место, но я очень надеюсь, что среди вас таких не найдется.
Я себе не враг — тащить на горбу криворукого необучаемого кретина из одной только жалости не стану — но нисколько не кривлю душой в выражении надежд: постарайтесь показать хоть что-то, ребята, и тогда я смогу сказать функционерам, что из вас получится хотя бы «крушила ITF-ов». Этого будет достаточно, чтобы вы сохранили карьеру и возможность однажды попытаться выйти на уровень повыше — хотя бы накопив очков рейтинга на турнирах низшего уровня.
Коллеги по сборной на Азиатских играх были неплохи. Ян, в своих изначальных кондициях, был лишь немногим хуже, а после тренировок со мной и участия в «Австралия Опен» стал намного лучше. Сегодня Ассоциация попыталась предоставить мне лучшее что у нее нашлось, но разница в умениях ребят заставляла меня подозревать недоброе: блат или взятки, позволившие прийти сюда и потратить мое время не самому достойному, а тому, кого таковым назначили уважаемые люди.
Сам себе «пробить» блат подросток может редко, поэтому незаслуженно сунутые сюда ребята в целом не виноваты, но во мне взыграли жажда справедливости и подкрепленное «дважды деревенским» детством неприязнь к мажорикам. Да, «пробить блат» сыночек богатых родителей сам не может, но отказаться мог вполне. Да, это очень, очень трудно, и сам бы я на их месте вряд ли бы справился, но это уж точно не моя проблема.
«Испытуемые» номер один и два с первых подач всё поняли, и к исходу второго гейма — по столько на каждого выделено регламентом — очевидно жалели о том, что не послали амбициозных «патронов» нафиг с их инициативами.
— Тебе нужно работать больше и лучше, — такой вердикт вынес я обоим.
Пока на «сцену» выходил третий испытуемый, стайкой нахохлившихся голубей сидящие на скамейке работники Ассоциации успели провести промеж себя работу, не отходя от корта турнув одного из своих — вжав голову в плечи, мужик уныло побрел к выходу. Вот и лоббист первых двух «мешков». Опасная это работа, взятки да блат обслуживать — на карьере этот деятель может смело ставить крест и ехать куда-нибудь в глубинку, работать физруком в школе. А разве плохо? Хорошая, спокойная, экологичная пасторальная жизнь!
Испытуемый номер три оказался на те же три головы выше предыдущих. Жаль, что множитель этот наложился на совершенно никчемный уровень.
— Как тебя зовут? — оказал я успевшему пропотеть (это от нервов по большей части) пацану честь.
— Се Кан, — начиная светиться рожей, с поклоном ответил он.
— У тебя есть потенциал. Работай, и Небо тебя вознаградит. Я запомню твое имя.
— Огромное спасибо, тренер Ван!!! — разнесся над кортом его ликующий вопль.
Третий слева функционер Ассоциации приосанился — Кана сюда привез он, и теперь вслед за учеником встанет на долгий путь к вершинам. Может и вырастет из пацана второй Ян, но я в это не верю: просто крепкий теннисист из верхних эшелонов «средней» части теннисного мира.
Четвертый «испытуемый» тоже явно был чьим-то протеже, но, справедливости ради, по навыкам превосходил первых двух вместе взятых. Увы, этого даже для попадания на такой вот отбор недостаточно, и я повторил для пацана тоже самое, что услышали двое первых.
— Однажды я превзойду тебя! — надменно посмотрев на меня, заявил чей-то «сыночек».
Вот и молодец — не унывает.
— Буду ждать с нетерпением, — вежливо улыбнулся я в ответ.
Еще «минус один» на скамейке Ассоциации — на этот раз деятель покинул корт вместе с провалившимся подопечным и не скупился на подзатыльники для последнего.
Такая вот педагогика.
Следующий испытуемый меня порадовал, заставив в одном из розыгрышей сыграть почти в полную силу. Хорош — вот из этого года за два-три второго Яна сделать получится. А то и круче — антропометрия у этого пацана получше.
— Лай Чингизхан, — представился он по моей просьбе.
— Нифига себе! — восхитился я. — Правда чтоли?
— Мой отец — монгол, — смущенно признался Чингизхан.
— Я запомню твое имя и буду следить за твоей карьерой, — пообещал я.
— Спасибо, тренер Ван! — с довольной лыбой поклонился будущий завоеватель турниров средней руки.
Пятый и шестой испытуемые были не «сынками», но ничего из себя не представляли. То же лишающее надежд напутствие, но в этот раз никто из работников Ассоциации уходить не стал — пацаны попали сюда благодаря честным победам на отборочных турнирах, и их тренерам ничего не грозит: быть слабым не страшно, страшно лезть не на свой уровень. Повезло ребятам с «сетками» — так тоже бывает.
Седьмой, восьмой, девятый, десятый тоже ничем не порадовали. Извините, ребята, но мир спорта жесток. Зато участник номер одиннадцать…
— Цай Киу!
…Оказался очень хорош. Ростом почти с меня, руки — под стать, скорость реакции отменная, и несмотря на нервную ситуацию после двух геймов его дыхание даже не участилось. А я ведь тут никого не жалею, и заставляю метаться по корту напуганной кометой.
— Если будешь продолжать трудиться, тебя ждет большое будущее, Цай Киу. Ян! — повернулся к противоположной Ассоциации скамейке, на которой расположились мои. — Поиграешь с Цаем на запасном корте? Мне интересно твое мнение.
— Конечно, учитель Ван! — не подвел падаван и махнул Цаю рукой. — Идем!
За Цаем Киу и Яном отправились тренеры падавана и двое тренеров пацана. Туда же вразвалочку направился скучающий тренер Ло, на ходу продолжая поедать орешки из легкомысленно-розового пакетика. Правильно, пригляди — может вообще стоит пацана в мой личный «пул» добавить, для регулярных тренировок на досуге.
Оставшиеся испытуемые от такого поворота пришли в ажиотаж — на их глазах один из «коллег» прямо с отборов отправился «играть с Яном», который вообще-то тоже уже звезда, и смотрит на него молодежь с лишь немного меньшим пиететом. К сожалению, энтузиазм — это не всё, и ни один из пятерых не смог ничего показать, а один и вовсе вылетел с позором — то бишь ушел с корта вместе с коррумпированным тренером.
Сгладив не прошедшим отбор ребятам удар стандартной речью про то, что не надо опускать руки — помогло слабо — я поблагодарил всех за потраченное время и усилия, пожелал удачи и выразил надежду на дальнейшие встречи на корте, и на этом счел свой долг исполненным, направившись на второй корт, осев на трибуне с молочным коктейлем в руках рядом с тренером Ло, смотреть как Ян и Цай гоняют мячик.
— Хорошо
