Он уже собирался вернуть камень туда, откуда достал, как вдруг случилось нечто настолько неожиданное, что Даниил испуганно замер. Камень шевельнулся! Неужели подействовало? Или на почве фантазий начались галлюцинации? Он всматривался в камень, но тот больше себя не проявлял. И тут в голове что-то возникло: опять какой-то туман. И не своим, а каким-то по-змеиному шипящим голосом он повторил: «Айликонэ-с-Шерин-хэ!» Туман отступил, и Даниила прошиб холодный пот. Что это с ним творится? Он как будто говорил с камнем, причем отвечал на некий не высказанный вслух, но прекрасно понятый вопрос. Что ему подсунула драконица, будь она неладна?
А камень тем временем вновь пришел в движение. И сделал это довольно активно, даже немного откатился в сторону. После чего начал вибрировать. Изнутри него послышались звуки, похожие на глухой стук. Создавалось впечатление, что кто-то хочет выбраться наружу. И небезуспешно: по камню прошла длинная трещина. А еще после нескольких ударов он раскололся пополам. То, что предстало взору, взволновало Даниила.
– Еще один вещий сон, – пробормотал он.
На месте распавшегося, как теперь выяснилось, яйца пытался встать на неустойчивые лапки золотистый зверек, в котором Даниил узнал дракончика из своего сна. Вот значит оно как! Гайлин-с-Мар-хан отдала ему свое яйцо. Теперь ясно, почему о нем надо было заботиться.
А дракончик продолжал делать неуверенные попытки впервые в жизни встать на ноги. Он, как и во сне, неотрывно смотрел на Даниила. Тот опять прочел в желтых глазах немой вопрос: «Мол, правильно ли я делаю?» Не отводя взгляда, Даниил кивнул, и ободренный дракончик предпринял более уверенные попытки. На этот раз успешно.
«Вот это пополнение в семействе! – воскликнул потрясенный Гринг. – Самка дракона по случаю своей кончины перекинула на тебя родительские обязанности?»
«Она говорила, что этот дракончик связан со мной пророчеством», – ответил Даниил.
«Говорить они горазды, когда надо спихнуть ребенка. Одно слово – женщины!» – пробурчал неугомонный перстень.
«Что, неудачный роман с другим перстнем? – не остался в долгу Даниил. – А где же маленький перстенечек?»
«Да ну тебя!», – обиделся Гринг. А тот, кто являлся поводом для столь милой беседы, уже успел сделать несколько шажочков и вновь с надеждой уставился на Даниила. Дан опять кивнул. И малыш, взмахнув крылышками для равновесия, сделал то, о чем Даниил успел забыть. В голове прозвучал тоненький голосок:
«Папа?»
«Я же говорил, прибавление», – заявил довольный Гринг.
«А почему он зовет меня папой?» – спросил озадаченный Даниил.
«Очевидно, ребенок успел заметить, что ты не самка человека и, следовательно, сделал вывод, что мамой быть не можешь!» – серьезным тоном ответил перстень.
Сделал вывод? Новорожденный умеет соображать? Стало понятно, почему в некоторых легендах драконы довольно снисходительно относятся к людям. Будто к низшим существам. Они, оказывается, умеют соображать и общаться прямо с рождения. А потому вправе считать себя высшей ступенью эволюции.
И все же Даниил повторил вопрос, только обращался теперь к новорожденному.
«В тебе наша кровь, – просто ответил дракончик. – И мама отдала меня тебе».
Безупречная логика, свойственная только ребенку. Вот только откуда этому ребенку известно, что его кому-то отдали? Неужели, находясь в яйце, он все слышал? Но если он был таким еще тогда, то…
«Почему твой выход из яйца произошел именно сейчас?» – Как будто он разговаривал со взрослым! Что на это может ответить ребенок? Но Даниил был уверен, что ответит.
«Ты разве не знаешь? Чтобы дракон родился, его надо позвать. Ты позвал».
Вот как! Значит, это было имя, а не заклинание. Осталось каким-то образом объяснить, что он не может быть папой Айликонэ. Именно так сокращенно он решил называть маленького дракона. Только эту процедуру пришлось отложить. За дверью послышались чьи-то шаги, и Даниил поспешил спрятать Айликонэ вместе с остатками скорлупы обратно в подпространственный мешок.
