— Уверена, вы так не поступите, — посмотрела я прямо в глаза, и артефакт плавно убавил яркость красного света, а потом и вовсе погас. — И я никого не выгораживаю.
В стекляшке вспыхнули желтые искры, и вскоре стало казаться, что в листве запуталось, слегка покачиваясь на ветру, еще одно маленькое солнышко.
Друид сощурился и, прикрывшись рукой от желтого сияния, мрачно посмотрел в сторону артефакта, потом на меня. И снова на артефакт. Его челюсти сжались, а на шее напряглись желваки.
Еще час назад я бы не смогла удержаться от коротких взглядов на выразительные линии губ, сделавшихся особенно четкими на напряженном лице. Но сейчас я смотрела на мужчину отстраненно. Его красота меня не цепляла. Да и разве можно восхищаться красотой палача, который вот-вот тебя казнит? Может, я преувеличиваю, но запрет варить зелья для меня будет маленькой смертью. Впрочем, даже это покажется мне пустяком, стоит ему узнать про делишки Насти.
Я вздрогнула, отгоняя вчерашние видения, и сильнее вцепилась зубами в травинку.
— Если вы никого не выгораживаете, тогда почему не назовете имя? — Скулы друида заострились, и я заметила, как он то и дело косил взгляд к браслету на своем запястье. — Зельеваров в герцогстве по пальцам пересчитать.
Допрос явно шел не по плану, к выкрутасам артефакта Элиан оказался не готов. Определенно, это было везение, на которое я и рассчитывать не могла. Оставалось лишь определиться, насколько мне теперь обнаглеть.
Эх, была не была!
— Я не знаю имени, и вообще это был сон, — задумчиво произнесла я. — А сны — это так, пустяки.
— В Ведунах ко снам следует относиться всерьез. Что вам приснилось?
— Девушка с темными длинными волосами готовила зелья. — Язык пронзила острая боль, и во рту появился вкус крови. М-да, мне только кажется, что я держу себя в руках, а сама травинкой умудрилась порезаться.
Кристалл снова вспыхнул кровавыми брызгами, а вибрация пространства неприятно отозвалась в желудке.
— Мне кажется, ваш артефакт сломался.
Обнаглела я в край и останавливаться не собиралась. Потому что другой такой возможности узнать что-нибудь о себе самой может и не представиться.
— Черный дым протягивал к ней свои щупальца и… — В ушах застрекотало.
Вибрация перешла в легкое потрескивание, а пространство вокруг окрасилось в сине-фиолетовые тона.
— И в самом деле, что-то с ним не так. — Друид встал, снял с дерева сверкающую всеми цветами радуги стекляшку и коснулся ее у основания. Она мигом погасла, и он спрятал ее в карман.
А я с облегчением закрыла глаза. Цветопредставление меня изрядно утомило.
— Так что там было во сне с щупальцами? — Элиан снова уселся напротив меня и продолжил играть роль доброго полицейского.
— Они превратились в студень, намотались на руку. Потом появилась пчела и студня не стало. Пчела тоже исчезла. Бредовый сон, — дернула я плечом.
— Описать, где все это происходило, сможете? — На лице Элиана в этот момент нарисовалась чрезвычайная скука и безмятежность: история его ничуть не заинтересовала. Как кота не интересует полная скрынка сметаны.
— Нет. — И я посмотрела в глаза цвета кофе с молоком. Пожалуй, молока в них сейчас меньше, чем час назад. — Фон я или не увидела, или не запомнила.
Дыхание друида участилось. В глазах мелькнул проблеск интереса, и он перехватил мой взгляд.
— Почему вы так на меня смотрите? Это была не я!
— Охотно верю даже без артефакта правды. Потому что если бы это были вы, то мы бы с вами сейчас не разговаривали.
Он встал и подошел ко мне так близко, что подзабытый аромат весеннего леса окутал меня с ног до головы. Коснулся рукой моего подбородка.
— У вас кровь. — С его ладони на кожу хлынуло тепло, и привкус железа исчез.
— Почему мы бы не разговаривали?
— Вы были бы или мертвы, или ждали суда за измену герцогу, — произнес он буднично.
Таким тоном детей зовут есть манную кашу на завтрак. А я чуть не поперхнулась воздухом.
