— Плыви! Бери дерево и плыви! — крикнул отец. — Плыви и не возвращайся!
— Не возвращайся! — эхом повторила мать. В ее хриплом голосе трудно было узнать знакомую интонацию.
Лориан ничего не видел и не слышал. Стремительно вбежав в воду, он перепрыгнул через покойницу, выхватил из ее объятий кусок дерева, грудью упал на деревяшку и поплыл. «Убегаю впервые в жизни. Кажется, получается неплохо. Если бы отец видел, он бы одобрил», — пронеслось в голове.
Троих его защитников толпа смела со своего пути, но. остановилась в прибрежной воде. Следующий шаг смог, бы сделать лишь тот, кто умел плавать. Таких в озерном племени не оказалось.
— Проклятая рыба ускользнула! — кричали вдогонку мальчику рассвирепевшие, окровавленные сородичи.
Не переставая плыть, Лориан оглянулся. К горлу подкатил комок, и мальчик заплакал. Наконец скрылся из виду знакомый берег. Держась за «плавники» деревянной рыбы, он отплыл далеко по течению от становища. Лориан успокоился и перевернулся на спину. Нет, никто из них не догадался бросить в него камнем. Интересно, а он бы сам так сделал? Наверняка! Смогла же мать ударить ножом человека. Прощайте, сородичи!
ДВОЙНОЙ ИСХОД
Природа восстановила чистоту океана, но глаз человеческих он не радует. Океанский простор пугает племена, которым достаточно и водицы из луж после теплого летнего дождя. Деревья в лесах почти достигают неба, воду из реки может пить грудной младенец, а степь в цветении напоминает голову длинноволосого юноши, безмятежно выспавшегося в цветной глине. Но некому восхититься красотой воскресшей природы. Люди, прикованные к местам проживания, утратили чувство прекрасного. Природа восстановила пересохшие реки, но, что пользы от речного простора, если люди боятся воды! Живут на речном берегу, но счищают грязь с тготных тел каменными скребницами! Редок странник в высокой траве на равнинах Перуники. И все же порой возникали обстоятельства, принуждавшие людей сниматься с насиженных мест. Так случилось и с теми, кто был согласен с правлением старушечьего совета.
Начинался исход в неизвестность, возможно в исконные земли племени шестипалых. Все напивались водой впрок. Затем старухи проверяли, каждый ли мужчина взял с собой камешек с дыркой. Это обещало чистую воду в пути. Ибо вода в гористой местности такая же редкость, как изображения каменной рыбы на гальке, случайно поднятой с речного берега.
Да, свершилось. Род синеглазой старухи, в который входили отец и мать Лориана, их братья и сестры и дети тех старух, что были родственницами синеглазой, решил остаться на становище вблизи острова-рыбы. Так же поступили еще три-четыре семьи, шаман с высокой полногрудой женщиной, согласившейся стать его женой, и несколько девочек, решивших подражать синеглазой старухе.
Отец и шаман обратились к тем, кто участвовал в побоище. Некоторые приняли приглашение как долгожданный вызов судьбы. Оставались умные и сильные мужчины, женщины и девушки, не захотевшие жить в ожидании налета перумов. Если им судьба стать женами шохотонов, так зачем самим идти в Страну Неизвестности, навстречу врагу? С родом синеглазых осталась и Девочка-Поцеловавшая-Лориана-Под-Водой. Ах, какая горечь на ее сухих губах!
Группа людей под предводительством отца и кривоногого шамана не поднималась от воды на прибрежную террасу. Шаман обратился к женщинам, столпившийся на гористом берегу:
— Слышите, старухи? Вы уходите в Горную Страну. Вы ведете беззащитное племя к шохотонам. Неужели лучше жить с шохотонами, чем с Большой Рыбой? За что вы так ненавидите ее? Будьте прокляты! Я — мужчина, проклятия которого всегда сбываются, — проклинаю вас!
«Прощай, река!» — подумали люди, пошедшие за старухами в горы. Что было дальше? Малая часть племени осталась с новым вожаком, его матерью и женой в прежних гротах и шалашах. Поэтому Лориану легко было найти их, когда он, нарушив запрет отца, вернулся.
Взрослые основательно подготовились к возвращению: Мальчика-Который-Дал-Сам-Себе-Красивое-Имя. Между синеглазой старухой и ее сыном состоялся разговор. Старуха пообещала исполнить любое желание отца Лориана. Тот попросил найти для сына полезное дело вне племени. Женщина напрягла память и вспомнила, что, когда она была маленькой, ей рассказывали о временах, когда озерное племя поддерживало добрососедские отношения с деревенскими жителями. Когда-то давно мужчины на плечах носили прибрежный тростник в деревню грамотных. Тростник почему-то невероятно ценился людьми, живущими вдали от реки, в поселении за каменными стенами.
Лориан ночью пробрался к отцу. Этого разговора ему не забыть. К ним присоединился и шаман, страдавший бессонницей. Отец был изрядно рассержен на Лориана. Но поначалу с синеглазым ребенком разговаривал шаман:
— Всю жизнь хотел увидеть другие миры, но мне не было дано. Я много сделал для племени, но сегодня оно: не отпускает меня в дальнюю дорогу. Хочу, чтобы ты увидел новые миры, которые мне не довелось повидать. Ты рожден для другого мира. Ни о чем не спрашивай… Ты рожден пророком. Пророк — главная рыба человеческого племени. Тебе будет трудно жить с нами. Мы не; нуждаемся в пророчествах. Твой дар нужен для других племен. Мы просим тебя разыскать племя, умеющее писать. Мы не будем поклоняться камням, нам нужны говорящие знаки. Тебе надо найти. способ доставить нам навык письма. Ты идешь не один. Мы отправили с таким же поручением мальчика, которому ты дал имя «Иго». Уверен, вы встретитесь и самую трудную часть пути пройдете вдвоем. Знаки письма можешь прислать обратно со; спутником. Иди и не возвращайся. Шаман протянул ему камешек: — Я знаю, Иго украл у тебя мой подарок — перстень. Не переживай. Держи в дорогу.
Камешек со сверлиной был нанизан на веревку. С таким камешком на груди Лориану предстояло покинуть родное становище.
— Вы с Иго представители озерного племени. Но вы и жители материка Перуника. Не забывайте, что вы перуниканцы!
О чем беседовал шаман с другим мальчишкой, Лориану осталось неизвестным. Иногда из племени уходили мужчины или мальчики. Уход бесполезного человека всегда оборачивался на пользу племени. Уходящему можно было дать любое поручение. Если он исполнял порученное, можно было обсудить вопрос о прощении. Чаще человек уходил и не выполнял порученного, но и это шло на пользу племени. На рассказах о трудной судьбе одиночки воспитывалось новое поколение.
Лориану дали почетное поручение. В качестве того, кто ушел за письменностью для родного племени и не вернулся, он был более полезен, чем Мальчик-Рассмеявшийся-Над-Божеством и продолжающий жить вместе во всеми… Кто его знает, какие новые хлопоты способен доставить старухам этот странный Мальчик-В-Детстве-Придумавший-Себе-Имя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
