– Вот же наглая особа! Дважды за вечер побывала на мне сверху и еще обижается! Кстати, приличные девушки в окна к холостым мужчинам не лезут! Потому они и остаются приличными.
Поляну вновь огласили громкие звуки: на этот раз очень похожие на ругательства. Только теперь источником звуков была девушка. Услышав, до какой дальней родни Кости дошла Эллиана, Даниил не выдержал и рассмеялся – он не ожидал от сестры столь богатого словарного запаса, которым просто не должна была обладать девица ее происхождения.
Хорошенько отсмеявшись, он поинтересовался:
– Ты намеренно ждал, пока я нанесу мазь, чтобы Элли не передумала и не забрала лечебное средство?
– Что-то вроде того, – не стал отрицать Константин, поднимаясь.
– Элли? – Эллиана даже перестала возмущаться, услышав непривычное обращение, и вопросительно посмотрела на Даниила. – Почему ты меня так назвал?
Тот немного смутился.
– Извини, просто там, откуда я прибыл, уменьшительный вариант имени не вызывает удивления. Скорее это обычное дело. Мне, наверное, не стоило тебя так называть?
– Почему же, мы ведь перешли на «ты». Просто это… несколько неожиданно. Поэтому он… – Сестра указала на Константина, намеренно не называя его имени. – Зовет тебя «Нил»?
– Да, у друзей так принято.
Девушка ненадолго задумалась. А по истечении нескольких секунд вынесла вердикт:
– Пока будем вместе, называй меня именно так. Это имя привлечет меньше внимания, чем полное.
Эти слова напомнили Даниилу о причине, по которой они сейчас оказались в лесу.
– Хорошо, а теперь поведай наконец, почему дед настолько не любит меня, что нам приходится бежать от его убийц?
Эллиана, казалось, ждала этого вопроса. Ответ последовал незамедлительно:
– Все дело в престолонаследии.
– Если можно, поподробнее.
– Подробнее? Можно. Если ты помнишь, твое существование как прямого потомка было доказано прилюдно. Таким образом, ты являешься возможным претендентом на престол. Это может случиться, если у дяди, наследующего трон после деда, не будет детей, что, скорее всего, и произойдет. Во дворце об этом говорят все: дядя неоднократно пытался, но потомства, даже незаконного, у него так и не появилось. Плюс к этому есть один нюанс в законе: если до определенного возраста наследник не обзаведется потомством, он теряет право наследования. Эта дата уже не за горами. В таком случае престол наследует старшая из дочерей или ее прямые потомки. А потомком являешься ты. Но если ты знаешь, охотников, выступающих в качестве наследников, в знатных и особенно королевских семьях, мягко говоря, не любят. Даже стараются каким-то образом лишить их привилегий, хоть это и непросто. Нужен серьезный повод. Однако закон в нашей стране четко указывает на то, что на трон может взойти в первую очередь представитель мужского пола, и только по причине отсутствия такового престол наследует женщина. Получается, вне зависимости от желания деда, в скором времени именно ты должен стать первым претендентом на трон. После твоего изгнания из дворца дедушка стал строить планы, как не допустить охотника на этот самый трон. Он выдвинул идею, которая заключается в том, что мне в срочном порядке будет найден жених, для упрощения дела – из числа воздыхателей. Нужно, чтобы я забеременела. Сразу после свадьбы с женихом случится несчастный случай. Это необходимо из-за того, что дед не желает смены королевской династии. Он официально объявит моего ребенка наследником. Твоя же смерть нужна для того, чтобы ты гарантированно не смог заявить о своих правах на корону.
– Добрый у нас дедушка. – Даниил даже не выказал удивления. – В его сердечности и дружелюбии я успел убедиться еще во дворце.
– Именно. И лучше нам, не задерживаясь, двигаться дальше. Когда ему доложат о твоем побеге, по всей стране будут разосланы поисковые патрули.
– Нам?! – Тут Даниил скрыть удивление не смог. – Тебе ведь смерть не угрожает, а следовательно, нет смысла идти с нами.
