крючком к намечающемуся конфликту, что затронет собой все Семи Королевств. За это время Гарденер успел себя зарекомендовать, как довольно удачного и знающего человека, так что у союзников не было смысла сомневаться в его решении, тем более что пока что он призывал только начать осторожную подготовку к возможному конфликту, а не немедленное оповещение открыто собрать знамёна и выдвинуться на Хайгарден.
Многие лорды чувствовали напряжение, которое принесла с собой весть о смерти десницы, что выступал буфером между церковью и короной. Старый Сокол умасливал и держал в узде множество беспокойных голов, как например в том же Дорне или Королевских землях. С его смертью установившийся баланс легко может пошатнуться и привести к непредсказуемым последствиям. Правда последствия эти были непредсказуемы в первую очередь для них, а вот Гарденер знал о том, что может случится куда больше, чем следовало. Тем сильнее росло это напряжение с осознанием того, кому на самом деле пророчат занять место бывшего главного советника короля. У верховного лорда Севера была репутация, но та в основном ценилась на самом Севере, а вот на юге ей в большинстве своём либо пренебрегали, либо сулили проблемы из-за чрезмерного в вопросах чести нрава северянина.
В любом случае к этому ещё и добавлялась размолвка короля с его братьями. Со средним и так отношения были шаткими, из-за чего Станнис практически перестал появляться при королевском дворе, а ведь он занимал одно из мест в Малом совете. К тому же ходили тревожные слухи о красной ведьме из Эссоса и огненном культе, что стал привечать средней Баратеон на Драконьем камне. Ренли же после своего поражения во время Восстания Праведных с треском вылетел из любимчиков короля и если бы не ещё большая спорная кандидатура старшего брата, то юноша вполне мог лишиться поддержки собственных вассалов в лице штормовых лордов.
Этим положением, как и в оригинальной истории воспользовались Тиреллы, а точнее Оленна, что взяла младшего Баратеона в оборот. В этом отрезке времени Ренли так и не стал мастером над законом, а потому и в Королевской гавани бывал редко, пусть и не настолько как тот же Станнис. В любом случае Лорас Тирелл уже успел стать у него оруженосцем и весьма тесно сблизиться с лордом Штормовых земель. Объявленная помолвка между ним и Маргери Тирелл не заставила себя долга ждать. Конечно, подобное своеволие не понравилось Роберту, который Тиреллов практически терпеть не мог. Король так и не дал своего благословения на свадьбу, однако, Ренли уже стал полноправным лордом и был готов к такому повороту. И пусть свадьба пока не была сыграна, но и действующую помолвку никто отменять не спешил.
В общем конфликт мог назреть весьма сложный и интересный, а потому многие лорды Семи Королевств заметно зашевелились, в том числе и в Просторе, что был неофициально разделён на три фракции. «Фракция Белой Длани» Гарденера и его союзников включала в себя лордов большей и меньшей величины, часть из которых находилась на значительном удалении от Хайгардена, когда те же Флорент и Тарли находились буквально в недели пути от замка с сотней садов. При открытом конфликте союзники Тиреллов из «Фракции Золотой Розы» оказывались зажаты со всех сторон в центре Простора, но при этом у них имелась общая связь и не столь растянутая граница соприкосновения, когда же силы реставрации Гарденеров оказались разделены на две части.
Командование южным направление понятное дело взял Красный Охотник, но в случае чего он бы не смог разорваться на две части, а потому северным направлением стал командовать лорд Эммонд Осгрей. Всё верно, Клетчатый Лев всё же встал на сторону истинных владык Простора. Некогда могущественные маршалы Северной марки Простора более не хотели мириться со своим ущемлённым положением вассалов Рованов, союзников Тиреллов. Некогда они даже лишились своего родового гнезда в виде Холодного Рва после неудачного Восстания Святого воинства и только удачный брак с родом Веббер помог им вернуть наследную крепость. Однако своё ключевое положение род давно утратил, попав в долгую зависимость к роду Золотой Яблони. Предложение о союзе с Гарденером те восприняли на ура, тем более что и сами давно вынашивали планы реванша.
Таким образом только владения и вассалы Хайтауэров стали входить во «Фракцию невмешательства». Разве что лорд Футли ещё не определился до конца, но заключённые союзы с Шермерами и Касвеллами всё-таки склоняли осторожного Корвина на сторону Белой Длани, так что беспокойство по этому поводу были излишни. Данный расклад сложился ещё несколько лет назад и с того момента оставался неизменным, благодаря чему все вовлеченные в это дело люди точно знали с кем и за что будут сражаться. Естественно, не обходилось без попыток Тиреллов склонить чашу весов на свою сторону и вернуть утраченное положение, однако удачные рейды людей Гарденера на кортежи с налоговыми сборами Железному трону ставили на их планах однозначный крест.
Как бы не была влиятельна и опытна Королева Шипов, но она по-прежнему оставалась старой женщиной, у которой не было реального и важного статуса, который бы позволил той влиять на решения честолюбивых лордов Простора. Лицом рода всё ещё оставался разжиревший «Осадник», Мейс Тирелл, что и по сей день вёл затворнический образ жизни и боролся с паническими атаками во время сна. Даже в личной жизни у того было не ладно из-за чего отношения между ним и леди Алиссаной заметно охладели. Из детей же единственными кто сохранил к отцу любовь остались только Уиллас, его сын и наследник, калека, который глубоко переживал психологическую травму отца словно на самом себе, а также дочь, которую верховный лорд Простора любил и баловал по сей день. Лорас и Гарлан отца несколько стыдились и относились к нему не иначе, как с брезгливостью, хоть и исполняли свой сыновий долг со всей исправностью.
Именно такое положение сложилось на нынешний 297 г. от З.Э. после гибели Джона Аррена, которая считалась естественной, но некоторые, включая Гарденера прекрасно знали правду или, по крайней мере, о той догадывались. В качестве приготовлений к предстоящей войне лорды закупали оружие и доспехи, начав медленный, но уверенный набор людей. О муштре также не забывали, но в силу осторожности приходилось уделять этому минимальное количество внимания. Тиреллы всё прекрасно понимали, но от прямого вопроса и подозрений в любом случае было уже не отвертеться, потому подготовка проводилась куда медленней чем хотелось бы, но при этом и без лишней спешки, ведь время терпело.
Король был только в половине пути на Север, а ведь ему ещё
