Со своего каменистого поста Карлаз наблюдал за городом. Это было уродливое место – обожженное пожаром, с неуравновешенными, странными зданиями. Карлазу никогда не приходилось видеть столь высоких сооружений. Он слышал о Фалиндаре, но никогда его не видел и теперь недоумевал: неужели дворец дэгога казался таким же возмутительным, как это порождение Нара? Его лев, Анака, тихо зарычал. Зверь чуял приближение битвы и беспокоился в предвкушении крови. Карлаз подался вперед и, успокаивая, запустил пальцы в его гриву. Анака был самцом – самым мощным из всех боевых львов, но, несмотря на внушительные размеры, прекрасно реагировал на легкое прикосновение. Лев перестал рычать и, утихомиренный, чуть опустил голову. Он тоже наблюдал за городом.
А потом его уши насторожились: он что-то уловил. По обеим сторонам дороги все львы и их всадники подняли головы. Карлаз внимательно прислушался. Голоса. Крики. Он сжал зубы, сожалея, что план Люсилера провалился. У горизонта пролетела оранжевая молния, потом – вторая. Раздался отдаленный гром. Львы взревели, радуясь шуму. Карлаз напрягся, крепче удерживая Анаку. Это был тот сигнал, которого он опасался. Он вывел Анаку из укрытия, чтобы все его товарищи могли их видеть, и неохотно отдал приказ наступать.
Генерал Кассиус нашел своего коня в центре города. Как и было приказано, Марлайл собрал пятьдесят кавалеристов, призванных его охранять. Отсюда он сможет в безопасности наблюдать за ходом боя и командовать войсками – хотя бы некоторое время. И тут он будет на виду у солдат, которых призывает умирать за него. На башнях открыли огонь дальнобойные огнеметы, но их было всего два. Кассиус огляделся, высматривая Марлайла. Он заметил полковника на улице у края города: тот громко отдавал какие-то приказы взводу пехотинцев, охранявших дорогу. У них было всего два ручных огнемета, и, похоже, Марлайл объяснял, как их следует применять. Кассиус читал его мысли. Он велит огнеметчикам производить короткие залпы, экономить горючее и вести перекрестный огонь по диагонали. Действительно, огнеметчики заняли позиции на противоположных сторонах улицы. Кассиус рысью подъехал к полковнику.
– Марлайл, я же приказал вам быть рядом со мной! Сейчас же отправляйтесь в центр!
Адъютант тотчас направился к нему, проталкиваясь сквозь толпы легионеров, спешивших к границе города. Лицо у него стало пунцовым, взгляд испуганно метался.
– Докладывайте! – приказал Кассиус.
– Первая волна уже у границы города, – пропыхтел Марлайл. – Я отправил им навстречу взвод кавалерии…
Загрохотал ближайший дальнобойный огнемет, и Марлайл инстинктивно пригнулся. Кассиус бросил на него раздраженный взгляд.
– А третий огнемет?
– Еще не действует. Я послал туда несколько инженеров: они попытаются наладить подачу горючего через шланги, снятые с ручных огнеметов. Но на это нужно время.
– У нас нет времени! – зарычал Кассиус. – Поставьте на башню несколько лучников. Сию минуту! И разместите батарею лучников у западной улицы. Проследите, чтобы они полностью ее перекрыли. Пусть там установят баррикаду, чтобы гоги не смогли прорваться. Если они это сделают, начнется рукопашная!
Полковник промычал что-то невнятное и ускакал. Кассиус подъехал к группе солдат, которой только что занимался Марлайл. Он увидел, как в самом конце улицы встретились армии: гоги начали пробиваться в Экл-Най. Следом за первой волной с холма хлынули другие отряды трийцев. Следующий выстрел огнемета попал в их ряды. Несущиеся в атаку кони при приближении к городу разделились на два потока. Лучники, выстроившиеся вдоль западной баррикады, осыпали поле боя стрелами. Трийские лучники отвечали, и стрелы их со свистом падали на город. Вскоре улицы осветятся пламенем: откроют огонь ручные огнеметы. Кассиус поскакал к относительно спокойному центру города, под защиту конной гвардии.
