ожидал.
— Спасибо, — поблагодарил он эльфа, и тот слегка поклонился в ответ.
Гарцвог первым примчался к дому с колоннами. Вынырнув из ближайшей улочки, он в два прыжка взлетел на крыльце и остановился рядом с Рораном; потом что-то проревел, оглядываясь на три десятка преследовавших его солдат, и те, увидев, что кулл благополучно добрался до своих, разумно ретировались.
— Молотобоец! — воскликнул Гарцвог. — Ты меня звал, и вот я здесь.
Через несколько минут прибыли и все остальные; Анжела полностью выполнила просьбу Рорана. Эльф с серебряными волосами был Рорану уже знаком — он несколько раз видел его вместе с Имиладрис. Лорд Датхедр — так его звали. Все шестеро прибывших, окровавленные и до предела измученные, стояли тесной кучкой среди изящных колонн.
— У меня есть один план, и я рассчитываю с его помощью убить Барста, — сказал им Роран. — Но мне понадобится ваша помощь, да и времени у нас маловато. Могу я на вас рассчитывать?
— В зависимости от того, каков твой план, — сказал Орик. — Сперва расскажи нам о нем.
И Роран рассказал, стараясь говорить как можно быстрее. Закончив, он спросил у Орика:
— А твои гномы сумеют нацелить катапульты и баллисты с необходимой нам точностью?
Гном что-то пробулькал, потом сказал:
— Нет, учитывая, что люди несколько иначе строят свои боевые машины. Мы сможем, я думаю, попасть в цель в пределах двадцатифутовой погрешности. Но точнее — это уже вопрос везения.
Роран посмотрел на эльфийского лорда Датхедра.
— А представители вашего народа захотят за тобой последовать?
— Да, они подчинятся моим приказам. Не сомневайся в нас, Молотобоец.
— А не мог бы ты послать кого-то из ваших эльфийских магов, чтобы они помогли гномам направить пущенные камни точно в цель?
— Тут не может быть никакой гарантии успеха. В нынешних условиях наши заклинания могут и не сработать или сработают против нас же самих.
— Значит, нам придется рискнуть. — Роран быстро окинул взглядом собравшихся. — Итак, я снова спрашиваю: могу я на вас рассчитывать?
С той стороны городской стены донесся целый хор пронзительных криков — это Барст прокладывал себе путь, круша варденов направо и налево.
Гарцвог ответил на вопрос Рорана первым:
— Тебя, похоже, это сражение совсем рассудка лишило, но я пойду с тобой, Молотобоец! — И кулл как-то странно хрюкнул — видимо, засмеялся. — Будет много славы, если нам удастся прикончить этого Барста!
Затем высказался Джормундур:
— Да, я тоже пойду с тобой, Роран. Да, собственно, у нас и выбора-то иного не остается.
— Согласен, — сказал Орик.
— С-с-согласссен, — прошипел Гримрр, король котов-оборотней, и завершил это слово хриплым рычанием.
— Согласен, — сказал лорд Датхедр.
— Тогда пошли! — сказал Роран. — Каждый из вас знает, что ему нужно делать! Пошли!
…Когда они разошлись, Роран, собрав остатки отряда, изложил им свой план. Затем они притаились среди колонн. Ждать пришлось минуты три или четыре — драгоценные минуты, во время которых Барст со своими солдатами все сильней теснил варденов, — и наконец Роран увидел, как гномы и эльфы бегут по стене к расположенным на ней двенадцати ближайшим баллистам и катапультам. Со стрелявшими из этих орудий солдатами они расправлялись достаточно быстро.
Прошло еще несколько напряженных минут, и на крыльцо взбежал Орик в сопровождении тридцати гномов и сообщил Рорану:
— Все готово!
Роран кивнул и велел своему отряду занять места, готовясь к бою.
Все, кто еще остался в полку Рорана, выстроились плотным клином, острие которого возглавлял он сам, а сразу за ним шли эльфы и ургалы. Орик и другие гномы замыкали построение.
Затем Роран крикнул: «Вперед!» — и рысцой сбежал по ступенькам прямо в гущу вражеских солдат, зная, что «клин» следует за ним по пятам.
Солдаты такого не ожидали и рассыпались в разные стороны, расступаясь движущимся клином, точно вода под носом плывущего судна.
Кто-то, правда, попытался преградить ему путь, и Роран, не замедляя хода, ударил его копьем прямо в глаз.
Они довольно быстро сумели настигнуть Барста и, оказавшись футах в пятидесяти от него, стоявшего к ним спиной, остановились. А Роран попросил одного из эльфов:
— Сделай так, чтобы все на площади могли меня услышать.
Эльф пробормотал что-то на древнем языке и сказал:
— Готово.
— Барст! — рявкнул Роран и с облегчением услышал, что его голос гулко разносится по всему полю битвы.
Сражение на улицах тут же приостановилось, лишь отдельные его очаги все еще продолжали тлеть.
Пот каплями стекал у Рорана по вискам, сердце молотом стучало в груди, но он не позволял себе почувствовать ни капли страха.
— Барст! — снова крикнул он и с силой ударил копьем о щит. — Повернись и сражайся со мной, а не веди себя, как больная глистами дворняжка!
На него бросился какой-то солдат с мечом, но Роран, блокировав его удар, одним движением швырнул солдата на землю и прикончил его. Вытащив копье из его тела, он повторил вызов:
— Барст!
Широкоплечая тяжелая туша лорда Барста медленно развернулась. Теперь они стояли лицом к лицу, и Роран увидел наконец, какой скользкий ум таится в глазах Барста и в легкой насмешливой улыбке, приподнявшей уголки его пухлых, как у ребенка, губ. Шея у него была поистине могучей, толщиной, наверное, с ляжку Рорана; плечи под металлической кольчугой бугрились мускулами. Предметы, отражавшиеся в его блестящей нагрудной пластине, постоянно отвлекали Рорана, и он старался туда не смотреть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
