– Полковник, я хочу, чтобы вы были рядом. Связь не должна прерываться. Не убегайте от меня. И сами не ввязывайтесь в бой. Пусть нас окружит конная гвардия. Соберите их в центре города. Я скоро спущусь.
Марлайл кивнул и перевел взгляд куда-то за спину Кассиуса.
– Они идут. – Полковник указал на склон. – Смотрите.
– Вижу, – спокойно ответил Кассиус.
Большая группа отделилась от армии трийцев и направилась к городу. Облаченные в золотистый цвет всадники напомнили Кассиусу рассвет. Они ехали шагом. Впереди – всадник с гордо поднятой головой.
– Предложение сдачи? – с надеждой предположил Марлайл.
Кассиус нахмурился. Он еще не слышал, чтобы кто-нибудь из военачальников предлагал противнику условия сдачи. Но даже если б они предложили, он не имеет права их принять. Очередная нарская глупость. Генерал натянул на лицо маску уверенности в себе.
– Полковник, выполняйте мой приказ. Проследите, чтобы огнемет починили. И соберите кавалеристов в центре города. Ждите меня там.
– Сколько, сэр? Дюжину?
– Пятьдесят.
– Пятьдесят? Сэр, если я отзову такое количество людей, чтобы…
– Выполняйте! – взорвался Кассиус. – Идите. И пусть оседлают моего коня.
Марлайл повиновался, оставив генерала на балконе одного. Тот перевел взгляд на приближающихся воинов. Ему показалось, будто едущий впереди улыбается. Даже с такого расстояния Кассиус разглядел, как сверкнули его зубы. Он знал: послание будет предназначаться ему. Он поправил мундир, прошептал короткую молитву и вышел из дома вслед за Марлайлом.
Шохар Собиратель черепов решительно приближался к городу нищих. Позади него ехал отряд из четырехсот воинов с застывшими лицами. Низкорослый военачальник изо всех сил старался сидеть в седле прямо. Его золотистые шелковые одежды, сияющие чистотой, красиво драпировались на груди и бедрах, длинные волосы аккуратно лежали на плечах, перетянутые ярко-голубыми лентами. Не будучи ни сильным, ни мускулистым, он славился ловкостью и хитростью – и очень этим гордился. Иные утверждали, будто сложением он походит на женщину. В основном это были мертвецы.
Шохар тщательно обдумывал ситуацию, подобрав поводья так, чтобы его лошадь двигалась медленным шагом. Перед ним высились здания Экл-Ная. Ему видны были солдаты, суетившиеся на улицах, – масса черных муравьев. Он уловил яркий отблеск на одной из башен и догадался, что там установлен огнемет. Дальнобойный – такой может попасть в него даже с этого расстояния. Прислушавшись, он уже мог улавливать голоса, долетавшие с улиц, – тревожные звуки громких приказов командиров.
Шохару всегда нравился Люсилер из Фалиндара. И он всегда почитал Тарна. Однако оба не были военачальниками и просто не могли понять ситуацию. Для него и Пракстин-Тара все выглядело иначе, ибо они – люди войны по рождению и воспитанию. Просить их измениться равносильно тому, чтобы велеть реке повернуть вспять.
Собиратель черепов осадил коня, оборотившись лицом к своему отряду. Всадники и пешие остановились рядом со своим военачальником. Шохар видел, как Люсилер сверху наблюдает за ними. Там же остался Пракстин-Тар и все воины, ожидавшие результата его поездки. Шохар запустил руку под свое одеяние и извлек записку, которую ему вручил Люсилер. Он не умел читать по-нарски, но знал, что там написано, – и его мутило от этих слов. Улыбаясь словно безумец, он поднял письмо и показал своим воинам. Потом сжал его в кулаке и, смятое, уронил на землю – разумеется, так, чтобы Люсилер все это увидел.
– Собирайте черепа! – пронзительно закричал он. – Сегодня мы отомстим!