Люсилер бросил своего коня в схватку. Он спешил за Шохаром, но безумный военачальник уже ворвался на улицы города и сносил головы в бронированных шлемах, не обращая внимания на взрывы пламени вокруг него. За считанные минуты, прошедшие с начала атаки, фанатики Шохара добились поразительного успеха: они оттеснили первую линию защитников и смяли отряд кавалерии, высланный остановить их. Воины Таттерака и Рийна вступили в бой и сражались бок о бок с людьми Шохара; по окраинам города пронеслась неудержимая орда. Люсилер приказал отряду лучников сосредоточиться на баррикадах. Надо было их ослабить, чтобы облегчить продвижение вперед. Однако башенные огнеметы начали стрелять по лучникам, мгновенно сократив их численность. Люсилер понял, что им предстоит воевать не на поле боя – сражение будет проходить в каменных джунглях.
Хакан и остальные воины Таттерака заняли позиции около западных баррикад и начали пробиваться к центру города. Люсилер оторвался от них, чтобы догнать Шохара. Он заметил, как военачальник скачет по узким улицам. По нему вели огонь из двух ручных огнеметов. Шохар не реагировал на пламя, словно это был легкий дождик. Двадцать его всадников готовы были изрубить защитников города своими окровавленными жиктарами.
– Черепа! – вопил военачальник. – Черепа для Люсел-Лора!
Ослепленный яростью, Люсилер мчался следом за ним. Улица озарилась оранжевым пламенем. Огромный конь Шохара отскочил в сторону, увернувшись от огненного удара, который поразил сразу троих воинов. Солдаты, стоявшие в конце улицы, приготовились отражать атаку. Они взялись за мечи и снова нажали гашетки. И снова не попали по Шохару, который выскочил на середину улицы, торжествующе поднял жиктар и с наслаждением наблюдал за тем, как его воины схватились с легионерами. Огнеметчики были повержены в считанные минуты: трийские жиктары разрубили их на куски. Из перебитых шлангов потек керосин, орудия упали на мощеную мостовую. Шохар смеялся как от щекотки.
– Шохар! – крикнул Люсилер. – Проклятие!
Он подскакал к военачальнику и выбил его из седла. Ошеломленный Шохар упал на землю и воззрился на Люсилера безумным взглядом.
– Как вы посмели! – бросил ему командир.
Шохар небрежно поднял жиктар, игнорируя кипящий вокруг него бой, и низко поклонился Люсилеру.
– Так уж оно есть, Люсилер из Фалиндара. И так оно должно быть.
– Я этого не хотел! – взревел Люсилер. – И Тарн тоже! Как вы посмели меня ослушаться?
Шохар улыбнулся.
– Можете отрубить мне голову, когда бой закончится. Но сначала я наберу себе черепов. – Военачальник снова вскочил в седло. – Вы еще скажете мне за это спасибо – и вы, и Тарн.
С этим он уехал, послав коня в глубину города. Люсилер остался один посреди следов бойни. Он проводил Шохара взглядом. У него над головой грохотали жаркие выстрелы башенных огнеметов. Мимо пролетела стрела – за ней еще сотня. Люсилер как будто ничего не замечал. Сегодня они отомстят за ту бойню, которую нарцы учинили в Экл-Нае, и он не сможет остановить кровопролитие. Вскоре в бой вступит Карлаз со своими львами, и зверей Чандаккара сдержать будет невозможно. Они станут пировать, пока не набьют себе брюхо. А если кому-то из нарцев удастся спастись бегством и они доберутся до дороги Сакцен, там их будет ждать не менее страшное животное: военачальник Нанг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