И полувопросительно добавил:
– Если только у тебя нет каких-то своих причин…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он ожидал, что сестра смутится, замнется, помедлит с ответом, так как интуитивно чувствовал, что последней своей фразой попал в точку. Но она удивила: не только не промедлила, но еще ответила в агрессивной манере. С вызовом посмотрев ему в глаза, заявила:
– Неужели ты думаешь, что меня радует участь племенной кобылы?! Лично я не имею желания ложиться в постель к каждому, кого мне подсунет дедушка ради государственной необходимости и для реализации его безумных планов!
Такой выпад застал Даниила врасплох. Поразила его не сама агрессия, а те выражения, в которых все было высказано. Казалось, девушка с таким положением и воспитанием не должна позволять себе подобных выходок. Хотя понять ее он мог: бесчеловечный поступок деда вывел бы из себя кого угодно.
– А ты не боишься последствий своего бегства, особенно если выяснится, с кем ты бежала?
– Нет, – последовал короткий ответ.
– И тебя не остановит то, что ты единственный человек, способный сохранить королевскую династию, правившую страной на протяжении многих веков?
– Сохранить династию можно не только таким способом, и это я собираюсь донести кое до кого. Конечно, в королевских семьях чувствами приходится порой поступаться, но я не готова идти на такую жертву. Слишком велика цена, которую запрашивает дедушка. Кроме того, у него куча наложниц, а значит, он и сам способен организовать наследника. Я мириться с подобными идеями не собираюсь. В этом я похожа на тетю Ольгану, твою маму.
– Мою маму? – Даниил растерялся. В памяти мгновенно всплыли сценки из прошлого, когда мать еще была жива. Обычная женщина, любящая своего сына. Да, она отличалась твердостью характера и умением настоять на своем, но он никогда не замечал сильных эмоциональных взрывов или стремления идти на принцип. Правда и ситуаций, способствовавших этому, практически не было.
– А что ты о ней знаешь?
– Увы, очень немногое. В основном мне приводили в пример ее поведение и характер как то, чему не следует подражать. Но рассказывать о ней почему-то никто не стремился.
– По-моему, у нас гости, – подал голос молчавший до этого Константин.
Обернувшись, Даниил заметил в руках у друга меч, уже покинувший ножны. Выражение лица Кости говорило, что это не шутка, его действительно кто-то потревожил.
– В случае необходимости убить сможешь? – только и спросил он, вдруг осознав, что, скорее всего, именно это делать и придется.
Своей интуиции Даниил уже привык доверять, а она подсказывала – не для дружеских посиделок им хотят составить компанию. И кого только черт принес на этот раз?
Ответ на этот вопрос он получил тут же. Увидев утвердительный кивок Кости, Дан почувствовал, как мышцы немеют и отказываются слушаться. При каждой попытке подчинить собственное тело делать это становилось все труднее. Что происходило не только с ним – Константин с Эллианой совсем не могли пошевелиться.
«Это маги орудуют. Используют сковывающие заклинания», – раздался в голове голос Гринга.
– А с этим можно что-то сделать? – спросил Даниил вслух, не заботясь о том, что подумают его попутчики.
«А ты, случаем, не забыл, кем являешься?»
– Да вроде охотником…
Точно, ведь он – оружие против незаконного проявления магии, а значит, способен стать оружием против магии вообще! Только как это использовать, если тело не слушается? Оружие! Его собственное. Оно должно помочь. Они сковали тело, но не разум: надо призвать меч!
Небольшое мысленное усилие, и клинок оказался в руках. Но результата не было. Тело будто превратилось в камень, и что делать дальше – оставалось непонятным.
Тем временем из-за кустов стали появляться человеческие фигуры в балахонах. Из-за темного времени суток цвет одеяний определить было невозможно. Всего незваных гостей оказалось шестеро, но Даниил чувствовал, что это только те, которые соизволили обнаружить себя. Остальные, судя по всему, из предосторожности оставались в укрытии, а сколько их, можно было только догадываться.
