вокруг нее свои крылья, чтобы защитить ее от самых сильных ударов, смягчив землю своей магией немного слишком поздно. Наконец мы остановились, я прижал ее к себе, и мы остались в перьевом коконе моих крыльев.
— Ангел, я здесь, — сказал я, задыхаясь, но ее глаза были дикими и сверкали тьмой, и не похоже, что она вообще узнала меня.
Она была окрашена в красный цвет от крови, и в ее взгляде горела потребность в большем ее количестве. Она сделала выпад вверх, и я не стал сопротивляться, когда ее клыки вонзились в мою шею, а я прижал ее к себе в объятиях.
— Я люблю тебя, — сказал я ей, пока она пила из меня, впиваясь когтями в мою спину, питаясь так, словно умирала от голода. — Тебе не нужна эта сила, ангел. Вернись ко мне.
Она билась, переворачивая нас и ударяя меня о землю, продолжая питаться, голодные стоны вырывались из нее.
— Я любил тебя каждый день. Чем дольше я боролся с этим, тем больше я хотел тебя, — я сжал ее руку, чувствуя, как по ней стекает кровь, и с проклятием залечил рану, когда она хлынула на запястье, окрасив браслет в красный цвет. — Если бы я мог снова встретить тебя в первый раз, я бы сделал все по-другому. Я бы любил тебя так, как ты заслуживаешь, чтобы тебя любили с первого дня, — прохрипел я, пока она глотала полный рот моей крови, и я молился, чтобы мои слова дошли до нее, так как я начал слабеть. — Я бы сделал так, чтобы ты никогда не чувствовала себя одинокой, и мы бы с самого начала работали над тем, чтобы найти Короля вместе. Я облажался, ангел. Я не равный тебе, я не твой партнер. Но я люблю тебя всем сердцем, и нет в этом мире силы, которая могла бы это изменить. Я просто понял это слишком поздно, и мне жаль, что я так с тобой обращался. Мне жаль, что я причинил тебе боль. Но теперь я здесь и никуда не уйду. Если я предназначен для кого-то другого, пусть он ждет вечно, потому что я никогда не оставлю тебя, Элис.
Ее кормление стало замедляться, и я втянул воздух, который, казалось, совсем не давал мне дышать. Я чувствовал, что судьба меняется, жизнь снова открывается для Элис с миллионом прекрасных путей, по которым она может пойти. Но столько же и без меня. Мое сердцебиение замедлялось, и я видел, как смерть приближается ко мне, ясно как день, как одеяло тьмы, укутывающее меня в вечный сон. Я боялся, что она украдет меня у моей любви. Мое сердце, несомненно, будет вырвано, оставлено здесь, с ней. Теперь оно не могло существовать без нее нигде.
Я провел пальцами по ее щеке, когда темнота опустилась на меня, и звезды ослепительно ярко засияли на моей периферии. Но я не хотел смотреть на них, единственная богиня в этом мире, на которую я хотел смотреть, была прямо передо мной. И я смотрел бы на нее до тех пор, пока не смог бы больше смотреть.
55. Элис
Я глубоко вонзила зубы в плоть, богатый, необузданный вкус силы, которую я поглощала, освещал меня в темноте, взывал к моей душе и заставлял меня стонать, когда воспоминания пытались пробиться под мою кожу. Как будто я что-то забыла. Что-то важное. Но пока кровь перекатывалась на языке и я жадно глотала, было трудно сосредоточиться на чем-то, кроме желания получать ее все больше и больше.
Но когда я начала погружаться в то темное место, где встречались моя бесконечная сила и ненасытная жажда крови, и все остальное было забыто, что-то еще начало пробиваться в мои мысли, и я задохнулась, когда мое внимание привлекло это, вырвав мои клыки из плоти, которую я осушала.
Кристалл белой яшмы на моем запястье гудел и пылал силой, а воспоминания начали давить на меня со всех сторон. Я задохнулась, когда меня вырвали из настоящего в прошлое, узнав сны, которые снились мне в последнее время, а также многие другие счастливые моменты, которые мы с Гаретом провели вместе. Я чувствовала то, что чувствовал он, когда смотрел на меня. Я чувствовала тяжесть его любви, когда она окутывала меня. И я чувствовала боль от его отсутствия острее, чем когда-либо за долгое, долгое время. Как будто он был здесь, рядом со мной, как будто я могла протянуть руку и взять его за ладонь, почувствовать его рядом с собой, где он всегда должен был быть…
Острая тоска пронзила меня, когда я подумала о времени, которое я провела, скучая по нему, желая узнать, где он и что с ним случилось. Голова пошла кругом от этого странного места, взявшего меня в заложники, и я обнаружила, что смотрю на воспоминание, которое было намного темнее, чем остальные. Запретное чувство тревоги наполняло меня, когда я рассматривала его, и я знала в своем сердце, что не просто хочу знать, что содержится в нем, а именно здесь я, наконец, получу ответ, который искала.
— Что с тобой случилось? — я обратилась к темноте, желая знать, чего бы мне это ни стоило.
Внезапно я начала падать, кувыркаясь назад сквозь время и пространство, и приземлилась в чужом теле, которое говорило голосом моего брата.
— Тогда выходи, Гарет, почему ты таишься здесь, а не ждешь нас с остальными? — снова спросил Король, и я облизал губы, замерев перед ним в коридоре Альтаир Холл.
— Я пойду и прослежу, чтобы последние приготовления были выполнены в соответствии с вашими пожеланиями, Мастер Карт, — сказала Найтшейд отрывистым тоном, бросив на меня оценивающий взгляд, прежде чем пронестись мимо нас. Она направилась к входу в секретный коридор, который вывел бы ее в лес, где проходила церемония, и оставила меня наедине с монстром, от которого я пытался убежать.
— Мне тоже пора, — поспешно сказал я, надеясь, что он поверит, будто я тоже направляюсь в лес.
— Почему ты опаздываешь, Гарет? — спросил Король, шагнув ко мне, когда его вечно меняющееся лицо и голос снова изменились, на этот раз показав старую женщину под капюшоном плаща.
— У меня возникли кое-какие дела с ребятами из моего класса, — сказал я, пытаясь отмахнуться от него и последовать за Найтшейд с колотящимся сердцем и дрожащими ладонями.
Я засунул руки в карманы, чтобы скрыть нервную дрожь, которая пробежала по мне, и
