Пусть проклятый нахлебник подавится, очень уж освежиться хочется.
Тарелка была торжественно внесена в санитарный отсек. Огрызок бутерброда заставил зажравшегося наглеца недовольно поморщиться, но початая бутыль плодово-ягодного была принята более чем благосклонно.
Поворчав для порядка, душевой сцапал угощение и удовлетворенно забулькал в углу.
Вернувшись в душевую кабину, я принял исходное помывочное положение и некоторое время терпеливо ждал.
Тишина. И сухо как в пустыне.
— Ну! Где вода? Ты же получил обещанное! Или все-таки посмел заткнуть трубу, дрянь вонючая?
— Да я фуф не фри фем! Ее фыкуфили! — не прерывая бодрого чавканья, равнодушно поведал душевой уже откуда-то из стены.
— Что? — не понял я. — Отставить хрюканье, говори внятно! Почему холодная вода не течет? Ты долго собираешься издеваться?
— Выключили ее… о… о…о… — Короткая фраза скользнула по потолку и выплеснулась из сухого крана, дразня хвостиком прицепившегося эха.
— Выключили?! Ах ты, мерзкий сортирный барабашка! — разозлился я. — Ты же заранее должен был знать! Я весь в мыле засохшем! Почему не предупредил?!
— Ага! — хихикнули из унитазного бачка. — Хрен бы ты тогда мне поесть дал!
Смыв с себя корку подсохшей пены кипятком под надрывные завывания «Ой, рыбина-а кудрявая-а-а-а…» счастливого душевого, я громко пообещал в самое ближайшее время угостить кое-кого пирожками с отравой, вытерся и, пыша одновременно телесным и душевным жаром, отправился одеваться.
Любовно составленной «пары» носков на месте не было.
Кошки Шивы тоже — вот странное совпадение!
Натянув на копыта то, что осталось от былой роскошной коллекции, я впрыгнул в раздвоенные по подошве ботинки, застегнул полевую форму, тихо выругался и еще минут десять потратил на то, чтобы отчистить камуфляж от налипшей серой шерсти.
Здравствуй, воспетое поэтами романтическое время — весна! Пришла, долгожданная ты наша, пора любви и кошачьей линьки!
Закончив приводить себя в порядок, я мельком глянул в зеркало, полюбовался нашивками, стряхнул с рогов пылинки и пригладил волосы.
— Краса-а-авец! — ехидно протянул в наушнике голос курирующего администратора. — Чистый, аккуратный — хоть картину рисуй! Только напрасно ты, Пятый, так старался. Полевой комбинезон не понадобится. Работенка сегодня предстоит несколько… э-э-э… специфическая…
— И в чем специфика? — насторожился я.
— Если коротко, будешь сопровождать смертное лицо мужского пола из пункта А в пункт Б.
— И только-то? — оскорбился я. — С каких это пор Организация выполняет функции охранного агентства? Я полевой работник шестого ранга!
— Слушай, сынок, хватит привередничать. Дали работу — делай ее. Сейчас не до тебя, других проблем хватает.
— Ага, — загорелся я. — Ловлю на слове! Значит, про масштабную боевую операцию все правда! Недаром в общаге по углам шушукаются! Расскажите подробности, до смерти любопытно.
— Пятый! — укорил куратор. — Ты просишь меня выдать служебные тайны? Меня?!
— Лучше узнать правду от родного курирующего администратора, чем питаться слухами, — твердо сказал я.
— Не имею права разглашать!
— Ну и ладно. Сейчас пойду в курилку и все узнаю лично от товарищей по филиалу.
— Вот уж поистине сверхнадежный источник! — Из наушника вылетел презрительный смешок. — Эти твои так называемые товарищи только и умеют, что байки травить!
— Ошибаетесь. Например, я в курсе того, что позавчерашней ночью душа покойного архимага Аша, принимающая вечные муки на нижнем круге преисподней, взлетела над сковородой и начала бешено крутиться вокруг своей оси, потому что кто-то из смертных потревожил его могилу. Говорят, две панны сначала почистили гроб на предмет золотишка, а потом надругались над мертвым телом.
— Брехня, — механически поправил куратор. — На самом деле склеп вскрывали трое: бродяжка-домушник, некромант и его сестра магисса-целительница. И никакого золота в гробу не было.
Я дипломатично хмыкнул.
— Тогда понятно, отчего они так разъярились, что повели себя… э-э-э… не слишком культурно.
— Что-то ты в последнее время стал излишне сексуально озабочен, Пятый, — ядовито сказал куратор. — Никак весна в голову ударила? Должен тебя разочаровать, но покойника никто не насиловал. Все гораздо хуже: его воскресили и допросили. Скажу больше: во время допроса архимаг Аш невольно чуть не похерил грандиозный план Организации. Сболтни он еще хоть слово — конец всему. Хорошо, черт-истопник вовремя сориентировался: быстро доложил наверх, и к месту захоронения нашего элитного грешника вылетела аварийная бригада. В последнюю секунду успели: заткнули рот болтливому мертвецу.
— Знаю, — кивнул я, — теперь он в Раю. У ночного дежурного прямо руки от волнения тряслись, когда рассказывал. Говорит, жуткое зрелище было: только что душа перед носом крутилась-вертелась, а потом — фюить! — пустая сковорода!
— Бред. У твоего дежурного руки тряслись, потому что он позорно бросил пост и с перепугу напился как свинья. На самом деле Аш удостоился не Рая, а всего лишь внеочередной реинкарнации. Допрос оказался для него слишком мучительным.
— Повезло. А чем он вообще прославился, этот старик? В курилке говорят, что на спор придумал каких-то невероятных биороботов, которые триста лет назад всемером разгромили целую армию.
— Опять мимо. Не роботов, а настоящих живых солдат с удивительными способностями. И не армию они громили, а четыре сотни обычных рабов, на которых тогдашний император Орасса и Каперии Либбиак Второй разрешил провести испытание.
— Еще говорят, что Организация собирается в ближайшее время воссоздать этих существ и натравить их на ангелов.
В наушнике раздался характерный глухой звук — куратор постучал себя по лбу (в беседах со мной он часто использует этот прием).
— Пятый, Пятый… Что же ты всякие глупости слушаешь, сынок! Ангелам эти солдаты, как медведю комариный укус. Вот восьмое изобретение архимага Аша действительно удостоилось внимания аналитиков Организации. Отдел прогнозов утверждает, что если все пойдет по плану и чудо-зверь будет рожден, поголовье ангелов в мире сократится минимум в десять раз.
— А как же Кодекс? — тихо ахнул я, пытаясь связать в уме услышанную новость с полученным заданием и не находя ни одной связующей ниточки.
— Никаких нарушений! — торжественно отчеканил куратор. — Никаких! Руки носителей Отрицательной сущности не запятнает ни одна капля ангельской крови, все произойдет чисто случайно! — В наушнике послышался характерный шорох потираемых ручонок. — Аш-шуар, Пятый, это такой невероятный зверь, против которого… — Тут администратор резко осекся, и я понял, что диалог подошел к логическому завершению.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
