«С подобной вещью, — услышал он шёпот в своей голове, — ни мужчина, ни женщина более не смогут отнять у тебя Силу».
Это уже проделал Таим, пока держал Логайна в плену. Схватил, оградил щитом, не позволяя коснуться Источника. Попытки Обращения были болезненны, но время, проведённое без саидин…
«Вот сила», — подумал он, следя за мощными потоками. Желание обладать такой же силой почти затмило ненависть к Таиму.
— Не будем пока с ним связываться, — сказал Логайн. — Разбейтесь на заранее составленные группы. — Это были группы из одной женщины и пяти или шести мужчин в каждой. Женщина и двое мужчин могли образовать круг, остальные должны были обеспечивать поддержку. — Мы поохотимся на предателей Чёрной Башни.
Стоявшая рядом с Андролом Певара удивлённо вскинула бровь:
— Ты имеешь в виду — за Таимом? Разве Коутон не приказывал тебе помочь здесь с переброской людей?
— Я ясно дал понять Коутону, — ответил Логайн, — что не собираюсь провести весь бой, перемещая солдат туда-сюда по полю. А что касается приказов, то у нас есть личное указание Возрождённого Дракона.
Ранд ал’Тор отправил им своё «последнее» распоряжение, записку с небольшим ангриалом в виде фигурки мужчины, держащего меч. «Тень похитила печати от узилища Тёмного. Найдите их. Прошу, найдите их, если сможете».
Во время своего плена Андрол кое-что услышал и решил, что Таим хвастается насчёт печатей. Это была их единственная ниточка. Логайн оглядел окрестности. Их войска отступали с Высот. Отсюда Логайну не были видны ряды драконов, но густые клубы дыма над местом их дислокации не предвещали ничего хорошего.
«Он по-прежнему раздаёт приказы, — подумал Логайн. — Неужели я и далее буду им подчиняться?»
А если ради шанса поквитаться с Таимом? Тогда да — тогда он готов следовать приказам Ранда ал’Тора. Когда-то он не стал бы задавать себе столько вопросов, но это было до его пленения и пыток.
— Отправляйтесь, — сказал Логайн своим Аша’манам. — Вы все прочитали то, что написал лорд Дракон. Мы должны любой ценой вернуть эти печати. Нет ничего важнее этого. Будем надеяться, что они действительно у Таима. Ищите признаки применения Силы мужчинами, выслеживайте их и уничтожайте.
Не важно, окажутся ли этими направляющими шаранцы. Вкладом Аша’манов в эту битву станет уничтожение любых вражеских направляющих. Ранее они уже обсудили тактику. Почувствовав, что где-то направляет Силу мужчина, они с помощью Врат переместятся как можно ближе, постараются застать его врасплох и нападут.
— Если заметите одного из подручных Таима, — повторил Логайн, — постарайтесь захватить его живым, чтобы узнать, где Таим устроил себе логово. — Он сделал паузу. — Если нам повезёт, то М’Хаэль и сам там окажется. Помните, печати могут находиться при нём. Ни в коем случае нельзя уничтожить их во время атаки. Если заметите его, возвращайтесь и дайте мне знать, где он находится.
Они группами разошлись. С ним остались Габрелле, Арел Малевин и Карлдин Манфор. Ему просто повезло, что во время предательства Таима по крайней мере некоторые из его наиболее умелых сторонников оказались за пределами Башни.
Габрелле спокойно посмотрела на него.
— Что будем делать с Тувин? — спросила она.
— Убьём её, если найдём.
— Вот так просто?
— Да.
— Но она…
— Окажись ты на её месте, Габрелле, ты бы предпочла остаться в живых? Жить и служить ему?
Женщина закрыла рот, плотно сжав губы. Она до сих пор его боялась. Он это чувствовал. Это хорошо.
«Разве об этом ты мечтал, — раздался шёпот в его голове, — когда поднял знамя Дракона? Разве ради этого собирался спасать человечество? Ради того, чтобы тебя боялись и ненавидели?»
Он проигнорировал внутренний голос. Всё, чего он добился в жизни, случалось тогда, когда его боялись. Страх был его единственным помощником против Суан и Лиане. Тому, прежнему Логайну, всё ещё жившему где-то глубоко внутри него, тому, кто заставлял его жить дальше, нужен был страх окружающих.
— Ты её чувствуешь? — спросила Габрелле.
— Я распустил узы.
Её мгновенно охватило острое чувство зависти. Это его изумило. Он считал, что ей начало нравиться или, по крайней мере, что она научилась сносить их совместное существование.
Но, разумеется, это было всего лишь притворство, чтобы попытаться им манипулировать. Такова суть Айз Седай. Иногда он чувствовал с её стороны вожделение, может быть даже любовь, это верно. Но он не был уверен, может ли доверять тому, что, как он считал, исходило с её стороны. Очень похоже, что, несмотря на все его попытки освободиться и стать сильнее, им с самого отрочества управляли невидимые ниточки.
От потоков Демандреда веяло мощью. Какая силища.
С Высот донёсся мощный грохот. Логайн рассмеялся, откинув голову. С вершины, словно опавшие листья, разлетелись тела.
— Соединяемся! — приказал он оставшимся с ним. — Присоединяйтесь ко мне в круге, и мы отправимся поохотиться на М’Хаэля и его людей. Если Свету будет угодно, его найду именно я. Мой стол достоин только лучших блюд, включая голову оленя!
А потом… кто знает? Он всегда мечтал померяться силами с каким-нибудь Отрёкшимся. Логайн вновь ухватился за Источник, удерживая неистовую саидин, извивающуюся, словно змея, которая пытается ужалить. С помощью ангриала он вобрал побольше Силы, добавил к этому хлынувшую мощь остальных членов круга, и рассмеялся ещё громче.
* * *
Гавин чувствовал себя таким уставшим. За неделю, которая выдалась для подготовки, он должен был успеть восстановить силы, но вопреки этому сегодня чувствовал себя так, словно пробежал не один десяток лиг.
Тут уж ничего не поделаешь. Он заставил себя сосредоточиться на панораме битвы, открывающейся перед ним сквозь открытые Врата.
— Ты уверена, что нас не видят? — спросил он Юкири.
— Уверена, — ответила она. — Проверено неоднократно.
Она здорово поднаторела в создании таких вот Смотровых Врат. Эти она открыла прямо на поверхности стола, доставленного в лагерь из Тар Валлона. Он смотрел на поле боя сверху, как на карту.
— Если ты действительно сделала так, что нас не видно с той стороны, — посомневалась Эгвейн, — то это может быть очень полезно.
— С близкого расстояния их заметить легче, — признала Юкири. — Но эти настолько высоко в небе, что снизу их никто не увидит.
Гавину не понравилось, как встала Эгвейн: её голова и плечи нависали прямо над полем боя. Он промолчал, Врата обезопасили настолько, насколько это было возможно. И он не может защитить её от всего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