— Не понимаю… Объясните.
— Вы здоровы? — всмотрелся он в меня. — Какая-то вы совсем бледная.
— Упала пару дней назад, до сих пор нехорошо. Вы не ответили.
— Если светлый маг отдастся темной магии, то он может умереть… Это прописная истина, известная каждому.
Друид снова затянул волосы в хвост, но сейчас я и не подумала пялиться на его отточенные тренировками мышцы и длинные красивые пальцы.
— И чему только вас в Академии зельеваров учили?
Я молча ждала продолжения.
— Светлых магов средней силы, какими являлись Гатальские, темная магия убивает мгновенно. Но есть очень сильные маги, способные принимать в себя и светлую, и темную магию. В нашем светлом герцогстве делать этого нельзя под страхом смерти. Нарушителя ждет обвинение в шпионаже и измене.
— Герцог слишком суров. — Только услышав свой голос, я поняла, что произнесла фразу вслух.
— Ася, вы забыли про войну? Про то, как темная магия прорвалась из-за гор, как она уничтожала поселки и мелкие города?
— Нет, но… почему вы считаете, что подобное может повториться?
— Разведка донесла, что князь Загорья хочет во что бы то ни стало отвоевать у нас Светлый Реликтовый Лес и готовится к новому нападению. Рисковать нам нельзя, и герцог был вынужден пойти на такие суровые меры.
Я сцепила руки в замок и ослабила их, только когда увидела побелевшие пальцы.
— Так всё-таки кто продал Александре приворотное зелье?
— Девушка из моего сна. Я ее не знаю. Это был просто сон, — одеревеневшим языком произнесла я.
Мужчина чуть прищурился. Его глаза опять посветлели. Или в них отразились солнечные зайчики.
— Ладно, я обещал, что надолго вас не задержу, — он поднялся и посмотрел на небо. — Сейчас мы вернемся к вам домой, и я проверю условия вашей работы и сырье. И в дальнейшем буду следить за вашей деятельностью. При малейших подозрениях, так и знайте, я аннулирую вам лицензию. К слову, вы все еще не переоформили ее на себя. Как и лавку.
— Переоформлю в ближайшие дни, — кивнула я. — Значит, вы мне верите?
— Верить магу, от силы которого слетает настройка моего артефакта правды… Ася, я похож на идиота?
— Тогда почему вы разрешаете мне продолжить работать?
— Решил дать вам шанс, вдруг случилось чудо и вы не лжете. Но… я точно знаю, что чудес не бывает, и я буду очень, — он остановился на полпути к машине и с ударением повторил, — очень внимательно за вами наблюдать.
— Не сомневайтесь, я оправдаю ваше доверие. — В теле появилась невероятная легкость.
— Не спешите с обещаниями. Лес вас не принял. И пчелы… они вас атаковали, — в его голосе прозвучали недобрые нотки.
— Что в этом такого? Пчелы, стоит попасться им на пути, нападают всегда.
— Это другие пчелы. Они вестники светлой магии и атакуют, только если улавливают колебания темных материй.
Элиан подошел к машине, открыл дверцу, и мы сели на свои прежние места.
— Так что присматривать за вами я буду для вашего же блага, — с твердостью, присущей скалам, произнес он и коснулся кристаллов на панели управления.
Обратно ехали мы в гробовой тишине. Я посматривала на его запястья и на витой браслет с десятком разноцветных камешков. Элиан обращал внимание только на дорогу. Но время от времени его подбородок напрягался, а дыхание учащалось.
Глава 24
До чего же этот мир похож на мой родной… Пусть он отстал в развитии лет на семьдесят, но замашки у населения все те же. Даже друид, леший его побери, не постеснялся использовать избитый прием: под видом заботы навязать полный контроль.
Хотя мне грех жаловаться. Я возвращаюсь домой, зелья варить мне не запретили и в измене герцогу пока не обвиняют. Красота!
Однако в момент, когда я уже почти расслабилась и начала отрешенно разглядывать проплывающий за окном луг, мой спутник остановил машину. До поселка еще оставалось добрых полкилометра, и под ложечкой у меня засосало.
— Давайте немного пройдемся, — распорядился он, открывая дверцу. — А потом вы покажете свое наследство.
