в окно.
– Безумие какое-то! Как вы тут живете?
На мой риторический вопрос никто не ответил. Тень только губы поджал, как бы говоря: «А ты не пробовал не ездить в Старый город в утренний час пик?» Водитель слегка пожал плечами: мол, как-то так. А протектор вернулась к созерцанию залитой дождем улицы.
– Альдо, вы же можете просматривать вероятности на двадцать секунд вперед! Что, так сложно выбрать маршрут, на котором мы не будем стоять каждую минуту?
– Слишком большое количество людей, – неохотно буркнул видящий.
– Я знал, что ищеек святого Иннокентия переоценивают, – раздраженно выплюнул я. Заметил, как едва заметно улыбнулась Челия, и то, что Тень увидел эту ее реакцию. Похвалил себя и прикрыл глаза. – Тогда разбудите меня, когда приедем к первому магазину.
В принципе, на этом можно было бы и заканчивать. Почти все цели сегодняшнего утра были достигнуты: Тень психует, рыжая злорадствует, Доминик в недоумении, а водитель головной машины с охраной не смог отвезти дочку в школу, перепоручив это жене. Но нужно было доиграть сцену до конца, а заодно посмотреть, что там за хитрый такой изгиб нити появился.
Ядовито-желтая, она возникла в рисунке после моих ночных манипуляций с полем. Я совершенно точно помнил, что раньше ее не было, а тут хлоп – и новый элемент. Это настораживало. Выглядело все так, будто кто-то поставил небольшую заплатку на прорыве. Крошечную, в одну нить. Которая пульсировала, словно артерия какого-то инопланетянина, старательно привлекая к себе внимание своей чуждостью в плетении.
Кроме цвета, она выделялась еще и размером. Строго говоря, это была не нить даже, а небольшой отрезок, появившийся ниоткуда и в никуда уходящий. Один стежок, касающийся моей нити в картине сегодняшнего дня. Заглянуть в нее получалось без труда, только толку от этого не было. Там не имелось человека, чьего-то прошлого или будущего. Только одна картинка – фасад здания крупным планом с адресной табличкой на высоте двух метров. Как я мог пройти мимо?
Местом назначения являлась улочка в районе Кампо-Марцио, том самом, который Марсово поле. Дом, совмещенный с сувенирной лавкой на первом этаже, постройки века шестнадцатого, не меньше. И там меня ждали. Хотя я бы сказал, что меня туда пригласили.
Сразу отправляться по указанным координатам – заставлять старика Исаева вертеться в гробу, а я напрягать выдающегося советского разведчика не собирался. Потому сперва был запланирован настоящий променад по магазинам и бутикам, откуда тащилось все модное и ненужное – Орден спонсировал. И только пятой или шестой точкой маршрута стал магазин с сувениркой.
Домик выглядел так же, как на картинке: узкий, зажатый соседями каменный пенал в три этажа с черепичной крышей. Окошки-бойницы, лакированная, вишневого цвета дверь с бронзовой ручкой. Вывеска на итальянском, который хоть и родственен латыни, но не калька. Что-то там значилось про товары со всего света и яркие впечатления. Надпись была выполнена желтыми, но уже потускневшими буквами по темно-синему фону.
Сначала внутрь шагнули двое бодигардов. Незаметные мужчины в сером вернулись через двадцать секунд и дали знак входить. Все время ожидания вторая парочка из охраны пристально, но без беспокойства оглядывала узкую улочку, почти полностью перегороженную тройкой джипов, и пространство над головой – хороший прыгун мог бы преодолеть расстояние от крыши до крыши, не ступая на землю. Альдо скучал, в отведенные ему двадцать секунд ничего не могло случиться. Челия нетерпеливо топала ножкой в тонком сапожке без каблука.
«Поехал боярин по городу кататься!» – подколол я сам себя и вошел внутрь. Бодигарды остались снаружи, как я понял немного позже, чтобы не мешать в случае возникновения нештатной ситуации. Лавка древностей была крохотной.
Полочки, стеллажики, ящички, сундучочки – все было с уменьшительно-ласкательным суффиксом. И все забито разнообразным антикварным хламом. Самым крупным предметом, который сразу привлекал внимание на входе, являлся классический самовар, словно улыбающийся медным начищенным боком удачной шутке – русского на входе встретил русский. Из-за его блеска я не сразу заметил продавца.
Невысокий мужчина, чуть ниже метра семидесяти, вышел откуда-то из боковой комнаты и поприветствовал потенциальных покупателей. Был он какой-то странный, сразу я не мог определить, что с ним не так. Худощавый, с прямой спиной и гордо вскинутой головой, он не укладывался в шаблон владельца не слишком преуспевающей сувенирной лавки. Черные глаза смотрели прямо и честно, загорелое лицо больше подошло бы чуть постаревшему, но все еще бодрому миллионеру-путешественнику, а черные до синеватого отлива волосы были стянуты назад и заплетены в косицу на затылке. Серый, явно дорогой костюм, галстук-бабочка и роскошные черные туфли с острыми носками завершали образ. Когда мы его увидели, он зачем-то трижды тронул кончик носа указательным пальцем, после чего зачем-то чуть сдвинул в сторону самовар. Сантиметров на пять.
Индеец! Это был настоящий, всамделишный, но зачем-то наряженный в современные шмотки вождь краснокожих! Какой-нибудь Глаз Мустанга или Лапа Ягуара.
– Рад приветствовать вас в моем доме, – кивнул он одними глазами. Не знаю как еще описать это движение, при котором он продолжал оставаться в полной неподвижности. – С нетерпением ждал вас сегодня, Игорь. Рассчитывал, что вы примете мое приглашение.
– Э-э, меня?
Я не выдержал и настороженно оглянулся. Проклятый индеец рушил всю мою конспирацию одной фразой! Однако, кинув взгляд на Альдо, я заметил, что он не спешил хватать меня за руки с радостным воплем «наконец-то ты подставился!». Напротив, он спокойно скучал, периодически почесывая мочку уха и переступая с ноги на ногу. Провокационных слов он будто не слышал.
– Ваши спутники сейчас не слышат вас, – с каменным лицом сообщил мне хозяин. – Я немного изменил частоту их восприятия, и у нас есть около пары часов на спокойную беседу. За это время вы лишь успеете задумчиво посмотреть на окружающую бутафорию. Пойдемте за мной.
И, как какой-нибудь британский дворецкий, он повел меня прочь из лавки. Через прячущуюся слева дверцу по лестнице на третий этаж. В небольшую, но очень уютную комнату с окном во всю стену, сквозь которое ослепительно сверкало солнце над… морем?
– Игры с пространственно-временным континуумом, не берите в голову, – небрежно бросил индеец. Уселся в одно из кресел, придвинул к себе чайник и стал наливать янтарный напиток в тончайшей белизны фарфор. – Да садитесь же, Игорь.
Хотелось себя ущипнуть, икнуть или, на худой конец, выматериться. Как русский человек, я всегда выбирал в сложной ситуации третий путь.
– Вы кто такой? – спросил я, когда эхо последнего «ять» затихло под потолком. – Инту, что ли?
Ну а что я еще должен был подумать? Появляется какой-то индеец, замораживает время, приводит в комнату с видом на солнечный пляж и предлагает чай. Да еще и приглашение это странное… В общем, неприятное чувство – оказаться рядом с кем-то столь могущественным. Особенно после того, как привык к собственной крутости.
– Инту?
