причитающие ему почести. Вмести с ним также из Королевской гавани собиралась отбыть и Лиза Аррен, в девичестве Талли, со своим малолетним отпрыском и единственным полноценным наследником благородного рода, по крайней мере официально. В качестве сопровождения она выбрала исключительно верных рыцарей Долины. В основном её скорый отъезд списывали на траур по почившему супругу, а также нервозность, что всегда сопровождала эту женщину.
Король не находил себе места, но всё же уже выбрал на место нового десницы своего старого друга с далёкого Севера. Подготовка к отправке всей семьи в холодный и обширный практически безжизненный край проводилась полным ходом, несмотря на сопротивления и протесты со стороны королевы, которые почитала северян и их королевство не более, чем варварами и захолустьем. Однако Роберт Баратеон был в своём желании непреклонен. Без Джона Аррена в столице практически не осталось человека способного в открытую возразить решению короля на Железном троне, а потому, на какое-то время, у того будут полностью развязаны руки. Элдон Эстермонт пусть и был дядей короля по материнской линии, но никогда не был с тем особого близок, в основном из-за их неравного положения вассала и сюзерена. Глава церкви же напротив быстро почуял куда дует ветер и не собирался мутить воду раньше времени, хотя тому и было что возразить по поводу язычника в качестве первого советника.
Сейчас верховный септон торопился возвратиться в свой кабинет для весьма важного дела. Требовалось немедленно отправить письмо с экстренными новостями человеку, личность которого в основном вызывала при дворе резкую ярость и тихую ненависть. Сопровождали его неизменные рыцари из ордена Сынов Воина в крепких доспехах и радужных плащах. Данные представители священной организации уже давно заполонили просторные улицы Королевской гавани, блюдя порядок не в пример лучше, чем восстановленные Золотые плащи, что после своего нового набора не только стали более коррумпированы и пассивны, но и властью обладали гораздо меньшей нежели рыцари церкви.
Однако на пути иерарха неожиданно встал человека, которого верховный септон во многом презирал и несколько опасался. В основном из-за специфики деятельности иностранца, а также из-за собственных многочисленных секретов, которые тот мог разнюхать. Евнух Варис глубоко поклонился перед жрецом, выражая таким образом почтение к духовному наставнику церкви Семерых и всё же септону слабо верилось, что эссосиец мог испытывать перед ним хоть какой-то пиетет. То был всего лишь стандартный ритуал для человека, который продвинулся на социальном лифте довольно высоко, но при этом не имел официального статуса в глазах общества.
- Приветствую вас, господин. Как и всегда ваша проповедь заставила многих открыть своё сердце и душу перед ликами божества. – проявляя искреннюю вежливость, поприветствовал жреца евнух. Рыцари мгновенно выступили вперёд, хватаясь за мечи. Они прекрасно осознавали кто сейчас стоял перед ними, но их кодекс в любом случае ясно трактовал обязанность проявить намерение перед любым, кто мог быть потенциально опасен главе церкви.
- Спасибо, Варис. – сделав заметный акцент на неопределённости положения собеседника, принял любезность евнуха верховный септон. – Чем могу помочь? Как видите я спешу и если это может подождать до нового Малого совета, то я с удовольствием обсужу с вами любой вопрос. – постарался отвязаться от нежданного собеседника иерарх.
- Не сочтите мою просьбу излишней, но мой вопрос касается во многом именно духовной стороны, потому я бы хотел сопровождать вас. Слишком долго наша беседа не займёт. Будьте уверены, я постараюсь быть как можно более краток. – взгляд жреца оказался обращён на пухлое лицо евнуха, но что-либо прочитать по нему было невозможно. Просьбе хотелось отказать, но официальных причин для этого не было. Всё же святому отцу пришлось согласиться, по крайней мере пока, тем более что это был первый раз на его памяти, когда евнух напрямую обращался к нему за разговором.
- Пускай, - жестом отвадил он своих людей от боевой готовности, после чего те немедленно вернулись к нему за спину. – О чём вы хотели поговорить? – обратился жрец к евнуху, возобновляя свой путь к кабинету. Мастер над шептунами покорно и естественно пристроился к иерарху сбоку, под пристальным взглядом Сынов Воина.
- Благодарю. Кажется, вы считаете скоропалительную поездку короля на Север не совсем мудрой. От чего же? Железному трону нужен новый десница и как можно скорее. Кто, если не лучший друг короля и верховный лорд одного из самых больших королевств, будет способен исправно исполнять свои обязанности подобно любезному лорду Аррену? – зашёл евнух одновременно издалека и вместе с тем отчасти спросил волнующий его вопрос весьма прямо. Хотя трудно было понять, чего же на самом деле добивается своим вопросом мастер над шептунами.
- В этом не было бы ничего предосудительного, если бы северяне не были язычниками. Им не понять чаянья юга и наши попытки спасти души. Всё, что их будет заботить относится лишь к древним отвратительным ритуалам. Последний Старк на юге наворотил весьма много дел и не все из них церковь одобряла. В то время у нас не было возможности возразить, но теперь если новый десница вознамерится действовать без оглядки на традиции святой церкви, то мы будем вынуждены вмешаться. У него не будет здесь уважения или понимания, за исключением королевского. Я молюсь лишь о том, чтобы король Роберт во время своей поездки одумался и выбрал более подходящую кандидатуру. – весьма открыто и искренне озвучил свою позицию верховный септон, ведь его позиция была официальной позицией всей церкви Семерых, а потому нынешнее положение жреца позволяло тому говорить о своём мнении без оглядки на кого-либо.
- Могу понять ваши опасения. И всё же стоит ли смотреть на эту ситуацию исключительно с подобной стороны? По слухам лорд Эддард Старк человек деятельный и честный, да и воспитывал его именно Джон Аррен. Разве это не делает его, если не подходящей, то компромиссной кандидатурой? – поинтересовался евнух, чьи бесшумные шаги невольно заставляли напрячься сопровождение иерарха. Святые рыцари к подобному не привыкли, их боевое чутье буквально сходила с ума, неспособное как-либо выразить или принять подобное действо, которое невольно вызывало напряжение.
- Воспитанием короля также занимался благочестивый Хранитель Востока, но всё же мне и по сей день приходится закрывать глаза на его прегрешения. За это меня несомненно спросят Семеро на седьмых небесах, а потому я ежедневно молюсь, чтобы они ниспослали монарху чуть больше ясного ума и супружеской верности. Быть может Старк и честный человек, но по-прежнему язычник, что доверия не вызывает, если бы не его связь с