Люсилер потрясенно застыл, глядя на происходящее у подножия холма. Шохар что-то говорил, но Люсилер даже не пытался читать по его губам. Военачальник бросил его письмо на землю, и в эту минуту им забавлялся легкий ветерок. Его воины одобрительно кричали, готовые ринуться в атаку. Люсилер застонал. Рядом с ним весело хохотал Пракстин-Тар. Люсилер погрозил ему кулаком.
– Вы! – возмущенно крикнул он. – Вы сговорились с ним!
– Вот и нет! – давясь смехом, возразил Пракстин-Тар. – Могу поклясться именем Тарна!
– Что он делает, Пракстин-Тар? Отвечайте!
– Не знаю – и опять-таки могу в этом поклясться!
Люсилер не знал, чему верить. По рядам солдат на холме уже пробежала волна сомнения. Они смотрели на него, ожидая приказа. Даже Пракстин-Тар вопросительно смотрел на него. Внизу Шохар с пронзительными воплями мчался к городу, размахивая огромным жиктаром. Там раздался сигнал горна. На двух башнях загорелся опасный огонь. Отряд Шохара рассыпался и теперь следовал за своим командиром: лошади стучали копытами, пешие воины бежали во весь дух.
– Будь ты проклят, Шохар! – прошипел Люсилер. – Будь ты проклят!
– Ваш приказ! – потребовал Пракстин-Тар. – Мы с ними?
Поток огня вырвался с одной из башен, ударив среди бегущих воинов и воспламенив землю. Через несколько секунд выстрелил второй огнемет. Трое всадников позади Шохара упали: под ними провалилась почва. Шохар продолжал скакать так, словно ничто на свете не могло его остановить.
– Люсилер! – крикнул Пракстин-Тар. – Мы должны к ним присоединиться! Сейчас же!
Люсилер закрыл глаза, пытаясь справиться с гневом.
– Я вас слышу, Пракстин-Тар. Я вас слышу.
Ему хотелось оставить Шохара умирать, ему хотелось, чтобы череп самого Шохара стал чьим-то трофеем… Но у него по-прежнему оставалась главная цель – и он отдал приказ.
Карлаз ждал, сидя на своем гигантском боевом льве. Его бронзовая кожа и песочная шкура льва помогали им оставаться незаметными среди скал. Он поднялся высоко в Железные горы – извилистая дорога Сакцен лежала далеко внизу, солнце обжигало тело. С ним было еще пятьдесят львиных всадников: все оставались в седлах, перетянутые ремнями и готовые к бою. На противоположной стороне дороги в засаде находились еще пятьдесят таких же всадников, но они прятались так же хорошо, как и сам Карлаз, а потому военачальнику трудно было разглядеть их среди камней. К востоку от него, дальше по дороге, ожидал военачальник Нанг – существо, напоминавшее Карлазу какое-то чудовище, а не человека. Нангу, как и ему самому, было поручено захватить и удержать дорогу. Эта задача как нельзя лучше подходила крепким полуголым воинам из Огненных степей. Карлаз и его львы перевезли воинов Нанга через самые трудные участки гор, но дальше те пошли сами – босиком.
Со своего каменистого поста Карлаз наблюдал за городом. Это было уродливое место – обожженное пожаром, с неуравновешенными, странными зданиями. Карлазу никогда не приходилось видеть столь высоких сооружений. Он слышал о Фалиндаре, но никогда его не видел и теперь недоумевал: неужели дворец дэгога казался таким же возмутительным, как это порождение Нара? Его лев, Анака, тихо зарычал. Зверь чуял приближение битвы и беспокоился в предвкушении крови. Карлаз подался вперед и, успокаивая, запустил пальцы в его гриву. Анака был самцом – самым мощным из всех боевых львов, но, несмотря на внушительные размеры, прекрасно реагировал на легкое прикосновение. Лев перестал рычать и, утихомиренный, чуть опустил голову. Он тоже наблюдал за городом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