«Прямо как кенгуру, только сумка не на животе!» – мелькнула странная ассоциация.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тяжелая дубовая дверь распахнулась, и в комнату вошел человек. С виду лет сорока, высокий, темноволосый, с легкой проседью на висках. Одет он был в балахон наподобие тех, которые Даниил видел на нападавших. С одним отличием – без капюшона на голове.
Подхватив один из стульев, неизвестный подошел к Даниилу и, поставив стул рядом, сел на него. Дан ожидал дальнейших действий, спокойно глядя в глаза пристально уставившегося на него гостя. Что-то делать он считал тактической ошибкой: пусть сначала вошедший озвучит свои мотивы.
Взгляд у человека был тяжелый. Он как бы давил, принуждал к чему-то. Казалось, что неизвестный заглядывает внутрь и видит всю твою подноготную.
«Он пытается воздействовать на тебя, проверяет твою силу», – сообщил Гринг.
«И что он хочет узнать?»
«Насколько ты способен сопротивляться. Не бойся, маска на твоем лице значительно ослабляет любое воздействие. Он не сможет затуманить тебе мозги».
Ах, вот, значит, как! Из него что, куклу хотят сделать?! Даниил разозлился. Думают – они лучше? Это мы еще поглядим!
Несмотря на внутреннюю вспышку, внешне он оставался спокойным, но Даниилу захотелось усилить эффект, и он постарался изобразить скуку.
– Вы закончили или я настолько красив, что глаз отвести не можете? – лениво осведомился Дан.
Человек в балахоне даже дернулся от такой наглости. Зато пронизывать взглядом перестал. Но вместо того чтобы возмутиться, спросил:
– Вам никто не говорил, что неприлично разговаривать с людьми с маской на лице? Я вот своего лица не скрываю.
Интересный ход. Значит, им действительно любопытна личность охотника.
– А вам никто не говорил, что неприлично приглашать людей в гости таким образом? В следующий раз я могу и обидеться.
Собеседник усмехнулся.
– Ну почему же, у нас в гостях вы отлично выспались. Разве нет? Кстати, меня зовут Рамин Гуедо. Могу я узнать ваше имя?
– Разумеется. Называйте меня – Охотник.
– Но ведь это не ваше имя.
– Да? И откуда вы знаете степень фантазии моих родителей?
Рамин замялся. Видимо, он рассчитывал на другое.
– Ладно, пусть так. Я, собственно, пришел по иной причине. Вас сюда привели из предосторожности и для установления личности. Вы появились тут недавно, с помощью межмирового портала, то есть пришли из другого мира. И кого-то при этом, очевидно, преследуете.
Даниил вызывающе уставился на мага.
– Да, я из другого мира. Но я не думал, что здесь пришельцы вне закона. Преследую оборотня за убийство – это вроде в моей компетенции. А насчет личности… не думаю, что черный охотник обязан представляться. Школе о моем появлении уже известно. И, кроме того, задерживая меня здесь, вы препятствуете выполнению моей работы – а это уже нарушение договора!
О последнем Даниил узнал от Гринга и решил этим воспользоваться.
– Если бы задерживали, вы были бы правы. Но факт состоит в том, что вы вольны идти куда угодно. Узнав, что вы действительно являетесь черным охотником, мы вам больше не препятствуем. А насчет потерянного времени можете не переживать, я помогу его не только наверстать, но и сэкономить.
Даниил удивился.
– Каким же образом? И для чего вам это нужно?
– Скажем так, это компенсация за причиненные неудобства. Но не только. Дело в том, что мы все заинтересованы в ваших действиях. – Рамин сделал небольшую паузу. – Оборотни в последнее время причиняют много беспокойства. Некоторые кланы более сдержанны, и мы закрываем на их шалости глаза. А некоторые чересчур агрессивны, и от них страдают мирные люди в разных странах. Очень многие выбрали профессию наемных убийц. Особенно в Клане Хаоса. Он славится мастерством воинов и чрезвычайной жестокостью. Женщина, за которой вы гонитесь, как раз из этого клана. Ее имя – Эриния. Она самый сильный боец клана, но и самый жестокий. Мы заинтересованы в вашей помощи и в ее нейтрализации. В противном случае неизвестно, сколько еще невинных людей пострадает. Она добралась даже до вашего мира. Кого она убила?
