Гавину не понравилось, как встала Эгвейн: её голова и плечи нависали прямо над полем боя. Он промолчал, Врата обезопасили настолько, насколько это было возможно. И он не может защитить её от всего.
— Свет, — пробормотал Брин, — они разносят нас на кусочки.
Гавин взглянул на него. Мужчина напрочь отмёл все предложения — даже весьма настойчивые — вернуться в своё поместье, заявив, что ещё не разучился держать в руках меч, просто его не нужно допускать к командованию. А кроме того, — настаивал он, — может оказаться, что Принуждение наложено на любого из них. И то, что им стало известно о его Принуждении, отчасти является их преимуществом. По крайней мере, за ним они могут присматривать.
Чем Суан и занималась, бережно держа его за руку. Кроме них в палатке находились только Сильвиана и Дозин.
Ход битвы совсем не радовал. Коутона уже выбили с Высот — хотя первоначально планировалось продержаться там как можно дольше, — драконы тоже уничтожены. Атака Демандреда Единой Силой оказалась настолько мощной, что превзошла все ожидания. А с северо-востока подошла ещё одна большая армия троллоков, которая напирала на силы Коутона, защищавшие реку выше по течению.
— Что он задумал? — спросила Эгвейн, постукивая по краешку стола. Сквозь Врата доносились отдалённые крики. — Если так и дальше пойдёт, наши армии будут окружены.
— Он пытается расставить ловушку, — ответил Брин.
— Какую ловушку?
— Это просто предположение, — ответил Брин, — и Свет знает, моим суждениям сейчас нельзя доверять так, как прежде. Но похоже, Коутон планирует ввести в бой сразу все силы без промедления, без попыток измотать троллоков. И, судя по ходу сражения, всё решится в считаные дни. Может, даже часы.
— Очень похоже на Мэта, — согласилась Эгвейн.
— Эти плетения такие сильные, — сказала Лилейн, — такая мощь…
— Демандред в круге, — ответила Эгвейн. — Очевидцы говорят о полном круге. Такого не бывало со времён Эпохи Легенд. И у него есть са’ангриал. Скипетр, его видели солдаты.
Гавин, положив руку на эфес, наблюдал за боем, который разворачивался далеко внизу. До него доносились пронзительные крики людей, когда Демандред посылал в них одну волну огня за другой.
Внезапно, возносясь к небесам, пророкотал голос Отрёкшегося:
— Где ты, Льюс Тэрин? Тебя видели тайно участвующим во всех сражениях. Ты и здесь прячешься? Сразись со мной!
Рука Гавина сжала эфес. Отступавшие с юго-западного склона Высот солдаты хлынули к броду. Несколько небольших отрядов ещё держались на склонах, а дракониры, казавшиеся Гавину крошечными как муравьи, увозили на мулах оставшихся драконов в безопасное место.
Демандред уничтожал бегущие войска. Он сам по себе являлся армией, подбрасывал тела в воздух, взрывал лошадей, сжигал и разрушал. Вокруг него троллоки захватывали возвышенность. Их грубые ликующие вопли долетали до Врат.
— Нам придётся заняться им, Мать, — сказала Сильвиана. — И поскорее.
— Он пытается выманить нас, — сказала Эгвейн. — У него есть этот са’ангриал. Мы могли бы сами составить круг из семидесяти двух, но что потом? Угодить в его ловушку? Быть уничтоженными?
— А какой у нас выбор, Мать? — спросила Лилейн. — Свет, он убивает тысячами.
Убивает тысячами. А они стоят тут.
Гавин сделал шаг назад.
Казалось, что его ухода не заметил никто, кроме Юкири, которая сразу же шагнула вперёд и заняла его место рядом с Эгвейн. Гавин выскользнул из палатки, а взглянувшим на него охранникам сказал, что ему нужно глотнуть свежего воздуха. Эгвейн одобрит. Она чувствовала, насколько усталым он был в последнее время, она упоминала это несколько раз. А ему казалось, что веки его налиты свинцом. Гавин взглянул на потемневшее небо. Издалека доносился грохот. Как долго он ещё будет стоять здесь и ничего не делать, пока вокруг умирают люди?
«Ты обещал, — подумал он про себя. — Ты сказал, что согласен стоять в её тени».
Но это же не значило, что он уже никогда не совершит ничего важного, не так ли? Он порылся в кармане, вытащил кольцо Кровавых Ножей и надел его. Растворяя усталость, к нему сразу же вернулась сила.
Он помедлил, затем достал другие кольца и надел их тоже.
* * *
На южном берегу Моры, перед руинами к северо-востоку от Дашарского холма, Тэм вызвал Пустоту, как много лет назад его научил Кимтин. Тэм представил себе язычок пламени и скормил ему свои эмоции. Его охватило спокойствие, затем ушло и оно, не оставив ничего. Как вновь выкрашенная девственно белая стена, которую только что вымыли. Всё растаяло.
Тэм был Пустотой. Он натянул лук — добрый чёрный тис выгнулся дугой — прижал стрелу к щеке и прицелился, но это было не обязательно. Когда он настолько глубоко погружался в Пустоту, стрела делала то, что он ей приказывал. Он не знал, как — не более чем солнце знает, что оно взойдёт, или ветви знают, что опадёт их листва. Не обязательно было знать, так просто было.
Он отпустил тетиву, она запела, стрела взмыла вверх, разрезая воздух. За ней ещё одна и ещё. Пять стрел неслись в воздухе, каждая выпущена с поправкой на переменчивый ветер.
Первая пятёрка троллоков, переходящая по одному из нескольких наплавных мостов, которые им удалось навести, упала. Троллоки ненавидели воду, их пугал даже мелкий ручей. Река продолжала течь, значит усилия Мэта защитить реку по-прежнему давали плоды. Тень обязательно попытается перекрыть русло. Уже пытается. Время от времени вниз по течению проносило то троллока, то тушу мула.
Тэм продолжал стрелять, к нему присоединились Абелл и другие двуреченцы. Иногда они били по скоплениям троллоков не целясь, хотя это случалось редко. Рядовой солдат мог стрелять не глядя и надеяться, что его стрела найдёт цель, но к хорошему лучнику из Двуречья это не относилось. Это для солдат стрелы не представляли ценности, но не для лесных охотников.
Атаки троллоков захлёбывались. Рядом с двуреченцами заряжали своё оружие арбалетчики, залпами обстреливая Отродий Тени. Стоявшие за спинами троллоков Исчезающие безуспешно пытались гнать их хлыстами через реку.
Стрела Тэма попала Исчезающему туда, где у него должны были быть глаза. Стоящий рядом крупный человек, по имени Бэйрд, одобрительно присвистнул. Опираясь на топор он наблюдал, куда падают стрелы. Он был из отряда солдат, поставленного позади лучников, чтобы выдвинуться и защитить их, если троллокам удастся форсировать реку.
Бэйрд был командиром одного из отрядов наёмников, примкнувших к армии, и хотя он был андорцем, ни он, ни около сотни людей под его началом не распространялись о том, откуда они пришли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
